Королевство Саудовская Аравия. История страны, народа и правящей династии Аль Са’уд - Игорь Петрович Сенченко

Несколько зачинщиков мятежа нашли убежище в Хиджазе. 18 человек из клана ал-Газан были казнены. Своего брата ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уд из плена освободил, пообещав тарифу подтвердить сюзеренитет турок над Недждом и выплачивать им по 6 тысяч риалов в год в качестве выражения подданических чувств Высокой Порте. И тариф Хусейн «победоносно», как извещал султана, возвратился в Мекку (106). Надо сказать, что обещания ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уда так и остались обещаниями на словах, на деле же они никак и ни в чем не проявились.

В том же году Ибн Са’уд подавил выступления племен бану давасир и ал-‘аджман, которые отказались платить подати.

Турки с «возвращением Са’удов в Неджд», сообщали российские дипломаты, смириться никак не хотели, и противились тому, как могли. Даже Эль-Хасу, где располагались два их гарнизона, именовали санджаком Неджд, «дабы показать, что в него входит и Центральная Аравия».

Из «Административного очерка Бассорского [Басрийского] вилайета» (от 24.05.1910), подготовленного Сергеем Владимировичем Тухолкой, русским консулом в Басре, следует, что вилайет этот включал в себя «четыре санджака: Басра, Мунтафик, Амара и Неджд». Территорией санджака Неджд, отмечает дипломат, «являлась в сущности только Эль-Хаса, прибрежная полоса у Персидского залива». Но туркам очень уж хотелось считать, что и Неджд, перешедший в руки Са’удов, как и прежде, при Рашидитах, тоже подвластен им. Состоял санджак Неджд из трех каз: Эль-Хуфуф, Эль-Катиф и Катар. «Всего в них насчитывалось до 300 000 жителей» (107).

Интересные сведения о положении дел в Эль-Хасе в рассматриваемый нами период времени приводятся в отчете Али Суад-бея, служившего муташаррифом Эль-Хасы. С этим отчетом «имел возможность ознакомиться», как явствует из документов Архива внешней политики Российской империи, и информировать о нем Санкт-Петербург (депешей от 27.04.1911) наш консул в Басре С. В. Тухолка.

Светских судов в санджаке нет, рапортовал Али Суад-бей. «Суд вершит кади [религиозный судья], по шариату [религиозному праву], — один или с двумя нотаблями. Многие дела решаются фетвой муфтия», то есть вердиктом высшего духовного лица, основанном на принципах ислама и прецедентах мусульманской юридической практики.

«Население не переписано. Воинской повинности никто не отбывает, и денежный взнос вместо военной службы (бадиль ‘аскарийа) никто не платит».

Доходы турецкой администрации за год составляют 37 000 турецких лир. Складываются они в основном из налога на урожай фиников (в размере 10 %) и поступлений с таможен, «сдаваемах — за отсутствием турецких таможенных чиновников — на откуп». Должного надзора за побережьем нет; много товаров поступает в Эль-Хасу контрабандой.

Для поддержания порядка в санджаке «надобно иметь 200 конных и 100 пеших жандармов» (сегодня их только 50), а также полностью укомплектованные воинские части (ныне же они — в состоянии далеко не полном).

Следовало бы, заключает муташарриф Эль-Хасы, «силой отнять Катар у Джасима ибн Тани, а Неджд — у ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уда» и сделать из санджака Эль-Хаса, с включением в него всей территории Неджда, «отдельный вилайет» (108).

Представляют интерес и соображения генерал-губернатора {вали) Басры, которые он высказал в служебной записке, приложенной к отчету муташаррифа Эль-Хасы, отправленному им в Константинополь. Непременно надлежит построить в Эль-Хасе «крепостцы для военно-сторожевых постов» на дорогах, писал он, и «ввести жандармов». «Назначить крейсер или канонерку» для патрулирования вод у побережья. Срочно наладить регулярное почтовое сообщение между Басрой, Эль-Катифом, ‘Уджайрой и Катаром. В столицы уделов Рашидитов и Са’удов, равно как и в вотчину шейха Джасима ибн Тани на полуострове Катар желательно было бы «назначить судей и установить жандармерию, хотя бы даже с офицерами из местных жителей» (109).

Обстановка для деятельности турок в Северо-Восточной Аравии была, как видим, сложной и тревожной. Действовать приходилось уже крайне осторожно и хитро, дабы «волна неповиновения» Османской империи, поднятая Сабахами и Са’у-дами, и захлестнувшая Йемен, не накрыла и неспокойный уже Хиджаз, и не выплеснула бы их из Аравии с концами.

Деятельность семейств Аль Сауд и Аль Сабах по «собиранию под своим крылом», как докладывали российские дипломаты, антитурецки настроенных бедуинских племен Северо-Восточной Аравии, — одна из доминант той сложной политической обстановки, что складывалась тогда в Верхней Аравии. Это время в ее истории многие исследователи именуют периодом «пробуждения нации».

В марте 1910 г., сообщал в МИД Российской империи наш генконсул в Басре коллежский советник Аркадий Александрович Орлов (1868–1928), в Кувейт прибыл эмир Неджда ‘Абд ал-‘Азиз Аль Са’уд в сопровождении большой свиты. Судя по всему, делится своими соображениями на основании полученной им информации русский дипломат, «составилась коалиция». В нее вошли ‘Абд ал-‘Азиз Аль Са’уд со своим войском и шейх Мубарак, «за спиной которого одна тысяча хорошо подготовленных в военном отношении всадников», и которых он готов предоставить в распоряжение ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уда. Общая численность военной силы «новой политической коалиции в Аравии — 10 тысяч человек». Главная ее цель состоит в том, чтобы потеснить от власти в Джабаль Шаммаре Рашидитов, сторонников Турции.

В «центрах политической активности в Аравии», замечает А. Орлов, «с нетерпением ожидают известия о столкновении, которое, есть основания считать, сыграет важную роль в вопросе объединения арабов Северной Аравии под властью Неджда» (ИО).

Выяснив, что к его натянутым отношениям с тарифом Мекки приложили руку младотурки, и что питать каких-либо надежд в отношении них не приходится, ‘Абд ал-‘Азиз Аль Са’уд иницировал встречу с английским политическим агентом в Кувейте капитаном Шекспиром. Состоялась она весной 1910 г., при посредничестве шейха Мубарака. Собеседники, судя по всему, друг другу понравились.

В отчете капитана Шекспира об этой встрече, так же, как и раньше в докладных записках майора Перси Кокса, красной нитью проходила мысль о своевременности налаживания Англией политического диалога с ‘Абд ал-‘Азизом Аль Са’удом. Ответ, поступивший из Лондона, гласил, что прежней линии поведения в отношении ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уда следует придерживаться до тех пор, пока вопрос об изменении подхода к нему не будет официально поставлен перед Лондоном администрацией вице-короля Индии (111).

В 1911 г. состоялась еще одна встреча ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уда с капитаном Шекспиром. На этот раз эмир Неджда предложил ему разработать план совместных действий по «изгнанию турок из Эль-Хасы». Просил оказать помощь «на случай возможных контрдействий турок с моря» во время развернутой им кампании в Эль-Хасе по занятию Эль-Катифа, эль-‘Укайра и Дарина. В ответ выражал готовновность принять в Эль-Хасе английского политического агента. Были предметно обсуждены все аспекты возможного сотрудничества и обязательства сторон в случае заключения двустороннего соглашения. Однако подписание его так и не состоялось. Англичане, как докладывали российские дипломаты, открыто продемонстрировать тогда туркам свою поддержку ‘Абд ал-Азизу Аль Са’уду воздержались, находя это — «действием преждевременным».

«Имея в виду войти