Михаил Ботин - За свободу Испании

Упоминаю лишь о тех боевых друзьях, с которыми бок о бок воевал в Испании и учился в Военной академии имени М. В. Фрунзе, прошел горнило Великой Отечественной воины.

...Самолеты противника в первые недели Великой Отечественной войны бомбили мосты и переправы с целью затруднить доставку к фронту резервов и эвакуацию на восток промышленных предприятий и населения. Особо настойчивым ударам подвергались мосты через Днестр у города. Бендеры. Противник совершил 32 массированных налета, пытаясь их уничтожить. На объекты, прикрываемые отдельным зенитным артиллерийским дивизионом капитана М. Антоненко, фашистскими самолетами было сброшено 1500 бомб, но мосты остались целыми и невредимыми.

Успеху выполнения боевой задачи артиллеристами-зенитчиками, уничтожившими 11 бомбардировщиков противника, помог «испанский» боевой опыт, полученный Михаилом Васильевичем Антоненко.

Отдельный зенитный артиллерийский дивизион под командованием капитана К. Букликова отбивал ожесточенные атаки фашистов с воздуха и с земли под Смоленском. Закаленный в боях с воздушным противником Константин Николаевич Букликов служил примером стойкого и мужественного поведения в бою.

В боях с воздушным и наземным противником героически сражаются наши летчики, воевавшие в Испании.

С начала войны фашистские самолеты пытались вести разведку системы противовоздушной обороны Москвы, готовились к массированным налетам на нашу столицу. Гитлер отдал своим военно-воздушным силам директиву стереть Москву с лица земли. Цель первых воздушных бомбардировок Москвы была сформулирована так: «Нанести удар по центру большевистского сопротивления и воспрепятствовать организованной эвакуации русского правительственного аппарата». В директиве № 33 от 19 июля 1941 года, определявшей дальнейший план ведения войны против Советского Союза, Гитлер потребовал развернуть воздушное наступление на Москву.

Немецко-фашистское командование в соответствии с этими требованиями создало специальную авиационную группировку в составе лучших частей люфтваффе, которые раньше зверски громили города республиканской Испании, Польши, Франции, Англии, Югославии и Греции. К середине июля нацеленная на Москву авиационная группировка врага состояла из бомбардировщиков новейших типов — «Хейнкель-111», «Юнкерс-88», «Дорнье-215». Многие из командиров воздушных кораблей были в звании полковника. Летчики-фашисты, опьяненные успехами, были уверены в своей силе, легкой и быстрой победе.

Центральный Комитет ВКП (б), Государственный комитет обороны и Верховное Главнокомандование Вооруженными Силами делают все для укрепления противовоздушной обороны Москвы. Система ПВО столицы оснащается новейшим оружием и средствами ПВО. В ее основу принимается принцип круговой эшелонированной обороны, усиленной в западном и южном направлениях. Ответственность за отражение ударов воздушного противника возложена на части 1-ro московского корпуса ПВО и 6-го истребительного авиационного корпуса (в его боевых действиях принимал участие бывший доброволец в Испании подполковник Михаил Якушин). Общее руководство противовоздушной обороной Москвы и Московской зоны ПВО возглавил генерал М. С. Громадин, умело координировавший боевые действия всех сил и средств ПВО.

...По улицам столицы проплывают аэростаты воздушного заграждения, на площади Коммуны, в Сокольниках, на Воробьевых горах, у Калужской заставы и в других местах города роют окопы для зенитных батарей внутреннего кольца противовоздушной обороны. На крышах высотных домов устанавливают зенитные орудия малого калибра, на окраинах Москвы и подступах к ней развернулись на позициях батареи кадровых полков зенитной артиллерии, в Москве идет ускоренное формирование новых зенитных артиллерийских частей. В их числе стоорудийный зенитный артиллерийский полк среднего калибра, которым мне пришлось командовать, участвуя в обороне дорогой моему сердцу Москвы. Отсюда началась моя служба в войсках противовоздушной обороны, здесь я стал членом ленинской партии, в Москве жила моя семья. Как не дорожить родной Москвой, давшей мне путевку в жизнь?

Формирование новых зенитных артиллерийских полков для противовоздушной обороны Москвы происходило в чрезвычайно сжатые сроки. Здесь пригодился опыт Испании, но с поправкой на новые, еще более жесткие условия. В Альбасете для формирования пяти зенитных батарей и их начальной подготовки было отведено две недели, вспоминалось мне, а в Москве для укомплектования и развертывания на позициях стоорудийного зенитного артполка, состоящего из 25 батарей, отводилось всего пять суток. Разница по сравнению с прошлым была весьма существенной не только по времени, но и по масштабу. В самом деле: в Мадриде мне пришлось командовать зенитной группировкой в двадцать стволов, на советско-финском фронте — шестьюдесятью, а здесь, в Москве, — сотней стволов! Если принять за условную единицу количество снарядов, выпускаемых в одну минуту при темпе стрельбы каждого орудия через пять секунд, то в сугубо теоретическом плане картина могла получиться следующая: для зенитной группировки в Мадриде — 300, в Финляндии — 900, а в Москве — 1500! Следует оговориться, что практически, реально такое количество снарядов каждая из этих группировок не выпускала, но для сравнения огневых возможностей эти цифры кое-что дают.

При отсутствии в начале войны в зенитной артиллерии радиолокационных станций орудийной наводки (СОН) заградительный огонь с большим расходом снарядов являлся серьезной и единственной преградой для самолетов противника ночью и днем за облаками. Четырехорудийная зенитная батарея могла поставить огневую преграду самолетам противника объемом 800 метров по высоте и 1000 метров по фронту, дивизион из пяти батарей до 4000 метров по высоте и 5000 метров по фронту, а полк пятидивизионного состава — на любой высоте и до 25 километров по фронту.

Управление зенитным заградительным огнем было не простой задачей в условиях сложной воздушной обстановки. Самолеты противника пытались прорваться через огневые завесы, маневрируя высотой и курсом полета. Необходимо было очень внимательно следить за их заходами с разных сторон, правильно выбирать зону заградительного огня и своевременно определять момент его открытия. Здесь также помог опыт боевых действий зенитчиков в ночных условиях, приобретенный в Мадриде.

Нахожусь на своем командно-наблюдательном пункте, сюда тянутся нити управления с главного командного пункта ПВО Москвы. Слежу за воздушной обстановкой: самолеты противника ищут «окно» в системе заградогня, пытаясь прорваться к столице. Со всех сторон на командный пункт поступает информация, о воздушном противнике. Надо быстро отсеивать «параллельные» (повторяющиеся) и ошибочные данные о направлении и высоте полета самолетов врага. Помогает командиру в оценке воздушной обстановки оперативная группа штаба полка. Принимаю решение и подаю команды дивизионам о постановке заградительного огня в секторе полка.