Королевство Саудовская Аравия. История страны, народа и правящей династии Аль Са’уд - Игорь Петрович Сенченко

что «турок ожидают тяжелые времена». Ширящееся, день ото дня, национальное движение арабов чревато для Турции последствиями, «весьма прискорбными для ее положения в Азии» (97).

По сведениям российских дипломатов, говорится в документах Архива внешней политики Российской империи (АВПРИ), «нить антитурецкой коалиции на севере и северо-востоке Аравии шла через шейха Мубарака». На юг она уходила «в племена мунтафиков, с шейхом которого у правителя Кувейта был уговор о взаимной поддержке в политических делах», а на север — к эмиру Неджда, столь же жестко настроенному против турок, как и шейх Мубарак (98).

Среди главных событий-предвестников «пробуждения национального сознания» у арабов Аравии, «нарождавшейся у них тяги к самостоятельности и независимости», к освобождению от ярма владычества Османской империи российские дипломаты называли выступление ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уда против Рашидитов, союзника Османской империи и ее опоры в Северо-Восточной Аравии (99).

Сообщая о росте «национального сознания» среди племен Верхней Аравии и их «страстном желании освободиться от турок», русский консул в Басре, надворный советник Константин Васильевич Иванов, информировал (15.09.1907) Санкт-Петербург об имевшемся у арабов «военном потенциале» (с акцентом на Эль-Хасе). Численность населения Эль-Хасы вместе с Эль-Катифом и Катаром, писал он, составляет «250–260 тыс. душ». Из кочующих племен, которые могли бы поддержать ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уда в его схватке с турками и Рашидитами и выставить крупные ополчения, следовало бы упомянуть следующие. Во-первых, ал-‘аджман и ал-мурра с семью тысячами и четырьмя тысячами мужчин соответственно, способных держать в руках оружие; бану хаджир и бану халид, в каждом из которых — по три тысячи воинов. Всего в кочующих племенах того края, докладывал он, насчитывалось тогда «166 тысяч душ, в том числе 17 тысяч воинов» (100).

Что касается «военной силы турок», то всего в вилайете Басра, как следует из донесения другого русского консула, Сергея Владимировича Тухолки (Басра, 25.03.1910), было расквартировано «22 батальона, в том числе три в Эль-Хасе и Эль-Катаре», и две батареи. «Командир войск в Басре, — указывал он, — Шамиль-паша, — горький пьяница. Образованных офицеров мало. Солдаты плохо одеты и накормлены». С учетом сказанного, констатировал он, можно сделать вывод, что «… с теперешними жалкими силами держать в повиновении арабские племена турки не в состоянии» (101).

Неважно обстояли дела и в самом «стане Рашидитов», отмечает в своих воспоминаниях Филби. Основательно покачнувшись под ударами ‘Абд ал-'Азиза Аль Са’уда, клан Рашидитов утратил фундамент единства, и в нем началась долгая и кровопролитная борьба за первенство, забравшая жизни многих его членов (102). 29 декабря 1906 г. не стало в ходе дворцового переворота эмира Мит’аба Аль Рашида. Правил менее года; был убит тремя его племянниками. Организатора этого переворота, шейха Султана ибн Хамуда, удерживавшего власть до января 1908 г. и пытавшегося, почувствовав шаткость своего положения, бежать вместе с казной эмирата в Египет, перехватил, заточил в тюрьму, а потом и задушил, как рассказывает А. М. Васильев, его брат Са’уд ибн Хамуд. Того, в свою очередь, сменил у власти в 1909 г. при поддержке крупного хаильского клана ал-Субхан, его малолетний сын Са’уд. Такая чехарда во власти, со слов хронистов Неджда, продолжалась вплоть до «кончины» эмирата Джабаль Шаммар в 1921 г. (103).

В 1907 опять взбунтовалась Бурайда. На сторону нового эмира Бурайды из того же клана ал-Муханна, возжелавшего отпасть от Неджда и обрести самостоятельность, встал и верховный вождь племени ал-мутайр шейх Файсал ал-Давиш. Эмир ‘Абд ал-‘Азиз Аль Са’уд, собрав племенное ополчение, представленное в основном воинами племени ал-‘атайба, исконного врага шаммаров и мутайров, решил вначале приструнить шейха Файсала ал-Давиша, и в сражении у города Эль-Маджма’а, что в Судайре, произошедшем в конце апреля — начале мая 1907 г., наголову разбил его. Поставленный на колени, шейх Файсал ал-Давиш, тяжело ранененый к тому же, запросил мира и изъявил покорность эмиру. С учетом веса и влияния его племени в межплеменной структуре Верхней Аравии и необходимости дальнейшей консолидации власти в Неджде и Эль-Касиме ‘Абд ал-‘Азиз Аль Са’уд принял его заверения в преданности. В те непростые для него времена, как пишет Филби, эмир Неджда больше нуждался в живых друзьях, чем в мертвых врагах (104).

Вслед за этим, в августе-сентябре 1907 г., произошло еще одно сражение — при Тарафии. Эмир ‘Абд ал-‘Азиз жестко схлестнулся там с войском вторгшегося в Эль-Касим эмира Хаиля, шейха Султана ибн Хамуда, которого поддержали жители Бурайды. Выступил на их стороне и нарушивший свою клятву в преданности эмиру ‘Абд ал-‘Азизу шейх Файсал ал-Давиш. Эмир ‘Абд ал-‘Азиз одержал победу. Шаммары, в очередной раз битые ‘Абд ал-‘Азизом Аль Са’удом, возвратились в Хаиль, а шейх Файсал ал-Давиш со своим племенем укрылся в пустыне (105).

1908 г. в истории Верхней Аравии ознаменовался страшной засухой в Центральном Неджде, продолжавшейся несколько лет кряду, и сменой правителя Мекки (им стал шариф Хусейн ибн ‘Али, проведший в качестве почетного заложника в Стамбуле целых 15 лет).

В Джабаль Шаммаре, в отличие от Центрального Неджда, пораженного засухой и мором скота, прошли обильные дожди. Бедуины сочли это знаком благоволения Аллаха к Рашидитам. Стали массово покидать «удел Са’удов» и перекочевывать в «пределы Рашидитов», становясь под их защиту.

Имели место волнения в провинции Эль-Харик, вылившиеся в выступление против Са’удов (февраль-апрель 1909 г.). С восставшими Ибн Са’уд смог договориться.

Стал угрожать ему подзуживаемый турками правитель Мекки, амбициозный и честолюбивый шариф Хусейн, помышлявший о том, чтобы сделаться главным «центром силы» Аравии. Действовал он энергично. Захватил Асир. И в конце лета 1910 г. вторгся в приграничную с Недждом дайру племени бану ‘атай-ба, не присоеденившегося еще тогда ни к эмиру Неджда, ни к тарифу Хусейну. И совершенно случайно пленил шейха Са’ада, брата шейха ‘Абд ал-‘Азиза Аль Са’уда, который занимался там вербовкой бедуинов для похода против сыновей и внуков Са’уда ибн Файсала, дяди ‘Абд ал-‘Азиза. Бежав из Эр-Рияда, они заявили о своих правах на власть. В свое время (1904 г.) ‘Абд ал-‘Азиз вызволил их из плена Рашидитов, но вот «к власти не допустил». И, затаив обиду, они в 1910 г. восстали против него. В сговор с ними вошел и род ал-Газан из племени бану ‘аназа (дальние родственники Ибн Са’уда). Главная база мятежников располагалась в районе Эль-Харик. Подавив поднятый ими мятеж, ‘Абд ал-‘Азиз предложил родственникам либо покаяться и возвратиться в лоно семейно-родового клана Аль Са’уд, либо отправиться в изгнание. Старший из них, Са’уд, принес извинения за все им содеянное, женился впоследствии на сестре ‘Абд ал-‘Азиза (Нуре) и сделался его сторонником. Так же поступил, возвратившись в Эр-Рияд, и его брат Мухаммад. А вот третий их брат не смирился, пустился в бега и укрылся в Эль-Хасе.