Дэви Аркадьев - Эра Лобановского

— Здесь, думаю, уместно коснуться вопроса о научном обеспечении работы киевского «Динамо». Известно, что еще в начале 70-х годов вы тесно сотрудничали с учеными, задумали создание в клубе научной лаборатории. С годами она была создана. Теперь оснащена современным оборудованием, включая новейший компьютер, подаренный команде «Динамо» (Киев) известной американской фирмой «Коммодор». Но вот что любопытно. Стоит команде одержать крупные победы, как тут и там хвалят «науку», а у руководителя лаборатории кандидата педагогических наук Анатолия Зеленцова берут интервью. Проигрывает «Динамо» — и в его адрес слышатся нелицеприятные высказывания иных спортивных руководителей. Все это понятные явления: конъюнктурный подход людей, вероятно, не понимающих истинных задач науки, которая сама по себе не обеспечивает победу, а дает лишь точную информацию тренеру, помогает ему выверить какие-то определенные ходы в тренировочном процессе. Но вас все-таки хочу спросить: в какой мере научный подход к делу в вашей работе вытеснил то, что принято называть тренерской интуицией, сметкой?

— Не секрет, что мы действительно тесно сотрудничаем с наукой, и здесь речь, к примеру, идет о самых современных формах тестирования, о цитохимическом анализе и тому подобном. Но ведь в жизни футбольным тренерам сплошь и рядом приходится принимать какие-то оперативные решения. Как же здесь обойтись без тренерской интуиции, опыта, сметки, наконец? Нет, наука их не вытеснит никогда!

Однако вернемся к чемпионату Европы. Похоже, что на финал в ФРГ вы едете с той же защитой, что проиграла на чемпионате мира в Мексике матч бельгийцам. К слову, в пяти играх нынешнего сезона соотношение мячей — 10:9 — дало повод некоторым обозревателям говорить о несбалансированной игре советской сборной...

— ...Теперь я понимаю, что напрасно не задумывался о возможных выводах из соотношения мячей 10:9. Но, скажите на милость, почему виноваты в этом только защитники сборной СССР? В зеркале этих цифр еще хуже выглядят нападающие сборных Италии, Греции, Аргентины, Швеции и Чехословакии вместе взятые. Ведь они-то уж должны были забить в ворота Дасаева больше девяти голов! Пожалуй, наше «бедственное» положение с защитниками несколько скрашивается мыслью о том, что в командах указанных стран еще хуже положение с форвардами...

— Оговорены ли призовые суммы в случае успеха сборной и будет ли градация в оплате при выходе команды в полуфинал, в финал?

— Хороший вопрос. В нашем футболе считается дурным тоном поднимать вопросы об участии команд в распределении выручки от матчей и турниров. Тренеров и игроков все годы приучали не совать нос в механизм и источники материального вознаграждения за их работу. Сохранялось незыблемым лишь требование: больше работать, причем без встречного обязательства, что за больший и качественный труд они смогут больше потреблять. Понимаю, что в условиях перестройки такое не может долго продолжаться. Но пока условия прежние: все, что заработаем, отдадим! А в случае неудачных результатов в отдельных играх вообще будем лишены необходимого, так как получим только 30 процентов суточных. Для нас унизительно испытывать такой пресс. Но мы, наверное, сами повинны в отношений к себе, если не сумели побороться за свое профессиональное достоинство...

Что касается самого Лобановского, то, сколько его помню, он постоянно отстаивал свою профессиональную честь, право на собственное мнение. Быть может, именно поэтому в среде чиновников от спорта прослыл упрямым и неудобным человеком, который вечно чем-то недоволен. Его постоянная неудовлетворенность бросалась в глаза не только советским, но и зарубежным журналистам. Беседуя с ними, Лобановский, в отличие от иных своих осторожных коллег, в различных интервью за рубежом был не менее острым и принципиальным, чем у себя на родине. Он тревожился о будущем любимого дела, ибо понимал, что футбол давно уже перестал быть просто спортивной игрой. Приведу на этот счет характерные фрагменты из интервью Валерия Лобановского французской газете «Либерасьон» в феврале 1987 года:

— Вы удивительный человек. Все восхищаются вашими командами и вашими результатами, но, однако, вы постоянно утверждаете, что структуры советского футбола полностью устарели.

— Каковы бы ни были наши успехи, нужно думать о будущем. И пока ничего не изменится, я буду оставаться пессимистом. Структуры нашего футбола не претерпели никаких существенных изменений с 1936 года. Сегодня мы должны начать новый этап — этап интенсивного развития: в противном случае нам грозит регресс.

— Формулировка «интенсивное развитие» сейчас очень в моде в вашей стране.

— Футбол — не пустынный остров. Мы связаны с нашим обществом. И если оно считает, что необходимо перейти к высшим организационным формам, футбол должен последовать этому. Но пока что он остается неподвижным. Я веду борьбу за то, чтобы футбол шел вперед. Но хотя советское общество вступило в фазу гигантской перестройки, оно не отказалось от своих основополагающих принципов. У нас никогда не будет професионализма в спорте в том смысле, как вы его понимаете во Франции.

— Какие, еще претензии вы предъявляете к нынешней системе?

— Футбол не только спортивная игра, но и огромный труд. Это утверждение вам кажется совершенно очевидным, но у нас его пока что не усвоили. Признать это — значит согласиться на оплату этого труда по его истинной стоимости. А для этого нужно создать новые структуры, способные обеспечивать необходимые деньги.

— Всем хорошо известно ваше прекрасное знание футбола. Гораздо меньше известна ваша страсть к философии. А не это ли ваше второе качество привело вас к социалистической концепции футбола?

— Я отвечу вам в двух планах. Что касается самой игры, нет. Правила имеют универсальный характер, и никто не может изобретать собственную концепцию. Наоборот, что касается организационной стороны дела, здесь существует коренное различие между нашим футболом и западным. У вас бизнес превалирует над эмоциями. В Советском Союзе главная задача футбола неизменно остается в том, чтобы принести хорошее настроение как игрокам, так и зрителям.

...Уже накануне отъезда нашей сборной на чемпионат Европы я спросил Лобановского:

— Игроки, с которыми мне довелось побеседовать, с оптимизмом и надеждой ожидают предстоящий финал, а вы?

— Тренер команды трудится не для того, чтобы снижать оптимизм игроков. Думаю, что наши шансы в том, что мы уже научились играть в футбол...