Алан Аюпов - Экскурсия в прошлое

Уродливые двойки

Обидевшись на Галину Ивановну, я решил, во что бы то ни стало обязательно получить пятёрку, дабы ей, учительнице, стыдно стало за свои слова!.. Беда была ещё и в том, что у меня никак не получалось вывести нормальные двойки. Что я только не делал?! Как ни старался, но, увы!.. Из-под пера выползали чудовища. Кроме того, мне было жутко завидно, что моя соседка постоянно имела красную звёздочку!.. Такую мягкую!.. Такую желанную!!!

Дело в том, что на тетрадки учеников, получивших отличную оценку, Галина Ивановна, наша классная, прикрепляла ярко-красную, бархатную звезду на белоснежной ленте. Одна девчонка постоянно имела эту звёздочку. И этой девчонкой была моя соседка по парте!.. Вот я и решил отобрать у неё первенство. Старался я долго и мучительно. Наконец-то научился писать двойки, выводить некоторые буквы с правильным наклоном (ещё не все, но несколько). И пришёл тот долгожданный день. Учительница раздала проверенные тетрадки. И! О, ужас! Звёздочки у меня не было!.. Она по-прежнему красовалась у моей соседки. Я торопливо, и что там скрывать, нервно, раскрыл свою тетрадку и обомлел!!! На меня смотрела блёклая, хилая, едва видимая на белом листе, я бы даже сказал издевательская, пятёрка, верхний хвостик которой был небрежно черкнут над самой оценкой!.. Но звезды не было на обложке!.. И такая же обида поселилась в моей детской душе, что с тех пор я больше никогда в жизни не старался стать отличником. Мир был супротив…

Нет, не совсем так. В девятом классе на меня нашла блажь, и я целую четверть рыл носом землю, дабы стать отличником. Увы. Ничего хорошего из этого не вышло. Учителя, прознав о моих намерениях, делали всё возможное, чтоб я таковым не стал. Историчка принялась спрашивать меня на каждом уроке. Я же в отместку отвечал через один. Поэтому пятёрки с двойками чередовались недели три подряд. В результате, вышла тройка в четверти.

— Да, наши учителя самые классные… Кажется, что сейчас так не учат… Наша филологичка была бы просто поражена, как в Калуге преподают русский и особенно литературу… Когда рассказываю детям, как нас учили, они не верят… Поражаются, что прошло столько лет, а знания, вложенные в нас, до сих пор живы…

М-да!.. Это уж точно!.. Учили нас на славу. Сам до сих пор не понимаю, как в меня сумели вложить столько информации???

Помню, как в первом классе учились мы писать цифры. У всех цифирь, как цифирь, а у меня уродство сплошное. Аж до слёз обидно. У соседки по парте такие красивые единички, картинные двоечки, пузатенькие троечки, гордые четвёрки, надутые пятёрки получались, а у меня кривое, хвостатое чудовище!.. Не скажу, на каком это было уроке, но то, что в самом начале моего обучения, так это точно. Достали все свои чернильницы, и давай буквы выписывать, цифирь всякую. А у меня за пером какая-то кривая вырисовывается. Толи нитка прицепилась к перу, толи ещё что, не знаю. Я вытираю то промокашкой, то подушечкой, да только всё напрасно. Не получается и всё тут. Учительница посмотрела на мои мучения, и предложила свою авторучку. И, о чудо! У меня начали получаться каракули. Правда, ещё не совсем чёткие, но догадаться уже можно. Вот так я перешёл с перьевой ручки на авто, когда весь класс ещё почти год писал перьевыми, завидуя мне. Но двойки всё равно не получались. Зато учительница, как мне тогда казалось, с огромным удовольствием ставила мне здоровенные, красные, жирнющие двойки! Однажды на уроке рисования я подсмотрел, как моя соседка выводит линии. Достал тетрадку по чистописанию и принялся изучать оформление двойки.

На следующий день я представил в качестве домашнего задания целых три строчки великолепных, стройных, красивых двоек, за что получил двойку, так как нам надо было учиться писать пятёрки!..

История с двойками на этом не закончилась. В октябре 2010-го года на одной из конференций, меня попросили дать автограф. Раскрыв книгу, принялся писать, и в этот момент вспомнилось мне, как я выписывал двойки. Верите или нет, но я так и не смог вывести правильно дату, двойки вышли точно такие, как много, много лет тому назад в моей первой тетрадке. Мне было смешно, но объяснить свой смех я не мог. Пришлось бы долго и скучно повествовать о своих злоключениях с цифирью. И всё равно это не объяснило бы моих кривых двоек теперь.

Самоотверженный сообразитель

— Может секрет нашего обучения в том и состоял, чтоб дойти до всего своим умом, понять, сообразить, уметь применить. К сожалению, нет такой статистики, но мне кажется, что учившиеся на севере намного смекалистее и более приспособлены к жизни, чем их сверстники, учившиеся в пресловутой средней полосе.

Не могу сказать, что соображалка у меня работала хорошо. Не помню я таких героических поступков за собой, кроме, разве что, одного, да и то сомнительного качества. Скорее это было проявление чувства взаимопомощи, сильно развитое на севере.

Было это в Одессе. Меня устроили в школу-интернат, прошло всего ничего, дней пять, может шесть. Я толком никого не знал, никак не мог привыкнуть к тому, что больше никогда не вернусь в свою родную одиннадцатую!.. И тут вдруг один мальчик чуть постарше меня попросил принести газированной воды. А где я её ему возьму? В магазине? Ага, тот случай. С каких это пор в магазине без денег дают. А мальчишка и говорит, мол, помнишь, мы ходили на завод?

— Ага, — говорю, — помню. И что?

— А там, на проходной, стоит автомат с газированной водой. Кнопку нажимаешь, и набирай себе воды сколько угодно. Никаких денег не надо.

— Давай, — говорю, — бутылку. Схожу, наберу.

— Нет, — говорит он, — бутылки у меня нет, зато есть пластмассовый стаканчик.

— Ну, и как же я принесу тебе воды в стаканчике? Она же выдохнется, пока я её донесу.

— Ничего, — говорит, — и так сойдёт.

Взял я стаканчик и потопал. На самом же деле до этого завода или фабрики было совсем не близко. Наш переулок, потом целая трамвайная остановка и ещё пол улицы. Да только тогда я ещё плохо себе представлял расстояния. И уж никак не ожидал, что мои права на передвижения по городу будут ограничены какими-то правилами.

Нашёл я эту проходную, набрал воды и отправился назад. А тут навстречу мне наша пионервожатая. Увидела школьника, разгуливающего по французскому бульвару, цап меня за шкирку, воду вылила, и в райком комсомола потащила. Дела у неё там были. Сама ушла внутрь, а я как дурак сижу на лавочке, солнце жарит, воды нет!.. И думаю, чего же я теперь принесу? Чашку она отобрала, воду вылила. Пацан ругаться будет. Хорошо, если не побьёт. А то ведь может!.. Он старше и сильнее.

Короче, пришли мы в школу часа через два. Там все на ушах стоят. Меня к завучу. Чего там было в его кабинете я уже и не помню. Зато удирать со школы, чтоб никто не заметил, научился. А главное, посещение кабинета завуча спасло меня от объяснений с мальчишкой. Позже я неоднократно сбегал, но, ни разу больше не был пойман.