Ги Бретон - Любовь, которая сотворила историю

Карл VII, абсолютно безразличный к негодованию своего народа, путешествовал по всей стране в сопровождении гарема. Содержание этой «толпы молодых развратниц» очень дорого обходилось старому королю. И королева с горечью смотрела на то, как король Франции позорил себя и опустошал казну ради проституток, место которым было не при дворе, а в борделях, содержание которых в окрестностях Парижа было разрешено прево [59].

Образ жизни короля сильно сказался и на нравах его подданных. Действительно в течение некоторого времени можно было наблюдать всеобщее любовное помешательство, которое коснулось даже самых целомудренных людей. Духовники, монахи, судьи, люди всех рангов и сословий обзавелись наложницами и, не стыдясь, афишировали это, чем сильно удивляли иностранцев, находившихся проездом в Париже.

Даже Маттье в своей поэме «Матео-двоеженец» не смог удержаться от негодования: «Тот, кто привел на продажу в храм свою лошадь, тем самым повел бы себя непристойно, и женщины, приходящие в церковь якобы для молитвы, а на самом деле торгующие своим телом, не более ли они виновны; не превращают ли они храм Божий в публичный дом?»

О безразличном отношении духовенства Франции к существующему положению дел очень скоро стало известно в Риме, где этому были очень удивлены.

— Эти священники, наверное, сами находятся во власти нескромных желаний, — сказал папа, который, даже находясь в гневе, умел выбирать пристойные выражения.

И решив положить конец этому разврату, о котором уже начинала говорить вся Европа, он отправил грозное письмо скверным пастухам, уделявшим так мало внимания своим овцам… В своем послании папа приказал «изгнать из своего стада лошадок дьявола», которых они приютили у себя не в силу христианского милосердия, а в неблаговидных интересах. И более дружелюбным тоном напомнил им, что согласно канону, появившемуся в ходе церковного Собора в Аугсбурге, «клирикам запрещалось обзаводиться любовницами»…

Церковники были пристыжены и решили исправиться, поскольку их к этому принуждал 45-й канон церковного Собора в Толедо. Они продали женщин, с которыми грешили, что примирило их с папой и слегка наполнило их карманы.

Любовные подвиги, которые без устали совершал Карл VII, были по достоинству оценены его народом. В обиход даже вошло следующее выражение, которое относилось к красивой девушке: «Ей самое место в постели короля». И это выражение так часто повторялось, что однажды хитрые родители одной из красавиц (по крайней мере, они не были наивны), решив, что их наследница может разбогатеть, сами направили ее к Карлу VII.

— Можно сделать приятное для того, кто столько сделал для Франции, — сказали они.

Красавице был устроен такой теплый прием, что, узнав об этом, другие родители, в свою очередь, тоже стали посылать своих прелестных дочерей в замок в Шиноне.

А вскоре появилась любопытная традиция, о которой нам сообщает автор «Мартиньенских летописей»: «В связи с тем что король был очень занят, отвоевывая большую часть королевства, он попросил, чтобы его подданные направляли самых красивых девушек, которые им встретятся, прямо к нему…»

Увы! В начале 1461 года изнуренный бурными утехами, король был при смерти.

— Это все из-за женщин, — поговаривал простой люд.

Это было не совсем верно. Конечно, любовные интрижки короля немного сказались на его здоровье, но не они явились основной причиной его болезни. Зная о том, с каким нетерпением его сын, дофин Людовик, ждал того времени, когда он сможет овладеть троном, Карл VII боялся отравления. Эта навязчивая идея заставила его полностью отказываться от приема пищи в течение нескольких месяцев. И 22 июля король, снискавший себе славу благодаря двум женщинам, Жанне д'Арк и Аннес, умер от истощения в окружении плачущих наложниц.

В это время Франция, границы которой заняли привычное для нее положение между Альпами и Атлантическим океаном, стала наконец сплоченным и сильным государством. Формировавшаяся на протяжении тысячи лет, зачастую в результате любовных страстей, эта страна восхищала, подобно женщине, все европейские королевства…

Франция была прекрасна. Ей предстояло еще расцвести. Заботу об этом суждено было взять на себя нескольким пылким, мудрым и честолюбивым женщинам, которые со временем превратили нашу страну в самую могущественную державу мира…

Примечания

1

Хлодвиг I (ок. 466-511 гг.) — король племени салических франков, а затем основатель Франкского королевства. Династия Меровингов.

2

Ариане — последователи учения священника Ария, главы секты еретиков, отрицавшего божественную невинность Христа.

3

Хлотарь — один из сыновей Хлодвига, умер в 561 году.

4

Дагобер — правил в 629-639 годах

5

Назывался также «майордом».

6

Так пришла к власти новая династия — Каролингов.

7

Карл Великий — правил в 768-814 годах.

8

Ирина — императрица Византийская. В борьбе за власть ослепила своего сына Константина VII и стала императрицей (797 г.). В 802 году в результате дворцового переворота была низложена.

9

Я не ошибся, это произошло в 820-м, а не в 823 году, как это утверждают все учебники по истории Франции.

10

Людовик Благочестивый — император с 840 гг. Прозван так за покровительство церкви.

11

Династия Каролингов быстро пришла в упадок. Это можно доказать забавным примером. На смену эпитетам «смелый», «сильный», «великий», которыми нарекали Карла Великого, появились неуважительные прозвища: «Кроткий», «Лысый», «Заика» и даже «Простоватый». Эти государи, лишенные волос, с огромными животами, заикавшиеся в разговоре, вскоре заслужили презрение народа, повернувшегося в сторону герцогов Франции (их власть простиралась на территорию современной Иль-де-Франс), которые неоднократно защищали страну от вторжений норманнов и венгров. После смерти Людовика V Гуго Капет, герцог Франции и парижский граф, был избран королем. Основоположник третьей династии был сыном Гуго Великого и очаровательной молодой женщины Эдвиги, дочери короля Германии, Генриха Птицелова. В 970 году Гуго Капет женился на прелестной брюнетке, Аделаиде Аквитанской, дочери Гийома Рябого. В своей книге о французских королевах А. Селльез пишет о ней, «что она помогла своему мужу и способствовала укреплению короны за новой династией». Хотя это не помешало Гуго Капету изменить ей с молодой особой, имя которой истории неизвестно, но которая подарила новому королю крупного ребенка, прозванного Ганзленом, который потом стал епископом Буржа и одним из самых известных прелатов своего времени.