Дэви Аркадьев - Эра Лобановского

...Уже накануне отъезда нашей сборной на чемпионат Европы я спросил Лобановского:

— Игроки, с которыми мне довелось побеседовать, с оптимизмом и надеждой ожидают предстоящий финал, а вы?

— Тренер команды трудится не для того, чтобы снижать оптимизм игроков. Думаю, что наши шансы в том, что мы уже научились играть в футбол...

Да, он верил в возможности своей сборной. Но не все верили Лобановскому. И очень хотелось, чтобы на первом в его непростой тренерской судьбе финале чемпионата Европы главному тренеру и его команде, кроме всего прочего, еще и сопутствовало спортивное счастье. В таком деле, как футбол, его тоже надо иметь, хотя над этим и подтрунивает кое-кто из среды моих собратьев по перу. Но счастье счастьем, а еще необходима тренерская «ворожба», иными словами — чутье, предвидение, предвосхищение. Увы, есть у меня коллеги, кто склонен и это считать вздором. Вскоре после того, как я рассказал в «Московских новостях» о болезни главного тренера сборной и о том, как он, находясь в реанимационном отделении, смотрел видеокассеты с записью игр соперников, кое-кто из опытных и даже маститых журналистов поспешил написать мне, что никакое спортивное счастье Лобановскому все равно на чемпионате Европы не поможет, ибо «...команда у него слаба, тренер он тоже слабый, а соперники, не в пример нашей команде, будут сильные...». Почти с издевкой говорилось и о сорока видеокассетах, просмотренных Лобановским во время болезни...

Да что журналисты! Даже среди коллег Лобановского находились и такие, кто ставил под сомнение достоверность его болезни. Своими ушами слышал от одного московского корифея футбола: «Реанимация, тахиаритмия — это все блеф! Он просто испугался и растерялся». На подобные разговоры можно было бы и не обращать внимания. Как говорится, на каждый роток не накинешь платок. Но ведь уже случалось так, что из досужих домыслов и сплетен исподволь формировалось недоверие у тех «официальных лиц», которые управляют у нас футболом. Однажды такое уже было. В своей книге «Футбол — только ли игра?» Никита Симонян рассеял обидные наветы:

Неожиданно Валерий Васильевич заболел. Болезнь почему-то вызвала разные толки. Родилось даже подозрение, не манкирует ли старший тренер, не хочет ли избежать ответственности?

Меня командировали в Киев — удостовериться, действительно ли так серьезно состояние его здоровья. Малоприятная миссия, но я поехал, не сомневаясь: если Лобановский лег в больницу, другого выхода не было.

Дал знать о себе камень в почках, начались дичайшие боли. Врачи объяснили мне, что помочь может только операция, а Лобановский от нее отказывается, так как должен ехать в Португалию. Поэтому ему назначили препараты, которые могут снимать боль часов на двенадцать.

В Москву мы возвратились вместе...

Как видите, дефицит доверия налицо, если уж человека командируют из Москвы в Киев с целью «инспекции»: не симулирует ли болезнь Лобановский?

Глава 2. Доверие

Как очень точно и едко заметил однажды Лобановский, жизнь футбольного тренера такова, что он постоянно должен быть готов к худшему. Полностью с ним согласен. Ведь у нас, пожалуй, нет более незащищенной профессии, чем футбольный наставник. Тренеры и сейчас, и тогда — в 80-е, смещались со своих постов прямо в ходе сезона, часто без особых оснований. Вот что по этому поводу писал в «Правде» в феврале 1987 года тогдашний председатель Федерации футбола СССР Б. Топорнин:

Тревожит частая и порой бесцеремонная смена тренеров. Как оценивать тот факт, что в сезоне-86 покинули «капитанский мостик» в командах восемь старших тренеров? Причины далеко не одинаковы. Но два вывода напрашиваются сразу. Во-первых, вопрос о смене тренеров решается, как правило, в зависимости от места, занятого командой, без глубокого анализа дел, и решается нередко людьми, малосведущими в футболе. Не соблюдается правило о согласовании тренерских назначений и увольнений с Госкомспортом СССР, не учитывается мнение федераций футбола на местах, тренерских советов. В результате проблемы только обостряются. Несомненно, что гарантии для спокойной, целенаправленной и долговременной работы тренера должны быть усилены. Однако не помню, чтобы с кого-то строго спросили за вольную перестановку руководителей команд.

Итак, «...должен быть готов к худшему»... Не знаю, думал ли Лобановский о полной превратностей тренерской доле в ту ноябрьскую ночь 1983 года в пригороде Лиссабона, прислушиваясь к грохоту Атлантического океана. Скорее всего, кривотолки и скептицизм, распространившиеся по его адресу, отошли в сознании на задний план. Мысли старшего тренера сборной СССР в этот час наверняка были заняты предстоящей игрой, страсти вокруг которой накалились до предела. И раскаты прибоя аккомпанировали тревожным думам о состоянии команды, которой предстояло сыграть последний и решающий, быть может, самый трудный матч года.

Это только болельщики, как напишут потом наши обозреватели, «не сомневались в конечном успехе сборной СССР», тем более, мол, что в последнем матче нам противостояла сборная Португалии — соперник, буквально разгромленный весной в Москве со счетом 5:0! На то они и болельщики, чтобы не сомневаться. Впрочем, у них был повод для оптимизма: в сезоне-83 наша сборная ни разу не проиграла. Она лидировала в отборочном турнире чемпионата Европы во второй группе, побеждала своих соперников уверенно и при этом, по мнению обозревателей, «показывала мощный атакующий футбол». В Лиссабон советская команда прилетела лидером подгруппы, опережая на одно очко сборную Португалии. До заветной путевки в финал чемпионата Европы оставалось полшага. Иными словами — для победы в групповом турнире нашей сборной достаточно было свести матч с хозяевами вничью.

Такая ситуация для подопечных Лобановского таила в себе ловушку чисто психологического свойства: выходить на поле с мыслью о ничьей означало отдать инициативу сопернику, а следовательно, заранее обречь себя на поражение.

Тренеры советской сборной прекрасно это понимали, и накануне игры Лобановский в интервью португальским журналистам заявил: «Мы будем стремиться к победе».

Старший тренер сборной Португалии Фернандо Кабрига, сменивший на этом посту известного бразильского специалиста Отто Глорию, значительно перетряхнул состав. Линия обороны теперь почти полностью состояла из игроков клуба «Порто». Среди полузащитников и нападающих, приглашенных из «Бенфики», «Порто» и «Спортинга», было лишь трое игравших весной против сборной СССР в Москве. Уверенный почерк нового тренера сразу дал себя знать в двух официальных встречах, когда обновленная сборная Португалии обыграла сборные Финляндии (5:0) и Польши (1:0). Эти победы позволили португальцам выйти на второе место, вплотную приблизившись к сборной СССР.