Михаил Ботин - За свободу Испании

В первые два дня боев с воздушным врагом при отражении налетов на Дарницу зенитчики сбили 11 фашистских бомбардировщиков, из них 5 ночью. Теперь с заградительным огнем прежнего типа было покончено.

Новая боевая техника решительно повысила эффективность зенитной артиллерии при боевых действиях ночью. С каждым днем увеличивался счет сбитым самолетам фашистов при отражении их налетов на Дарницу. Железнодорожный узел, надежно защищенный от воздушного врага, начал восстанавливаться и приступил к приему поездов, подвозивших фронту людские резервы, боевую технику, боеприпасы, горючее и другие виды материально-технического снабжения.

По официальным данным, «...железнодорожный узел Дарница подвергался десяти массированным ночным налетам немецкой авиации, в которых участвовало более 500 самолетов. Все полеты зенитчиками были отражены, их объект прикрытия не пострадал».

...В конце 1943 года на командный пункт зенитного артиллерийского полка в Дарнице в мой адрес поступила телефонограмма из штаба Киевского корпуса ПВО: предлагалось срочно прибыть в Москву к генерал-полковнику Михаилу Степановичу Громадину. В тот же день на попутном военно-транспортном самолете «Ли-2» лечу в столицу и поздно вечером являюсь к командующему фронтом ПВО.

Усадив меня в кресло, генерал-полковник встал из-за стола и, прохаживаясь по своему просторному кабинету, объявил мне решение о новом служебном назначении:

— Вот что, подполковник,— сдавайте полк новому командиру и отправляйтесь к командиру корпуса ПВО генералу Герасимову на должность его заместителя. С полком вы справились, благодарю за службу. Без задержки вступайте в исполнение обязанностей. Какие есть вопросы?

— Нельзя ли остаться на прежнем месте, чтобы продолжать службу там, где полк будет больше всего нужен?

— Там, где вы больше всего нужны, мне виднее,— сказал командующий фронтом ПВО.— Свое решение пересматривать не буду. Генералу Герасимову нужен заместитель, ему одному трудно справляться с управлением частями корпуса на весьма бойком месте. Ваш боевой опыт, полученный в Испании, при обороне Москвы и под Киевом, мы намерены использовать в более широком масштабе. Если нет больше вопросов, до свидания. Желаю успеха!

Твердый, волевой характер Громадина был известен, повторять просьбу было неуместно. Перед возвращением в полк зашел к начальнику Главного штаба войск ПВО генерал-лейтенанту Нагорному (бывший камарада Майер) .

Николай Никифорович встретил приветливо:

— Салюд, омбре, ке ай? Заходи, заходи, садись и подожди, я займусь тобой.

Пока Нагорный говорил по телефону, я думал о том, какая у него энергия, хватка в работе, какова ответственность за состояние дел в войсках. Не зря же его кандидатуру на пост подбирал и утверждал сам Верховный Главнокомандующий!

— Омбре! Пора тебе расставаться с полком,— закончив разговор по телефону, произнес Николай Никифорович, глядя улыбающимися, чуть прищуренными глазами.— Я предложил командующему твою кандидатуру на повышение в должности, ты этого заслуживаешь. Был у него на приеме?

— Был,— ответил я без особого энтузиазма,— просил оставить в прежней должности, но ничего из этого не получилось...

— Ну, и нечего было просить, сверху виднее, как использовать кадры, так что не рыпайся и принимайся за дело на новом месте службы.

Поговорив о будущем, дав необходимые наставления, Николай Никифорович сообщил последние новости о наших соратниках по Испании.

— Юрий Гаврилович Богдашевский успешно командует зенитной артиллерийской дивизией, его фамилия неоднократно упоминалась в приказах Верховного Главнокомандующего, представлен к наградам, получил звание генерал-майора артиллерии, воюет в составе войск 2-го Белорусского фронта. Подполковник Антоненко успешно руководит зенитным артполком под Сталинградом. Майоры Иван Семенов и Иван Макаров, командуя отдельными зенитными артиллерийскими частями, отлично себя проявили в боях с воздушным противником, а майор Иван желтяков отличился в организации зенитной обороны Волжской речной флотилии... В живых уже нет майоров Евгения Елкина и Константина Букликова... В боевой биографии наших друзей,— заключил разговор Николай Никифорович Нагорный,— прежде всего пролегли красной нитью отвага, мужество. Вот и ты, омбре, говорят, воюешь неплохо, и тебе пригодился опыт Испании...

Тепло попрощавшись и пожелав успеха на новом месте службы, Николай Никифорович отпустил меня, и в тот же день на самолете я возвратился для сдачи полка.

Оставлять полк, с которым сроднился, было очень жаль. Привык к бойцам и командирам, хорошо знал характеры, способности людей...

Собираясь ежегодно в Киеве в День Победы, ветераны полка посещают могилы, чтя память товарищей, погибших в боях с воздушным врагом. Мы теперь с трудом узнаем места, где находились огневые позиции батарей, восстанавливаем в памяти дни и ночи напряженных боев с фашистской авиацией, вспоминаем своих командиров.

...Управление корпуса ПВО генерала Герасимова располагалось в Гомеле, освобожденном войсками 2-го Белорусского фронта. Части его имели задачей прикрывать важнейшие объекты двух Белорусских фронтов: железнодорожные узлы, районы выгрузки и сосредоточения стратегических резервов, мосты и переправы через крупные водные преграды, тыловые базы. Очень не простая задача в условиях высокой активности немецко-фашистской авиации.

Со Всеволодом Аркадьевичем Герасимовым мы знакомы с 1941 года. Смелый и решительный, отлично подготовленный артиллерист-зенитчик, прекрасный организатор боевых действий, строгий и требовательный командир, умелый воспитатель. У него было чему поучиться.

Генерала я застал на его командном пункте. Как обычно водится, вспомнили прежних сослуживцев, поговорили о семейных делах, и разговор переключился на служебную тему. Командир утвердил предложенный план работы в должности его заместителя. Мне предстояло возглавить оперативную группу и принять управление передовыми частями корпуса ПВО.

Долго присматриваться и примеряться к делу, оставаясь в управлении корпуса в Гомеле, не стал. Из большого числа эпизодов, связанных с боями передовых частей корпуса, наиболее отчетливо помнится отражение массированных ударов немецко-фашистской авиации в районах Мозырь — Калинковичи, Коростень — Сарны и на Висле. Военно-воздушные силы врага проявляли там высокую активность, действовали большими группами бомбардировщиков новейшей конструкции («Хейнкель-111» и «Юнкерс-88») под прикрытием истребителей «Мессершмитт-110».

Свой командный пункт со средствами радиосвязи я развернул на западной окраине Мозыря, принял на себя управление передовыми частями корпуса и отдал распоряжение начальнику штаба оперативной группы майору Роману Яковлевичу Левшунову уточнить расположение соседних частей войсковой зенитной артиллерии. Тот доложил, что в районе Мозырь — Калинковичи развернута зенитная артиллерийская дивизия генерал-майора артиллерии Богдашевского, с одним из полков которой уже установлена телефонная связь. Через коммутатор связываюсь с комдивом. Слышу знакомый, приглушенный голос: