Борис Арефьев - Солдат Империи

Перебрал Иван Арефич лежащие здесь вещи: старого покроя двубортный мундир, запасную пару хотя и чиненых, но еще крепких сапог, чистое исподнее белье, портянки, носки. Лежала в сундуке и теплая душегрейка, что в сильные морозы надевалась под шинель.

В жестяной коробке из под конфет, имевшей форму такого же, только маленького сундучка, хранились запасной комплект шевронов и галунов да в двух тряпицах награды: Ивановы отдельно, Тимофея Евдокимова – отдельно. Вот и все солдатские немудреные пожитки.

Положил Иван туда же, в сундук, вещи, что достал из тумбочки, и запер его на замок.

По договоренности с дедом Носаченко, отнес он свой сундучок к нему в жилище, в карманах оставил только необходимое и вернулся в казарму, где должен был провести последнюю ночь.

Утром попрощался Иван со своим взводом – в роте и батальоне знали его все, поэтому многие подходили сказать на прощание несколько слов отставному унтер-офицеру или просто пожать руку. Потом отправился он в город, а солдаты на плац…

Но вот какое нашел я свидетельство современника тех лет: «Не вытерпело солдатское сердце…, свернул он на плац и явился перед батальоном, попросил позволения офицеров попрощаться с фронтом… В шинели без погон, вытянулся перед батальоном, снял фуражку и …не без трепета произнес: „Счастливо оставаться, земляки, друзья, братцы! Ухожу – и мое вам всем последнее почтение от чистой души!“ „С Богом! – грянул весь фронт, – счастливого Вам пути желаем и всякого благополучия!…“ „Простите, братцы, в чем согрешил перед вами по неведению и ведению!“ „Бог простит…, а мы у вас просим нижайше прощения“, – посыпалось из фронта…»

От службы уволен

Я солдат и давал присягу завсегда поступать верою правдою.

Сто лет пройдет, сто лет; –

Забытая могила, вчера, Травою порастет…

Ко времени увольнения определился уже мой прадед с работой; в таком городе, как Харьков, наиболее подходящей для старого, не знавшего кроме службы никакого иного ремесла, солдата оказалась швейцарская должность.

Отслуживших солдат, людей трезвых и дисциплинированных, стремились заполучить к себе богатые домовладельцы, хозяева банков, крупных магазинов; стояли отставники у присутственных мест, служили при гимназиях и университетах. Важно для них было то, что Свод Военных постановлений специально оговаривал: «…из числа нижних чинов, поступивших из Военного ведомства в гражданское…, как-то: курьеры, почтальоны, сторожа и служители по заведениям…, всем, кои в воинских командах награждены… за беспорочную выслугу лет нашивками на рукаве мундира из желтой тесьмы…, дозволяется носить таковые нашивки».

Надо думать, унтер-офицера рекомендовал на такую службу кто-то из хорошо знавших его начальников, и приступал к ней прадед в оговоренный заранее срок.

Нести службу для отставного солдата дело привычное, в каком-то смысле теперь уже почетное и относительно хорошо оплачиваемое. Оставалось только выправить паспорт, на что ушло еще некоторое время; готовился этот документ в канцелярии Губернского Воинского начальника.

Приведу далее содержание любопытного этого документа, исполненного на гербовой бумаге.

ПО УКАЗУ

Его Величества Государя Императора

Александра Николаевича

Самодержца Всероссийского

и прочая, и прочая, и прочая

Объявитель сего, служивший в …

Имеет знаки отличия …

Жалованья получал по … в год

От роду ему ныне … лет, приметами:

Росту …

Лицо (форма), глаза (цвет), нос (форма), волосы на голове и на бровях (цвет).

На службу поступил, как из послужного списка видно, из крестьян … уезда, Губернии …, деревни …

Вероисповедания … Читать и писать по русски (умет, не умеет).

На службу поступил … (куда, в какие годы).

В штрафах не был.

Ныне … (такой-то – Ф.И.О.), как выслуживший определенный законом срок, от военной службы уволен, по его желанию, на собственное пропитание, где жить в Империи пожелает, во всяком городе или уезде; но в Санктъ-Петербурге и Москве только в таком случае, если будет иметь возможность к содержанию себя каким либо постоянным занятием и вообще положительным способом, отставные нижние чины из Евреев относительно мест жительства подчиняются ограничениям, в законе установленным.

Во время жительства на родине, или где оное изберет, может заниматься земледелием, мастерством всякого рода или торговою промышленностью, на существующих правилах и на общем основании с теми обывателями, среди которых водворится; также может определиться к разным должностям, вообще как на казенныя, таки на частные места, изыскивая тем способы к своему содержанию, при тех мерах, которые приняты, или впредь будут принимаемы, Правительством насчет водворения, обеспечения и призрения вообще отставных чинов.

Обязан: вести себя честно и добропорядочно; одеваться благопристойно, по миру не ходить, от всяких законам противных поступков воздерживаться, местному начальству повиноваться и никому никаких оскорблений не делать, под опасением наказания по силе существующих узаконений.

Равным образом и ему, … внимание к понесенной им службе, оказывать, в случае надобности, всякое содействие в справедливых его просьбах или требованиях и уважение, приличное заслуженному воину.

Если же ему от кого либо причинена будет какая обида или притеснение, то должен он приносить жалобу местному начальству, которое обязано доставить ему справедливую защиту и удовлетворение по законамъ.

В том месте, где (воинское звание владельца паспорта) … изберет для себя жительство, должен он объявить сей паспорт местной полиции.

Дети … (такого-то) подчиняются всем тем правилам и законоположениям, которые изданы для солдатских детей вообще.

По смерти … (такого-то) родственникам его, или местному начальству, представить сей паспорт в местную полицию, со всеми бывшими у … (такого-то) знаками отличия и медалями для доставки Губернскому Воинскому начальнику той Губернии, в которой … (такой-то) находился будучи на жительстве, и отсылки потом порядком в законе определенном в Инспекторский Департамент Военного Министерства.

Если по смерти … (такого-то) знаков отличия и медалей не окажется, то разысканий о том не производится и наследники его взысканиям за утрату их не подвергаются.

Дан в г. … Губернский Воинский начальник …

Правитель Канцелярии …

Делопроизводитель …

По получении такого паспорта стал Иван Арефич человеком гражданским, сословием – мещанин; имея свободное время до оговоренного срока поступления на службу в 1875 году, решил он побывать в Симбирской губернии, навестить родню.