Владимир Чиков - Крот в аквариуме

Диллон, пожав плечами, ответил:

— Наверно, вы — очень везучий человек…

— Да нет! Это потому, что я усвоил уроки советской разведки и контрразведки. Сказываются, конечно, и многолетняя выучка, и опыт работы в «поле». Но самое главное, повторяю, — я хорошо знал контрразведывательный почерк КГБ. Никогда я не вел записей добытых секретных сведений для вас. Полагался только на свою память. Единственное, что дается мне пока трудно, — это поддерживать в своем сознании необходимость ведения двойной жизни и постоянно играть две роли. То я советский разведчик, прикидывающийся патриотом своей страны, то я тайный ваш слуга, заботящийся о нуждах Лэнгли. Играешь, играешь эти роли и думаешь, как бы не заиграться. Вы, мистер Пол, не поверите, как нелегко чувствовать себя одновременно и офицером ГРУ, и шпионом ЦРУ… И с одинаковым пылом служить и вашим, и нашим.

После этих слов Поляков погрузился в непривычное для него состояние созерцания.

Диллон несколько секунд задумчиво смотрел на него, потом вежливо спросил:

— О чем вы так сильно призадумались?

Бурбон вздрогнул от неожиданного вопроса и, лукаво прищурив левый глаз, ответил:

— О вашей нелюбви ко мне и причинах нежелания стать моим «агентом». Вербовка агента из посольства США — это заветная мечта и цель каждого разведчика.

— Вы шутите, говоря о моей нелюбви к вам?

— Если я шучу, то в шутке есть намек. За предоставленную мною информацию об офицерах ГРУ вы обещали мне передать свои анкетные данные…

— Нет проблем, — подхватил Диллон и, вытащив из нагрудного кармана рубашки вчетверо сложенный листок бумаги, подал его Бурбону. — Если надо что-то дополнить, пояснить, то я готов это сделать.

Бурбон в ответ молча кивнул, развернул листок с отпечатанным текстом, прочитал и сказал:

— Меня все устраивает. Спасибо.

— Тогда у меня к вам один уточняющий вопрос: в каких случаях офицеры ГРУ, выезжая в загранкомандировку, меняют свои фамилии?

— Это бывает редко и только в исключительных случаях. Мне известен лишь один факт замены фамилии сына командующего войсками Западного и Третьего Белорусского фронтов, дважды Героя Советского Союза, генерала армии Черняховского. Замены фамилий делаются тем офицерам, которые являются детьми или близкими родственниками высокопоставленных государственных и военных деятелей.

Диллон еще раз поблагодарил Бурбона и протянул ему конверт с долларами.

— Это за вашу информацию.

— Спасибо, но русский офицер денег не берет. Разве вам не говорили ваши коллеги в Лэнгли, что я пошел на сотрудничество с ФБР, а затем и с ЦРУ не по материальным, а по идеологическим соображениям. Я — борец за справедливость, а не за деньги. Их я имею столько, сколько нам надо для семейной жизни. И выделяться в моем двояком положении никак нельзя…

Поляков и его жена Нина Петровна Киселева жили в Дели, как все посольские сотрудники. Он был неплохим кулинаром и часто, когда жена задерживалась на работе, готовил ужин сам, особенно когда приглашал гостей из числа иностранцев. Любил компании, ходил на все протокольные и непротокольные мероприятия: выпивал рюмку-две и незаметно уходил к себе в кабинет или уезжал домой и глушил спиртное сколько мог, но на людях всегда поддерживал имидж непьющего. Он мог бы, конечно, жить и на широкую ногу, возможности у него для этого были. Американцы, которых он снабжал на каждой явке информацией ценностью на сотни, а то и тысячи долларов, всегда преподносили ему конверты с крупными суммами, но он не брал их, опасаясь засветиться на трате их при совершении крупных, дорогостоящих покупок. Удовлетворялся он хорошими подарками, особенно касавшимися его увлечений — охоты и рыбной ловли. Поэтому ему дарили дорогие ружья, рыболовные снасти и необходимые для любимых им увлечений красивую кожаную амуницию и разное снаряжение.

Диллон, узнавший от своих коллег, работавших с Бурбоном, о его страсти к рыбной ловле, предложил провести очередную встречу на берегу реки Джамна или на ее притоке Чамбал.

— Должны же мы с вами когда-то снимать стресс и получать в благодатной Индии с ее прекрасной природой положительные эмоции?! Как ехать туда и найти хорошее место для рыбалки, мне объяснил и показал на карте полковник Кинг. Американский спиннинг для вас и все необходимое для рыбной ловли я привезу на машине. Так как? Вы согласны поехать вместе в моем джипе?

— А когда вы предлагаете поехать с вами? И в каком месте вы можете подобрать меня?

— Давайте в следующий выходной день в пять часов утра. А вот в каком месте вы должны подсесть ко мне, предлагайте сами. И учтите, что рикш в такое раннее время еще не будет. И если я назначу вам какое-то удаленное место, то вам просто не на чем будет добраться, а я куда угодно смогу подъехать на машине.

— О'кей. Встречаемся у отеля «Ашока». Что я должен прихватить с собой?

— В каком смысле? — поднял брови американец.

— В плане передачи вам очередной порции секретной информации.

— О да! — спохватился Диллон. — Лэнгли запросило сведения о, возможно, знакомых вам установленных разведчиках из стран народной демократии, работающих в Индии. Имеется в виду ваших коллег из военной разведки. Подготовьте также в устной форме сообщение о количестве источников информации из числа граждан Индии, состоящих на связи у ваших офицеров. И сделайте выборку тех агентов, которые работают в высших правительственных эшелонах индийской власти. В дороге на рыбалку может случиться всякое, поэтому прошу вас не делать никаких записей и не брать их с собой.

— Можете не беспокоиться, Пол, память у меня надежная.

— Тогда все, до встречи у отеля «Ашока».

На следующий день резидент Поляков, располагая полными данными на американца Пауля Диллона, направил в Центр шифровку следующего содержания:

Совершенно секретно. Экз. единственный. Лично тов. Ростокину.

В соответствии с вашими указаниями о приобретении пловцов установлен дружеский контакт с первым секретарем посольства США Паулем Лео Диллоном, впредь «Плед». Ему 47 лет. В посольстве занимается экономическими вопросами. Он выходец из семьи служащего, родился и учился до призыва в армию в Бостоне, затем служил в морской пехоте, где изучил русский язык. После войны окончил Бостонский университет, где также изучал русский язык, потом работал в Западной Германии гражданским клерком по вопросам связи военной администрации США с населением. С 1962 года начал работать в госдепартаменте в экономическом отделе. Неоднократно бывал в командировках в Италии и Мексике.

По натуре общителен. Увлекается, как и я, теннисом, охотой и рыбной ловлей. Он избран вице-президентом местного клуба охотников и рыболовов. Наше знакомство поддерживается на почве этих общих увлечений.