П Бермонт-Авалов - Документы и воспоминания

Копия.

No 121. А.К. Реммер -- Бермонту-Авалову

Дорогой и горячолюбимый Павел Михайлович.

Прошу верить, что сделал невозможное.

Поздравляю.

Ничего не боюсь и сплетни меня не смущают. Не страшны мне те кляузы, что обо мне распространяют.

Поздравляю тебя с тем, что ты признан генералом Гурко.

Твой навсегда А. Реммер.

Границу открыли. Патроны 10 млн пока высланы из Кенигсберга. Дальше еще пошлют.

Копия.

No 122. Генерал К.С. Десино -- военному министру Латвии

Глубокоуважаемый г[осподи]н министр.

Со времени нашей встречи в Риге обстоятельства изменились. Главнокомандующий нашим Северо-Западным фронтом генерал Юденич назначил полковника Бермонта командующим всеми русскими войсковыми частями, сформированными в Курляндии и Литве 25, и, таким образом, Бермонт перестает быть лицом с неопределенным положением и находится в непосредственном подчинении ген[ерала] Юденича. Создавая такое новое командование, ген[ерал] Юденич имел целью сколотить в одно целое все разрозненные и независимые отряды и этим кулаком ударить на большевиков в направлении через Двинск, каковое является важнейшим в стратегическом отношении для успеха Сев[еро]-Зап[адной] армии. Ген[ерал] Юденич, я и сам полк[овник] Бермонт примем все меры, чтобы никаких недоразумений с местными жителями нигде не было.

Ведь в настоящее время важнейшей целью Вашею, нашею, латышской и вообще всех является скорейшее сокрушение большевистских войск, без чего не может быть мирного существования, и, стало быть, совокупные усилия всех должны быть направлены только на это, а остальные вопросы вершатся потом.

Теперь ни один международный вопрос не может быть окончательно решен, потому что никто не находится в состоянии равновесия. Нужна сильная взаимопомощь для восстановления равновесия. Выдвижением войск полк[овника] Бермонта через Двинск мы наиболее действительно помогаем общему делу.

Вопрос о генерале фон дер Гольце и его скрытых намерениях не должен мешать или оттягивать скорейшее преследование нашей главной и общей цели, и бояться, что полк[овник] Бермонт якобы откроет коридор для него -- оснований нет, и особенно теперь, когда положение Бермонта так радикально изменилось.

Но если бы и теперь все-таки нашлись бы люди, которые этого бы боялись, то ведь коридор не опасен, а сосредоточенная живая сила, которая при продвижении Бермонта вперед рассредоточивается и, стало быть, становится менее опасной 14. С подчинением полк[овника] Бермонта ген[ералу] Юденичу всякие подозрения в немецких тенденциях должны отпасть.

Что у полк[овника] Бермонта в войсках есть небольшое число немцев, то это вред не может принести и никакой политической роли им сыграть не придется, -- полк[овник] Бермонт этого не допустит, но выбросить их сию минуту невозможно, потому что вся жизнь войск полк[овника] Бермонта велась на средства немцев, и она должна продолжаться так еще некоторое время, пока будет возможно перейти на средства ген[ерала] Юденича. Немцы в отряде полк[овника] Бермонта даже полезны, потому, будучи вкраплены, они могут дать большую стойкость в том случае, если большевистская зараза начнет проникать в эти отряды. Ведь немцы природные наемники с незапамятных времен и всюду дрались хорошо.

Скажут, что войска полк[овника] Бермонта жили и живут на немецкие средства, что немцы за это потребуют компенсации. Конечно, так, но ведь должны же люди понять, что Россия в ужасной опасности, а в таком случае для спасения не разбирают, кто бросает спасательный круг. Компенсация никому вреда не принесет, она касается только России, ведь и без нее немцы проникнут в Россию и будут конкурировать с другими народами, потому что они предприимчивы, умны и настойчивы в своих целях. Нельзя же думать, что запретительными мерами можно будет исключить целое государство с многочисленным и предприимчивым населением из мировой конкуренции.

Ввиду вышесказанного прошу Вас, г[осподи]н министр, сделать все, что можно, чтобы войскам полк[овника] Бермонта было оказано всякое содействие, пока они находятся в Литве для достижения задачи, поставленной им генер[алом] Юденичем. Ведь и на конференции военных представителей Англии, Латвии, Эстонии, Литвы, Польши и России предположено было выдвинуть отряд полк[овника] Бермонта к Двинску.

Подл[инное] подп[исал] генер[ал]-лейт[енант] Десино.

Копия с копии.

No 123. Бермонт-Авалов -- Колчаку

Верховному правителю адмиралу Колчаку

Продолжая по отъезде Вашего Превосходительства из Петрограда мою работу и достигнув к настоящему моменту ощутительных ее результатов, считаю моим долгом донести Вам о ней.

Оставаясь в столице, работал совместно с профессором Плетневым 26.

Потом продолжал по мере сил работу на фронте, стараясь замедлить разложение полка.

Видя по окончательном распадении армии бесполезность моего пребывания в ней, перенес мою деятельность в г[ород] Киев, где мне удалось объединить и сплотить некоторых общественных деятелей и при содействии их сгруппировать офицеров бывшей российской армии под флагом "Южной армии*, предназначавшейся для борьбы с большевизмом.

Когда появился генерал от кавалерии граф Келлер с формировавшейся им в районе Пскова "Северной армией*, то мне удалось войти с ним в связь и передать ему некоторое количество бывших в моем распоряжении гг. офицеров.

При возникновении волнений на Украине и организации обороны г[орода] Киева от войск Петлюры 27 работал по формированию "Отечественных дружин*.

Все это создало мне большие связи с офицерским составом, бывшим в то время в г[ороде] Киеве и на юге России вообще.

По занятии г[орода] Киева Петлюрой за мою работу по воссозданию единой неделимой России я снова, в 5-й раз за вышеописанное время был арестован и водворен в Лукьяновскую тюрьму.

Ожидавшиеся с глубокой верой населением г[орода] Киева "союзники* так и не прибыли, а между тем Киеву угрожала уже опасность со стороны большевиков, к нему приближавшихся.

Распоряжением германского обер-командования как разоруженные, так и арестованные гг. офицеры добровольческих организаций, а в их числе и я, были вывезены в Германию с эшелонами германских войск, возвращавшихся на родину.

Здесь, еще в пути, а также и по прибытии на место в лагерь при г[ороде] Зальцведель, мне снова удалось сплотить вокруг себя наиболее деятельный и непримиримый с большевиками элемент и народить в умах его идею формирования партизанского отряда для принятия участия в борьбе за благо родины.

Для осуществления этой идеи я и вошел в сношение с германскими коммерческими кругами и германским командованием, причем как те, так и другие всецело пошли мне навстречу и оказали полную поддержку и содействие, снабжая отряд всем необходимым, а командование даже разрешило вступить в ряды партизан своим добровольческим монархически настроенным организациям, кои и стали примыкать к моему отряду целыми частями.