Ник Барон - Полковник Ф.Дж. Вудс и британская интервенция на севере России в 1918-1919 гг.: история и мемуары

Подготовка, которой Крозье занимался со своими подчиненными, оказалась эффективной только отчасти. Не полностью удалось ему решить и «офицерскую проблему». 36-я дивизия часто появлялась в списке дисциплинарных взысканий, и ее 9-й батальон Королевского Ирландского полка в этом отношении не был исключением (хоть был и не самым худшим из вспомогательных батальонов). В ноябре 1915 г. генерал Нагент устроил разнос персонально Крозье за его «недисциплинированную толпу»[128]. Главной причиной развязного и недисциплинированного поведения было пьянство, на чем попадались как рядовые, так и офицеры. В течение первого года во Франции 31 солдат из Западного белфастского батальона предстал перед трибуналом за различные преступления, и один был приговорен к смертной казни за мнимое дезертирство (это был восемнадцатилетний Джеймс Крозье, о котором Ф. П. Крозье, давая свидетельские показания, сказал, что тот «увиливал от службы» и как солдат «не представлял никакой ценности»). Несколько офицеров были отправлены в отставку или подвергнуты дисциплинарному взысканию[129]. Чтобы привести 107-ю бригаду в форму, Нагент перевел ее на три месяца в окопы и переподчинил другой дивизии, которая недавно прибыла во Францию[130]. В январе 1916 г. Крозье получил повышение до подполковника и принял командование над своим батальоном[131]. Вудс теперь был его заместителем. В начале марта 1916 г. 36-я дивизия (107-я бригада уже воссоединилась с ней) была развернута в лесу Типваль в преддверии «большого наступления» в середине лета. В течение июня Вудс использовал свои навыки в черчении, чтобы нарисовать большую настенную карту из ткани для лекций Крозье о надвигающейся битве[132]. Если раньше у Нагента и были сомнения по поводу готовности ольстерцев к сражениям, их отвага и трагическое самопожертвование 1-3 июля, описанные в первой главе, доказали его неправоту.

После первых дней бойни на Сомме 36-я дивизия была отведена на север для отдыха и перегруппировки. В течение нескольких месяцев позиции, которые они занимали в районе г. Мессин, оставались относительно спокойными. В середине октября Крозье командировал Вудса в Британию на курсы старших офицеров в Олдершоте, что явно свидетельствовало о его намерении подготовить Вудса для очередного повышения в должности[133]. Пока Вудс отсутствовал во Франции, у него появилось время, чтобы обдумать другие дела. 27 октября 1916 г. в газете «Таймс» был опубликован «Настойчивый призыв к кабинету министров, подписанный тысячей представителей интеллектуальных кругов британской нации», в котором высказывались требования ограничить потребление алкоголя на время войны и принять меры по прекращению роста смертности новорожденных[134]. В нем высказывалась уверенность, что «угроза жизни детей в нашем государстве» объясняется широким распространением венерических заболеваний, которые, в свою очередь, вызвались неконтролируемым пьянством. Под этой петицией подписались многие ведущие военные, промышленники, писатели, политики и другие общественные деятели того времени.

Почти в самом конце списка военных подписей стоит имя «Майор Ф. Дж. Вудс, фронт». В культуре Ольстера было укоренено и пьянство, и воинствующая трезвость — только в 9-м батальоне Королевского Ирландского полка и Крозье, и покойный Гаффикин были излечившимися алкоголиками, которые отказывались от своей порции рома перед боем, но у самого Вудса не было ни особой склонности к выпивке, ни сильного предубеждения против нее (в его карельских мемуарах часто встречаются эпизоды, связанные с алкоголем — как правило, в юмористическом контексте, и, как мы увидим позднее, его политическая карьера частично спонсировалась владельцами питейных заведений и пивоваренных заводов). Скорее всего, Вудс решил поставить свою подпись под обращением после того, как лично увидел, насколько широко распространено на фронте пьянство и сколько проблем с дисциплиной оно вызывает в его собственной дивизии. Свою роль, возможно, сыграли и семейные связи, так как фирма его тестя «Стюарт, Блэкер, Квинн и Компания, Белфаст» также числится в разделе «Финансы и промышленность» в списке тех, кто подписал обращение.

В конце ноября 1916 г. Крозье был награжден за храбрость, проявленную во время битвы на Сомме, хоть она и была связана с нарушением приказа; он получил звание бригадного генерала и командование над 119-й пехотной бригадой (которая не являлась ирландским соединением). В этот момент Нагент спросил у него, кого он мог бы посоветовать в качестве командира 9-го батальона Королевского Ирландского полка, и здесь обнаружилось, что «офицерская проблема» так и не была решена. Согласно мемуарам Крозье, опубликованным в 1930 г., он сразу же порекомендовал майора Горация Хэслетта, который, по его описанию, был «очень здравомыслящим Белфастским бизнесменом, сыном бывшего лорд-мэра Белфаста». В битве на Сомме Хэслетт потерял глаз, но быстро шел на поправку. В отсутствие Вудса и Хэслетта 9-м батальоном командовал третий майор, Уильям Монтгомери, оценщик и аукционист из Белфаста (а также зять и близкий друг Хэслетта). Позднее Крозье следующим образом объяснял свое решение:

Я указал, что мой заместитель, Вудс, сейчас находится в школе для старших офицеров в Олдершоте. Я послал его туда, чтобы тот подготовился к командованию батальоном. Он обладал хорошим военным мышлением, но были и проблемы, о которых я знал. Он бы никогда не смог командовать батальоном в Белфастской бригаде, да и, пожалуй, во всей Ольстерской дивизии, так как у тех, кто там служил, были свои особенности, предубеждения, предпочтения или мелочная зависть. Я всегда считал, что он должен командовать батальоном в другой дивизии, где по отношению к нему не испытывали бы мелочной зависти и где у него не было бы соблазна использовать в ответ свою власть. В тот момент я приступал к командованию бригадой и хотел заполнить первую вакансию именно Вудсом[135].

Крозье не дает ни одного намека на характер или причину антагонизма между Вудсом и другими офицерами. Так как Крозье выражал искреннюю уверенность в военных талантах Вудса, эти «трудности», скорее всего, объяснялись личными мотивами, а то, что Крозье не сомневался в способности Вудса командовать батальоном вне 36-й дивизии, показывает, что эта «мелочная зависть», скорее всего, относилась именно к его ольстерскому прошлому.

Возможно, коллеги Вудса не приняли его с социальной точки зрения. Большинство из них были бывшими офицерами регулярной армии или выходцами из деловых или профессиональных кругов и принадлежали к верхней прослойке среднего класса Белфаста. Многие также были видными гражданскими чиновниками, и почти все являлись членами Оранжевого ордена. Они происходили из семей, которые были тесно связаны друг с другом и давно укоренились в городе. Многие из них учились в Королевском академическом институте и знали о происхождении Вудса (Хэслетт пошел в школу в 1894 г. и, скорее всего, учился вместе или параллельно с Вудсом). Такие люди должны были воспринимать Вудса как выскочку, чуждого их кругу, из непонятных слоев общества и с подозрительно демократичными взглядами. Он даже не состоял в Оранжевом ордене! С другой стороны, рядовые могли испытывать неприязнь к тому, что они считали замашками на аристократичность со стороны паренька из Сэнди Роу — в этот период войны большинство офицеров все еще были «джентльменами» по социальному происхождению.