Николай Зенькович - Покушения и инсценировки: От Ленина до Ельцина

Эту версию опровергают два серьезных свидетеля. Однако не будем опережать события. К обстоятельствам, связанным с транспортировкой арестованного Берии из Кремля, мы еще вернемся.

Поглубже вникнем в то, как происходил арест. Несколько версий запустил не только Хрущев.

СТРАННАЯ ЗАБЫВЧИВОСТЬ

Обратимся к свидетельствам военных, принимавших непосредственное участие в аресте Берии. Именно к их помощи обратились заговорщики, потому что иного выхода не было: охрана Кремля подчинялась Берии. Достаточно его распоряжения, и все заговорщики моментально были бы изолированы.

Единственная надежда была на армейских генералов. Но и здесь таилась опасность — по существовавшим правилам военные, приходя в Кремль, сдавали оружие в комендатуре. Это требование не распространялось лишь на министра обороны, автомобиль которого беспрепятственно въезжал в Кремль. Министром обороны тогда был Булганин. Ему и поручили провезти с собой группу военных с оружием.

Среди них был Г. К. Жуков, Маршал Советского Союза, в ту пору заместитель министра обороны СССР. Вот его свидетельства.

Его вызвал Булганин и сказал:

— Садись, Георгий Константинович.

Он был возбужден, даже не сразу поздоровался, и только потом подал руку, однако не извиняясь.

Помолчали. Затем Булганин, ни слова не говоря по существу дела, сказал:

— Поедем в Кремль, есть срочное дело.

Поехали. Вошли в зал, где обычно проходили заседания Президиума ЦК партии.

Потом Жуков узнал, что в тот день было назначено заседание Совета Министров. И министры действительно были в сборе. На заседании с информацией должен был выступать Берия. И он готовился.

Жуков оглянулся. В зале находились Маленков, Молотов, Микоян, другие члены Президиума. Берии не было.

Первым заговорил Маленков — о том, что Берия хочет захватить власть, что Жукову поручается вместе с его товарищами арестовать его.

Потом стал говорить Хрущев, Микоян лишь подавал реплики. Говорили об угрозе, которую создает Берия, пытаясь захватить власть в свои руки.

— Сможешь выполнить эту рискованную операцию?

— Смогу, — ответил Жуков.

Маршал отмечает, что задававшие вопрос знали: у него к Берии давняя неприязнь, перешедшая во вражду. У них еще при Сталине не раз были стычки. Абакумов и Берия хотели в свое время его арестовать. Уже и ключи подбирали — выкрали фотографии, на которых Жуков был снят с американскими, французскими и другими видными персонами. Вот, мол, доказательство предательства Жукова. Но Сталин не поверил, сказал, чтобы кончали эту грязную затею.

Вот почему Жуков, по его словам, охотно согласился участвовать в аресте Берии.

Решено было так. Лица из личной охраны членов Президиума находились в Кремле, недалеко от кабинета, где собрались члены Президиума. Арестовать личную охрану самого Берии поручили Серову. А Жукову предстояло арестовать Берию.

Маленков сказал, как это будет сделано. Заседание Совета Министров будет отменено, министры отпущены по домам. Вместо этого он откроет заседание Президиума.

Жуков вместе с Москаленко, Неделиным, Батицким и адъютантом Москаленко должны сидеть в отдельной комнате и ждать, когда раздадутся два звонка из зала заседаний в эту комнату.

Жуков пишет: его предупредили, что Берия физически сильный, знает приемы джиу-джитсу — рукопашной схватки.

— Ничего, справлюсь, нам тоже силы не занимать.

Потянулось долгое молчание. Прошел час. Никаких звонков. Жуков встревожился: не произошло ли там чтонибудь неожиданное, не перехитрил ли всех Берия?

Немного погодя — было это в первом часу дня — раздается один звонок, второй. Жуков поднимается первым…

Идут в зал. Берия сидит за столом в центре. Генералы обходят стол, как бы намереваясь сесть у стены. Жуков подходит к Берии сзади, командует:

— Встать! Вы арестованы.

Не успел Берия встать, как Жуков заломил ему руки назад, приподняв, встряхнул его. Глянул на него — бледный-пребледный. И онемел.

Еще бы! Разве мог он ожидать такого коварства от соратников?

При обыске у него не обнаружили никакого оружия. У заговорщика не было даже завалящего пистолетика! Впрочем, у Жукова и его генералов, прибывших в Кремль для ареста путчистов, было на всех… два пистолета. Это — по версии Жукова.

Арестованного Берию держали в соседней комнате до десяти часов вечера, а потом погрузили в «ЗИС», положив сзади, внизу у сиденья, предварительно укутав в ковер. Сделали это для того, чтобы охрана не заподозрила, кто в машине.

Вез его Москаленко. Берия был определен в бункер Московского военного округа. Там он находился и во время следствия, и во время суда, там его и расстреляли.

Таково свидетельство человека, арестовывавшего Берию.

Однако существует и второе его свидетельство, отличающееся от первого, хотя оба они опубликованы!

Так вот, согласно второму свидетельству, дело происходило таким образом. Жукова вызвал к себе Н. С. Хрущев. У него в кабинете находился Г. М. Маленков. Хрущев, поздоровавшись с Жуковым, сказал:

— Завтра состоится заседание Президиума ЦК партии… На заседании необходимо арестовать Берию… Надо будет взять с собой надежных людей, таких, например, как генералы Батицкий, Москаленко и двух адъютантов, которых ты хорошо знаешь. Надо захватить с собой оружие…

Итак, в одном случае Жуков утверждает, что его вызывал Булганин. В другом, что — Хрущев. С одной стороны, получается, что он в Кремль поехал с Булганиным в одной машине. С другой, что поехал сам по вызову Хрущева.

Разночтений немало. В первом варианте разговор происходит в зале заседаний Президиума, во втором — в кабинете Хрущева. По первой версии, присутствуют Маленков, Молотов, Микоян и другие члены Президиума. Фамилия Хрущева не называется, он отнесен к «другим». По второй версии, отсутствуют Молотов, Микоян и другие члены Президиума.

И самое главное: кто ставит задачу на арест? В первом случае — Маленков. Во втором — Хрущев.

Первый рассказ Жукова опубликован в политиздатовском сборнике «Берия: конец карьеры», вышедшем в 1991 году, второй — в книге «Маршал Жуков: полководец и человек», выпущенной издательством АПН в 1988 году.

Разночтения сразу же были замечены внимательными читателями, которые обратились за разъяснениями куда надо, и мне в силу тогдашнего служебного положения пришлось заниматься этим вопросом. Руководители обоих издательств, каждый по отдельности, представили машинописный текст с воспоминаниями Жукова, завизированный им собственноручно! Правда, в разное время. Менялась политическая конъюнктура, менялись и свидетельства очевидцев. Даже таких, как легендарный Жуков.