Александр Арефьев - Были и былички

Земле Армагеддон, то бишь полный абзац, а эксперимент заново начать.

Я им "Позвольте, господа!" и шустро так по второй, мол, "С благополучным прибытием!" и без передыха по третьей, а сам прошу:

"Дайте высказаться!". А они: "Да что там говорить, что тут сказывать? Армагеддон так Армагеддон, мы и зашли-то случайно, попрощаться, на вашу крышу приземлились". И рюмки дном кверху: "Всё!

Аннунаки свою норму знают, нам еще работа предстоит". Я им: "Ребята, позвольте уж тогда за упокой души раба божьего!".

Достаю из бачка унитазного энзэ, что подальше от тёщиного глаза заховал, разливаю и волнительно так: "Братцы! Не ко времени прибыли, только жить по сути начинаем, товарищей разогнали, друг дружку господами стали величать, казни мораторием отменили, зарплаты до жизненного уровня довели, пенсии на 2 процента подняли. За терроризм с преступностью взялись так, что сами дрожим, олигархам кирдык сделали, на электричество рыжего (они у нас самые мудрёные на Земле) посадили, теперь с утра ток завсегда есть. Мой племяш Митюха сказывал, у них в НИИ скоро термоядро холодное произведут, энергии будет хоть ртом хлебай, землю-матушку в покое оставим. А дыры в небе, не извольте сомневаться, залатаем как денег подсоберём. Со своими чеченами разберемся, будем евреев с палестинянами мирить, там наших много, послушают. Я уже с соседом Соломоном Моисеичем договорился им подсобить. И Президент у нас молоденький, только-только силы набрал, дайте дослужить".

Короче, с трудом, но уломал я инопланетян, обещали подождать с

Армагеддоном до следующего приезда. Правда, пришлось за третьей к соседям смотаться, ради такого случая одолжили до понедельника.

Загустели немного ребята залётные. Отнес я их на крышу, по лучу из тарелки ихней, аки по лестнице, вверх забрался, по каютам уложил и ручкой помахал. Вернулся сильно поуставши и в койку, а наутро, глаза как протер да опохмелился, думаю, надо оповестить народы. Хорошо, аннунаки на меня напали, а ну как ненароком опять нагрянут да к Баши туркменскому или Бушу какому-нибудь забредут. Армагеддон всем тогда без всякого абзаца.

Написал всё как есть и отправил. Только вот не знаю, поверят ли в редакции, неровён час, переадресуют в корзину. Но если это я с тобой, уважаемый читатель, балакаю, значит поверили черти, дошло моё послание.

Приехали как-то Ваня с Маней на дачу отдохнуть от трудов праведных, а тут на их шести сотках тарелка НЛО приземлилась. И выходят из неё тоже мужик с бабой, по виду такие же, как мы.

Говорят:

– Хотим провести научный эксперимент по части секса с вами.

Ну, Ваня с Маней согласились, конечно, ради эксперимента и налаживания отношений с космическим братством. Разошлись по комнатам, разоблачились. Тут Маня и говорит:

– Что-то маловато у вас в одном месте, товарищ…

А тот:

– Минуточку!

Подкрутил правое ухо, и гениталии его в размере аж в десять раз возросли. Закончили обе пары эксперимент, энлонавтов, по малой толике нашенской на дорожку приняв, проводили.

Ваня вот и интересуется:

– Ну как, Маня, у тебя это дело прошло?

А она:

– Классно, Ваня, как у нас и даже лучше! А у тебя, позволь узнать?

– Да тоже нормально, только странная она какая-то, всю дорогу мне правое ухо крутила, крутила…

Помните, недавно еще совсем, жили мы удивительной жизнью?

Говорили одно, думали другое, плакать надо – смеялись, оборжать что следовало – с миной умиления на физиономии аплодисментами приветствовали. Как вам такая в прошлом обыденщина: "Весь советский народ с чувством глубокого удовлетворения воспринял решение горячо любимой партии и лично… поддержать самоотверженную борьбу революционных повстанцев племени мумба-юмба с марионеточным правительством, ставленником американского и международного империализма"? Уф, еле выговорил эту тарабарщину, а ведь кормили ею нас многие лета. Неудивительно, что и посейчас кое у кого мозги набекрень.

А помните нелепые журналистские ляпы, которые звучали скрытой издевкой? Например, призыв "Комсомолки" тех времен во всю первую страницу "Если делать, то по-большому!". Или такой впечатляющий для хорошего воображения пассаж: "Диктатор Батиста, запрятавшись от восставшего народа в глубокое подполье, мучительно пытается оттянуть свой конец". Невольно вспоминаю справку, выданную в деревне нашей домработнице (по-нынешнему, прислуге): "Настоящим удостоверяется, что такая-то такая-то под немцем была, но связи с ним не имела".

В общем, жили постоянно с фигой в кармане, на кухне под горькую водочку с немудрёным закусоном проверенным друзьям на ухо шёпотом анекдоты политические рассказывали. Слава Богу и Горбачёву, оклемались маленько после Ельцинской шёлковой революции, стали забывать Эзопов, он же птичий язык, раба из себя по завету Герцена литрами выдавливаем. Но всё же глубоко сидит в нас Януса двуликого привычка. Да и как тут резать правду-матку на каждом углу да активно возлюбить ближнего? Не поймут люди наши. Подставишь, по заповеди, правую скулу после хука в левую, так такой апперкот в поддых получишь, мало не покажется.

Вот и продолжаем по-Брежневу. "Будьте любезны, пригласите к телефону вашего мужа, это с работы беспокоят". А жена слышит: "Ну, ты, старая карга, зови своего тюфячка", – и думает: "Знаю твою работу, кобыла крашеная, да отбивай моего троглодита пузатого, сама потом намаешься". А вслух: "Любимый, возьми трубочку, это Милочка".

"Дорогие сограждане!", – слышим мы торжественное обращение высокопоставленного чина, а слышим: "Да пошли вы все куда подальше, достали оглашенные, надоели хуже горькой редьки со своими проблемами". Друг при встрече: "Привет, старик, как живешь-можешь?", а в подтексте – "Да чтоб ты сдох, обормотина. Куда глазки-то прячешь? Как в Нинку мою ими стрелять, так Александр Матросов, а как долги отдавать, так сразу окосел и стушевался".

И детки туда же. "Папа, какой же ты у нас хороший" значит

"Предок, дай полтинник на пиво, не жмоться!". Получил – слезы благодарности на глазах, а вышел к друзьям, слышится: "Совсем задолбали шнурки чёртовы, типа, рубля не допросишься". Дочка, еще и пяти нет, подруге: "Какая ж ты красивая в новом платьице", а мне:

"Чего ж это она уродиной такой уродилась да ещё платье совсем не к лицу".

Да, много злобы, зависти чёрненькой внутри себя накопили, хорошо, что ещё сдерживаем, не распрыскиваем, как поливомоечная машина, вкруг себя, обороняясь показной вежливостью и душу облегчая подтекстом, часто обременённым матюжком. Когда вы последний раз видели, чтобы даме ручку целовали? Ах, на сцене Алле Борисовне

Галкин чмокнул? Уверен, в зале за аплодисментом слышалось "Хочет от примадонны чего-то, птенчик чернявый". Так и живём, как в театре, на сцене по сценарию, про себя по нутру своему.