Аппиан - Римская история

Книга VIII. Часть 2

Из [книги] "О событиях в Нумидии"

I.[635] [Mai Script, vet. n. coll., стр. 367. Из ватиканских манускриптов кардинала Маи; из сборника "Об удачных выражениях"]. Бомилькар,[636] подвергнувшись обвинению,[637] бежал до суда и вместе с ним Иогорта,[638] который при этом произнес знаменитое выражение относительно подкупности: "можно купить весь Рим целиком, если бы только нашелся на него покупатель".[639]

II.[640] [Из сборника "О доблестях и пороках"; Val., стр. 561]. Метелл[641] стал двигаться в глубь Ливии, подчиненной римлянам, обвиняемый войском в медлительности по отношению к врагам и в жестокости по отношению к своим воинам; действительно, он строго наказывал провинившихся.

III.[642] [Оттуда же, там же]. Метелл перебил всех членов совета города Бага,[643] обвиняя их в том, что они предали римский гарнизон Иогорте, и вместе с ними убил начальника гарнизона Турпилия, римского гражданина, который сдался врагам и вызывал подозрения в измене. Взяв от Иогорты перебежчиков,[644] фракийцев и лигуров,[645] у одних он отрубил руки, других же закопал в землю до живота и, велев поражать стрелами или дротиками, сжег их живыми.

IV.[646] [Из сборника "О посольствах"; Urs., стр. 370]. Когда Марий прибыл в Цирту,[647] явились туда послы Бокха,[648] которые просили послать кого-нибудь для переговоров с Бокхом. Были посланы легат Авл Маллий[649] и квестор Корнелий Сулла, которым Бокх сказал, что он стал воевать с римлянами из-за Мария; ибо земля, которую он сам отнял у Иогорты, ныне отнята у него Марием. Вот на что жаловался Бокх. Маллий ему ответил: "Землю эту римляне отняли у Сифака по закону войны и дали как дар Массанассе. Римляне дают такие дары с тем, чтобы получившие их пользовались ими, пока угодно сенату и римскому народу. И, конечно, не без основания, прибавил он, они переменили свое решение; ведь Массанасса умер, а Иогорта, убив детей[650] Массанассы, сделался врагом римлян. Таким образом, несправедливо, ни чтобы враг владел тем даром, который мы дали другу, ни чтобы ты думал, что ты можешь отнять для себя у Иогорты принадлежащее римлянам". Это сказал Маллий относительно земли.

V.[651] [Оттуда же, там же]. Бокх отправил других послов, которые должны были просить Мария о мире, а Суллу, чтобы он содействовал заключению договора. Этих послов, ограбленных на дороге разбойниками, принял к себе Сулла и дружески держал у себя, пока Марий не вернулся от гетулов.[652] Он убеждал их научить Бокха, что он должен во всем слушаться Суллу. И вот, склоняясь уже к тому, чтобы ценой измены и выдачи Иогорты, купить мир, Бокх притворно, под предлогом набора другого войска, посылает уполномоченных к соседям-эфиопам, которые живут на запад от восточных эфиопов[653] вплоть до мавретанской горы, которую называют Атлантом,[654] Мария же просил прислать ему Суллу для переговоров с ним. Марий послал Суллу. Вот каким образом и сам Бокх, и Магдалса, друг Бокха, и некий вольноотпущенник одного карфагенянина Корнелий обманули Апсара,[655] друга Иогорты, оставленного у Бокха наблюдать за тем, что там делается.

Книга IX

Из [книги] "О войнах в Македонии"

I. [Из сборника "О посольствах"; U., стр. 357]. Римляне нисколько не обращали внимания на македонского царя Филиппа, начавшего с ними войну, и вообще не думали о нем, пока Италия еще страдала под ударами полководца Ганнибала и пока сами они крупными войсками занимали Ливию, Карфаген и Иберию и восстанавливали свою власть в Сицилии. Сам Филипп под влиянием жажды расширить свою власть, не испытав раньше от римлян никакой обиды, отправил к Ганнибалу в Италию послов, во главе с Ксенофоном,[656] обещая Ганнибалу быть его союзником против Италии, если и он поможет ему подчинить Элладу.[657] Когда Ганнибал согласился на это, поклялся в соблюдении договора[658] и в свою очередь послал послов принять клятвы от Филиппа, триэра римлян захватила в пути послов обеих сторон и доставила их в Рим.[659] Негодуя на это, Филипп напал на Керкиру,[660] которая была союзницей римлян.

II.[661] [Из ватиканских манускриптов кардинала Маи; Mai, стр. 368]. На войну с Филиппом римлян побудили следующие изречения Сивиллы:[662]

Вы, македонцы, гордитесь господством царей Аргеадов.[663]Будет для вас царь Филипп и благом великим и горем.Первый даст городам и народам царей полновластных;Всю эту славу погубит последний Филипп, побежденныйСилой людей, пришедших от запада и от востока.[664]

III. [Из сборника "О посольствах"; U., стр. 357].

1.[665] Послы египетского царя Птолемея,[666] а с ними и другие, от хиосцев, митиленцев и Аминандра,[667] царя атаманов,[668] дважды сходились там, куда этолийцы созывают обычно свои города для рассмотрения дел,[669] чтобы примирить римлян, этолийцев и Филиппа. Присутствовавший тут Сульпиций[670] сказал, что он не уполномочен что-либо решить относительно мира, и тайно написал сенату, что в интересах римлян, чтобы этолийцы воевали с Филиппом. Поэтому сенат воспрепятствовал заключению мира и послал в помощь этолийцам десять тысяч пеших и тысячу всадников; с их помощью этолийцы взяли Амбракию,[671] которую немного спустя, после того как они отплыли назад, Филипп взял обратно. Послы же опять сошлись и много открыто говорили, что Филипп и этолийцы своими распрями толкают эллинов в рабство римлянам, приучая их производить частые покушения на Элладу. Сульпиций поднялся, чтобы возражать на это, народ же не стал его слушать, но все закричали, что послы говорят хорошо.

2.[672] Наконец, этолийцы первыми сами по себе, без римлян, заключили мир с Филиппом, и вскоре послы самого Филиппа и римских военачальников прибыли в Рим для переговоров о мире. Был заключен договор[673] между римлянами и Филиппом, чтобы ни те, ни другие не обижали друзей противоположной стороны. На этом закончилось первое столкновение Филиппа и римлян между собой, но ни те, ни другие не считали договор ни надежным, ни заключенным по доброй воле.