Анатолий Эйрамджан - С миру по нитке

Стоит на улице или где-то чуть-чуть задержать взгляд на женщине – она тут же улыбается тебе. И бессмысленно подходить к ней, пытаться на этом основании затеять разговор, кадрить – это другая планета. Единственное, что успокаивает, так это то, что по своим внешним качествам они не дотягивают до привычного у нас даже среднего уровня. Так что пусть улыбаются...

Приезжая в Москву после «своей» Америки я с радостным удовольствием смотрю даже на пожилых женщин, а о молодых и говорить не стоит – глаз не нарадуется! Хоть они, в основном, угрюмы и редко улыбаются.

Мы привыкли читать еще в советских газетах о преступности в США. И вот я в Америке. Вечерами и ночами гуляем совершенно спокойно. На лужайках в городе часто устраиваются концерты или то, что у нас называют «народными гуляниями».

На второй или третий раз попав на такое мероприятие я вдруг понял, что чего-то мне здесь недостает, не хватает и поразмыслив, понял чего: группы парней, выпивающих в сторонке, а потом вдруг с бранью и смачными ударами, со звоном разбитого стекла, задевая подвернувшихся под горячую руку, как рой пчел носящихся по лужайке и превращающих веселье в кошмар. Ни одного пьяного я ни разу не видел на подобных мероприятиях.

Да и не видел молодежь, способную на такое. Все развлекаются мирно, интеллигентно, никто не говорит даже на повышенных тонах. Трудно в это поверить, но это так. Первое время меня настораживали вои полицейских сирен, я видел несущиеся друг за другом полицейские машины, кружашие в небе полицейские вертолеты... А потом из новостей узнавал, что на шоссе перевернулась и загорелась машина, все обошлось без жертв, или в банке в туалете заперся человек и позже выяснилось, что это сумасшедший. И таких поводов достаточно для того, чтобы почти весь мобильный персонал района устремлялся с мигалками к месту происшествия. Такое впечатление, что полиция хочет всячески показать, что не зря получает зарплату и использует для этого любой повод. Вот случай, произошедший на моих глазах: на детскую площадку (кстати, стерильно чистую, а песочница, не поверите! – без битого стекла, окурков и собачьих какашек ), где по вечерам играет наш сын стал приходить мальчик возраста 13-14 лет, явно психически неполноценный. Все его действия казались неопасными, пока он не стал кидаться камнями в разые стороны... Кто-то (как здесь это принято) сразу позвонил в полицию и тут же с воем сирен и миганием маячков появились три полицейцские машины, встали на лужайке в один ряд и оттуда вышли бравые полицейские и окружили смурного парня. Без труда поняв, что имеют дело с психом, полицейские сделали ему внушение минут на 15, записали адрес и отпустили с миром.

Впечатление: из пушки по воробьям. Но, может быть так и надо, может другим это урок?

Как-то мы приехали из Москвы в Майами в свою квартиру после годового отсутствия и я решил позвонить по телефону.

Куда не позвоню – нет соединения, ничего не получается. Тогда я решил, что надо испробовать какой-то явно неизменяемый номер, вроде наших «01», «02» или «03». В Америке такого типа номер мы знали всего один: 911. Я набрал, услышал ответ « 911 слушает!» и дал отбой. Сделал вывод, что связь, в общем, работает, поделился этим выводом с женой, стали думать, что же произошло с другими номерами, и вдруг за антимоскитной дверной сеткой я увидел напряженное лицо полицейского – рука его было на рукоятке кольта в кабуре.

– Есть проблемы? – спросил он.

– Нет, а в чем дело? – спросил я, открывая ему дверь.

Полицейский по киношному осторожно вошел в квартиру, продолжая держать руку на кольте. И тут выяснилось, что он не один: следом вошла женщина-полицейский, которая, явно, прикрывала его.

Они осмотрели всю квартиру, открывали даже стенные шкафы... Выяснилось, что они явились по моему звонку в 911. То есть, позвонив по этому номеру не обязательно кричать и просить о помощи, достаточно самого факта звонка – вдруг ты не имеешь возможности говорить и таким звонком сообщаешь, что тебе необходима помощь. В современных мобильниках даже есть специальная кнопка, которую можно запрограммировать на номер 911. А дальше компьютер выдает по запеленгованному номеру адрес и, как мы убедились, достаточно 5-7 минут, чтобы прибыла полиция. Когда я сказал полицейским, чем был вызван мой звонок, они объяснили, что с полгода назад введен код района, три цифры, которые необходимо набирать перед нужным номером, предупредили, чтобы в дальнейшем я не пользовался в подобных случаях их номером и без скандала удалились.

Любое незапланированное скопление народа на улице – и тут же появляются полицейские машины. В городе стоят камеры наблюдения и дежурный в участке дает информацию патрульным машинам. Сцену с проституками «Жениха из Майами»

мы решили снять прямо возле отеля, в котором мы жили: только установили камеры, свет, как тут же подьехали полицейские машины. У нас было разрешение на съемки, но нас поразила оперативность появления полиции.

Или снимаем «Тайное свидание», ночью на пляже. Включили генератор, осветили полпляжа тремя приборами, Зинченко и Панкратов должны раздеться донага и побежать в океан. В отдалении собрались зрители из жителей отеля и вдруг мне говорят, что появился полицейский. Я тут же иду к нему и говорю, что у нас есть разрешение на съемки. Говорю это с расчетом, чтобы он успокоился и ушел, чтоб не увидел бы, что мы снимаем обнаженных актеров, вдруг решит, что снимаем порно?

– Я здесь, чтобы у вас не было неприятностей! – сказал мне полицейский.

Он оставался до конца съемок и его не покоробило, что актеры у нас снимались голыми. Во всяком случае нам он об этом ничего не сказал.

А вот как-то на фли-маркете, куда мы отвезли всю группу покупать недорогие вещи, Зинченко в мини-юбке, уставшая от ходьбы и от жары села на какой-то ящик и устало раздвинула ноги. Тут же появился здоровенный полицейский и сурово уставился на Зинченко. Зинченко моментально поняла все без слов и тут же сомкнула ноги, а полицейский удовлетворенно удалился.

Одним из первых моих знакомых в США побывал Юлик Гусман. И всех удивило, что он в одиночку гулял по Гарлему.

– А ты не боялся? – спросил кто-то его.

– Они меня боялись! – ответил Гусман. – После нашей бакинской Похул-Дарьи(очень бандитский район города) Гарлем –парк культуры и отдыха!

Я вспомнил эти его слова, когда гулял по огромному универмагу в «черном»

районе Майами. Двое подростков-негров гонялись друг за другом и неожиданно, чуть не сбили меня с ног. Когда я, крутанувшись на месте все же удержался на ногах, я был поражен, как эти ребята извинялись, просили прощения и видно было, что они делают это искренне и очень интеллигентно.