Светлана Зубрилина - Владимир Высоцкий: страницы биографии

Работа у него адская была. Меня поражало, например, что он мог писать стихи ночью, вечером, приходя со спектакля. Зайдешь к нему как-нибудь, всегда перед ним лежит тетрадка. Он пишет очередную песню. И включен телевизор, то есть улавливает ритм нашего времени в целом. Со всей его вульгарностью и стандартом. Для него это как бы натурщица для художника — он поглядывал в телевизор и писал. От этого у него был ритм улицы и в то же время телевизионных каких-то программ».

В 1977 г. Андрей Вознесенский пытался помочь Владимиру Высоцкому, поэту, уже тогда ставшему поистине народным — принес его рукопись в издательство «Советский писатель». Литературный редактор ее принял, но дальше дело не пошло: дирекция стояла насмерть.

Ситуация с изданием стихов неожиданно быстро изменилась после его смерти. Летом 1981 г. Главное управление культуры высказало намерение издать сборник поэта. Составителем этой книги стал Роберт Рождественский. В этом же году вышел «Нерв», в который вошли не все и далеко не лучшие произведения Высоцкого — но это было началом «триумфального шествия» его поэзии. Прошло время. Изменилась страна, и поток изданий его стихов и прозы стал неудержим, потому что это не читатель столько лет говорил «нет» произведениям поэта. Владимира Высоцкого издают, о нем пишут, но жаль, что это происходит лишь сейчас, когда он уже не может проследить за правильностью публикаций, не может, вдохновленный, создать новое.

Надо все же признать, что в настоящее время интерес молодых к творчеству Высоцкого угас, как подчеркивал директор Центрального дома-музея поэта Н. В. Высоцкий, знают и читают Владимира Высоцкого поколение людей после 30 лет. Молодым более интересна биография человека-легенды, история его жизни. Причин угасания интереса к стихам Высоцкого несколько. В последние годы его поэзию пытаются уложить в привычные рамки, строки разобрать и рассортировать по полочкам: эти гражданственные; эти о любви; те — сатира и юмор; здесь — «трансформация грамматической формы поэтического штампа»; тут — «упрощение кода ради усложнения декодирования информации». Владимир Высоцкий, наверное, заметил бы по этому поводу: «И стал я великим, а был я живым». В связи с таким обращение с творческим наследие поэта, также вспоминаются слова Бориса Пастернака о Маяковском: «Его стали насаждать, как картошку при Екатерине, и он умер во второй раз». Для поэзии Высоцкого сейчас наступило испытание признанием и славой. Кроме выше сказанного, сегодня в нашей стране культивируется западный, американский образ жизни. Из самой читающей страны мы превратились в самую жующую. Наши дети все меньше интересуются сказками Пушкина, Бажова, почти не смотрят отечественные мультфильмы. И как следствие недостатков родительского и школьного воспитания — все меньше молодежь увлекается поэзией, ее вполне устраивает песня, эстрадная или роковая, с текстом из трех слов: потому что можно слушать и не слышать: жевать!

Попробуйте поставить кассету Владимира Высоцкого — слышать его и заниматься чем-то другим. У вас ничего не выйдет. Потому что тексты его песен — это поэзия, и она требует к себе более чуткого отношения, заставляет задумываться о жизни.

Чем менее нация образованна, тем легче ею манипулировать, тем равнодушнее каждый к судьбе других — тем проще заставить принять и оправдать жестокость, примитивность чувств, проще обмануть. Глупая, бессмысленная война в Чечне. Постоянные конфликты в разных частях когда-то единой страны. Нищета одних, неоправданная роскошь других — и как следствие растущая преступность, вплоть до государственного уровня.

Стихи Владимира Высоцкого, написанные, вроде бы, очень давно, в иную, советскую эпоху, но созданные на почве вечных тем, таких как любовь и зло, верность — предательство, жизнь и смерть — приобретают сейчас новое звучание:

В дорогу — живо или — в гроб ложись!Да, выбор небогатый перед нами.Нас обрекли на медленную жизнь —Мы к ней для верности прикованы цепями.

А кое-кто поверил второпях —Поверил без оглядки, бестолково,Но разве это жизнь — когда в цепях?Но разве это выбор — если скован?

Коварна нам оказанная милость —Как зелье полоумных ворожих:Смерть от своих — за камнем притаилась,И сзади — тоже смерть, но от чужих.

Душа застыла, тело затекло,И мы молчим, как подставные пешки,А в лобовое грязное стеклоГлядит и скалится позор в кривой усмешке.

И если бы оковы разломать —Тогда бы мы и горло перегрызлиТому, кто догадался приковатьНас узами цепей к хваленой жизни.

Неужто мы надеемся на что-то?А, может быть, нам цепь не по зубам?Зачем стучимся в райские воротаКостяшками по кованым скобам?

Нам предложили выход из войны,Но вот какую заломили цену:Мы к долгой жизни приговореныЧерез вину, через позор, через измену!..

Стихи, песни Владимира Семеновича Высоцкого еще долго будут интересны российскому читателю. Его младший сын, Никита Владимирович, сказал в одном из интервью к 60-летней годовщине Высоцкого: «Сейчас в России много говорят о национальной идее. Словами эту идею трудно определить: она, как жизнь, подвижна и богаче любой формулы, на плакате ее не напишешь. То есть ее можно в какой-то момент зафиксировать — художник ее может передать через холст, поэт — через стихотворение, певец — через песню. И в таком смысле зерно этой идеи — обостренное ощущение правды, страстное стремление к этой самой правде — было в творчестве отца, в самой его жизни…

Я убежден, что Высоцкий нуждается в продюсировании. Не в навязывании, Боже упаси. Но надо дать возможность людям прикоснуться к его искусству».

Владимир Высоцкий — одно из ярчайших явлений русской национальной культуры. Мы с полным правом называем его народным поэтом, создавшим своеобразную социальную энциклопедию, в творчестве которого отразилось мышление российского человека конца XX века. В стихах Высоцкого смеется и плачет, юродствует и страдает русский народ, пытаясь понять нескончаемые грани бытия и поведать об этом своем знании всему миру.

Глава 10

«Я не люблю…»

Наш рассказ о жизни и творческой судьбе Владимира Высоцкого заканчивается и завершить его мы предоставляем самому певцу, актеру и поэту. Надеемся, что выдержки из его дневника, написанного в Париже зимой 1975 г.[34], а также цитаты, фрагменты выступлений, где он говорит о том, что в жизни было для него особенно неприятно, позволят читателям лучше понять характер, внутренний мир человека, ставшего одной из легенд уходящего века.