Эдона Ксувани - Никола Тесла – вампир. Сумеречный гений

Ознакомительный фрагмент

Отметим, что по представлениям славян для того, чтобы стать вампиром, не нужен был контакт с другим вампиром. Вампирами становились в результате какого-то нарушения привычного уклада жизни, связанного чаще всего либо со смертью и погребением, либо с рождением, – и здесь налицо обычный набор тревожных признаков: в упырей превращались жертвы несчастных случаев, убитые и самоубийцы, а также, естественно, отлученные от церкви. Кроме того, вампирами становились зачатые во время постов, некрещеные младенцы (правда, они сосали кровь не у людей, а в основном у домашнего скота), дети, родившиеся с зубами или «в рубашке». Идея о том, что вампирами становились и жертвы вампиров, появилась значительно позднее – она и стала причиной волн вампирской истерии: люди боялись, что вампирами одновременно может стать сразу много их друзей и соседей.

Если возникали подозрения в том, что в округе завелся вампир, начинали его искать. Наиболее вероятными кандидатами были недавние покойники – особенно те, со смерти которых не прошло еще 40 дней. Тело выкапывали и подвергали освидетельствованию. Если во рту обнаружится кровь, тело будет нетленным или раздутым, как барабан, у трупа отрастут ногти и волосы – дело считалось решенным, и принимались стандартные противовампирские меры: труп пронзали колом, обезглавливали, сжигали, причем все это сопровождалось церковными службами (иногда считали нужным повторить отпевание). Беда в том, что в течение месяца после погребения кровь во рту, раздутый живот, а также рост ногтей и волос – обычное явление, это естественные стадии трупного распада.

До XVIII века случаев обнаружения вампиров было относительно мало, несмотря на распространенность верований в упырей, однако после вампирской паники в Сербии и Восточной Пруссии и нашествия вампиров в Австро-Венгрию осквернение могил приобрело массовый характер.

Нашествие вампиров в Австро-Венгрию

Достоверно известно, что до начала XVIII века о вампирах в Европе вспоминали редко. Судя по всему, это было специфически балканское явление. Веским доказательством того, что вампиризм до этого времени не представлял собой серьезной проблемы, служит то, что в огромном количестве сохранившихся документов по процессам над ведьмами в Средние века нет ни единого упоминания о том, что ведьмы пили кровь, – а ведь их обвиняли во всех мыслимых и немыслимых преступлениях.

В связи с этим интересно рассмотреть научные данные о вампирах. Еще в XVII веке верования и обычаи, касающиеся вампиров в Германии и Восточной Европе, стали предметом нескольких книг (хотя слова «вампир» в этих текстах еще нет). Примечательными сочинениями были: «De Masticatione Mortuorum» (1679) Филиппа Рора, который обсуждал привычки нахтцерера, и «De Miraculis Mortuorum» Христиана Фредерика Гармана (1670). В начале XVIII века в Германию стал просачиваться целый поток отчетов о вампирах из Восточной Европы. Разгорелись активные дебаты в университетах. Хотя Германии не удалось избежать вампирской истерии (эпидемии ее были зарегистрированы в Восточной Пруссии в 1710, 1721 и 1750 годах), проблема вампиризма, по всей видимости, вызывала такой общественный интерес во многом из-за широко распространенных газетных сообщений о расследовании вампиризма в Сербии в 1725 году, а особенно – о случае Павла Арнаута.

Началом для дебатов послужили работы теолога Михаэля Ранфта «De Masticatione Mortuorum in Tumilis Liber» (1728) и Иоганна Кристиана Штока «Dissertio de Caudauveribus Sanguisugis» (1732). Дебаты развернулись вокруг различных несверхъестественных (или, по крайней мере, невампирических) объяснений этих явлений. Ранфт повел атаку на веру в существование вампиров, полагая, что, хотя мертвые и могут влиять на живых, оживших покойников не бывает. Другие допускали, что особенности разложения мертвых тел (предполагаемое доказательство вампиризма) могли объясняться вполне естественными причинами.

В результате дебатов был сделан вывод, что вампиры – существа целиком и полностью легендарные, и у ученых мужей остался лишь один вопрос – что заставляет людей верить в вампиров?

Итак, мы видим, что интерес к вампирам до рубежа XVII–XVIII веков был вялым и скорее академическим. Пожалуй, первая исторически засвидетельствованная вспышка вампиризма в Европе – или, по крайней мере, первая волна паники по поводу нашествия вампиров, – произошла в двадцатые годы XVIII века в Восточной Пруссии и в Габсбургской монархии. Именно тогда, в 1718 году, Австрия по Пожаревацкому миру получила в свой состав часть территории Боснии, Сербии и Румынии. Прошло всего три года, и в 1721 году австрийские чиновники и военные, обосновавшиеся в землях западных славян, стали получать от местных жителей жалобы на то, что на них якобы нападали вампиры. Австрийцы столкнулись с подобными проблемами впервые, однако попытались разобраться в происходящим со свойственной им основательностью.

Первым случаем, документы по которому – точнее, заметка в газете «Винеришес Диариум» – дошли до наших дней, стала история некоего Петра Благоевича из Кисилево (или Кисильево, как говорят местные жители). Благоевич умер в 1725 году (по другим данным – в 1728 году). Сельчане рассказывали, что незадолго до смерти его лягнула лошадь, он быстро поправился, но вскоре скоропостижно умер – скорее всего, от инфаркта. Благоевичу было 62 года. В ночь после похорон он явился сыну и попросил поесть, но сын отказался кормить его; после этого течение недели в селе умерло 9 человек, не проболев и дня, – в том числе и сын Благоевича. Все они сообщили, что покойник приходил к ним ночью и сосал у них кровь.

Сельчане обратились с жалобой на разгулявшегося вурдалака к чиновнику по фамилии Фромбальд. Тот принял решение вскрыть могилу в присутствии священника. Оказалось, что тело Благоевича не тронуто разложением. Его сожгли, и смерти в селе прекратились.

Воспоминания об этом событии оказались настолько яркими, что о встречах с вампирами в Кисилево вспоминают до сих пор. Село часто посещают журналисты, а однажды, уже в начале XXI века, приехал даже лозоходец. Мэр села Мирко Богичич рассказывает, что когда лозоходец оказался среди старых заброшенных могил на местном кладбище, на одном из участков – именно там, где предположительно находилась могила Благоевича – лоза «сошла с ума», а экстрасенс заявил, что такого мощного энергетического источника не видел ни разу в жизни.

Второй известный случай – уже упоминавшаяся история гайдука Павла Арнаута из села Медведжи. Арнаут побывал в турецком плену и, вернувшись, рассказывал, что его укусил вампир. После гибели Павла в результате несчастного случая четыре человека рассказывали о том, что он им являлся. Вскоре все они умерли. Власти последовали алгоритму, который уже становился для них привычным, – вскрыли могилу, обнаружили прекрасно сохранившееся тело и полный гроб крови, после чего пронзили вурдалака колом и сожгли. Более того, так же поступили и с теми четверыми покойниками, которые перед смертью утверждали, будто Арнаут им являлся.