Коллектив авторов - Гордость и предубеждения женщин Викторианской эпохи

Традиционным также был гигантский рождественский пирог с четырьмя видами птицы: уткой, курицей, куропаткой и голубем. Курицу клали в пирог целиком, а внутрь еще помещали филе утки, грудки голубей и куропаток, а также кусочки бекона. А к столу королевы Виктории на рождество однажды подали огромный пирог с восемью видами дичи, куриным мясом, беконом и языком. Еще на стол подавали пшеничную кашу и маленькие сладкие пирожки с изюмом и говяжьим фаршем и специями. Их ели в течение двенадцати дней, чтобы заручиться удачей на двенадцать месяцев.

Даже рождественская елка не была британской традицией до середины XIX века. В древней Англии дома украшали ветками вечнозеленых деревьев: остролистом, тисом и стеблями плюща. Традицию украшать елки привез в Англию из Германии принц Альберт. В 1848 году журнал Illustrated London News вышел с изображением королевской четы и их детей, собравшихся вокруг елки. С тех пор ставить елку стало модно во всей Британии. Недаром Диккенс называет ее «милой немецкой затеей».

Дарить друг другу подарки на рождество – тоже совсем молодая традиция. До пятидесятых годов XIX века подарки получали только дети, позже их стали дарить друг другу и взрослые. В середине века возник обычай обмениваться рождественскими открытками. Их придумал Генри Коул – один из ведущих предпринимателей той эпохи. Картинку для открытки нарисовал художник Джон Коллкотт Хорсли. На ней была веселая компания, собравшаяся за столом, и ставшее традиционным поздравление: «Merry Christmas and a Happy New Year». Так как некоторые люди на картинке держали в руке бокалы вина, эти открытки вызвали негодование викторианских блюстителей нравственности. С ними боролись так активно, что сейчас в мире осталось около десяти экземпляров. Открытка стоила всего пенс, а марка полпенса, так что даже небогатые люди могли послать поздравление своим родным.

И еще одна новинка прямиком из XIX века – рождественские хлопушки. Их придумал в 1847 году кондитер Том Смит. Тогда в них еще не было пороха: их просто разрывали за праздничным столом, и оттуда выпадали сладости. Производитель называл свои изделия «взрывами ожиданий».

Одна, безусловно, старая традиция, возможно, восходящая еще к дохристианским временам, все же сохранилась. В печь клали так называемое йольское полено, которое должно было тлеть все двенадцать дней рождества. Потом от него сохраняли щепку и от нее поджигали новое полено. Считалось, что таким образом счастье будет обеспечено на весь следующий год.

Возможно, английское Рождество в таком виде, в каком оно нам известно, было ответом на промышленную революцию. Люди понимали, что прогресс нельзя остановить, и стремились оставить и законсервировать что-то, что напоминало бы им о том, что они хотели сохранить. Собираясь в церкви на рождественской службе или за праздничным столом, они вновь ощущали единство. И не важно, что на столе стояли заморские блюда, что к стародавним английским остролисту и омеле присоединилась новомодная германская елка. Люди, праздновавшие рождество чувствовали именно то, чем написал великий шотландский поэт Роберт Бернс:

И вот с тобой сошлись мы вновь.Твоя рука – в моей.Я пью за старую любовь,За дружбу прежних дней!

За дружбу старую —До дна!За счастье прежних дней!С тобой мы выпьем, старина,За счастье прежних дней.

Жизнь идей

Чем дальше в XX век, тем сильнее людей пугало то, что огромная мощь, накопленная благодаря науке, обернется против человечества. И тем чаще они обращались к сюжетам, подобным «Франкенштейну», для того, чтобы обсудить свои страхи и сомнения.

Настоящую славу принесло «Франкенштейну» еще одно чудо прогресса – кинематограф. Первый фильм по роману Шелли был, как я уже упоминала, поставлен в 1910 году на студии Томаса Альвы Эдисона режиссером Дж. Сирлом Доули. За ним сразу же последовали фильмы Джозефа Смайли «Жизнь без души» (1915) и итальянского режиссера Эугеньо Теста «Чудовище Франкенштейна» (1920).

Невозможно не упомянуть целый «сериал» о Франкенштейне, точнее, несколько фильмов компании «Universal», в которых роль «чудовища» сыграл Борис Карлофф. Первый фильм, снятый в 1931 году, так и назывался «Франкенштейн», за ним последовали «Невеста Франкенштейна» (1934), «Сын Франкенштейна» (1939) и «Призрак Франкенштейна» (1942), «Франкенштейн встречает человека-волка» (1943), «Дом Франкенштейна» (1944).

Чем дальше уходили фильмы от первоисточника, тем более «топорными» они становились. Чудовище больше не пыталось осмыслить свое существование и не переживало свою чудовищность, оно сосредоточилось на том, чтобы пугать зрителей и убивать маленьких девочек. В какой-то момент режиссеры забыли, что имя Франкенштейн принадлежало создателю демона, и стали называть Франкенштейном его творение. Борис Карлофф давно ушел из сериала, роли чудовища исполняли его многочисленные эпигоны. Трагедия, как водится, завершилась фарсом, вернее, комедией: «Эббот и Костелло[3] встречают Франкенштейна» (1948).

В 1957 году эстафетную палочку у «Universal» перехватила студия «Hammer». Согласно голливудским правилам, они не имели права использовать ни один из образов и сюжетных ходов, который «засветился» в предыдущих фильмах. Поэтому режиссер Теренс Фишер снял оригинальный цветной фильм «Проклятие Франкенштейна». Сюжет значительно отличается как от фильмов «Universal», так и от романа Шелли. Изменилось даже время действия. Теперь события происходят в конце XIX века. Но тема осталась прежней: моральные требования, которые ученый должен предъявлять к самому себе, критерии, по которым он оценивает, нужно ли идти до конца в своей жажде познания или лучше отступить. Картина имела шумный успех, и в следующем году было снято ее продолжение – «Месть Франкенштейна».

Одновременно голливудский режиссер Говард Кох снял фильм, в котором действие происходило в XX веке, причем по отношению к дате съемок было перенесено в будущее – «Франкенштейн 1970».

Снималось большое количество фильмов-подделок, которые нещадно эксплуатировали образы Мэри Шелли: «Я был подростком-Франкенштейном» (1957), «Франкенштейн встречает Космическое Чудовище» (1965), «Джесси Джеймс встречает дочь Франкенштейна» (1966), «Франкенштейн создал женщину» (1967), «Франкенштейн должен быть разрушен» (1969), «Ужас Франкенштейна» (1970), «Франкенштейн и Чудовище из ада». Появилась и японская версия – «Фуранкеншитэн», а также множество комедий (некоторые из них совсем не плохи, например «Молодой Франкенштейн» (1974)), высмеивающих голливудские штампы, которыми оброс сюжет.

Интересным переосмыслением темы стала картина Фрэнка Роддэма «Невеста», возвратившая в фильмы о Франкенштейне философскую драму и драму идей. Вернуться к первоисточнику попробовали в 1992 году Дэвид Уикс в фильме «Франкенштейн: The Real Story» (1992) и Кеннет Брана в фильме «Франкенштейн Мэри Шелли».