Пётр Киле - Дневник дерзаний и тревог

Но основные коллизии трагедии «Очаг света» связаны с выступлением Джироламо Савонаролы, настоятеля монастыря Сан Марко, против папы с разоблачениями нравов церковников, обычных для той эпохи. Именно Лоренцо призвал во Флоренцию Савонаролу и невольно предоставил ему кафедру, с которой он был услышан по всей Италии. Савонарола заразил своей моральной рефлексией и ближайший круг Лоренцо, в первую очередь Сандро Боттичелли, автора знаменитой картины «Рождение Венеры», который забросил живопись и занимался лишь иллюстрацией «Божественной комедии» Данте. В конце концов, Савонарола выступил против Лоренцо, который в это время уже был смертельно болен, и сумел возмутить народ, то есть враги Медичи воспользовались его влиянием на народ, и Медичи были изгнаны из Флоренции, а затем, когда Савонарола стал вмешиваться в земные дела Синьории, он был схвачен и сожжен на костре, как по его проповеди и приказу устраивались костры из книг, картин и женских украшений. Ревнитель за чистоту веры и нравов сокрушил очаг света с большим успехом, чем папа и король Неаполя.

Нечто подобное сегодня мы наблюдаем в России. Италия после падения Римской империи распалась на множество удельных княжеств. Войны между ними особенно усилились в эпоху Возрождения. Источником феодальной реакции и первопричиной большинства войн была церковь во главе с папой. Речь шла вовсе не о душе и спасении верующих, а о власти и приумножении богатств за счет процветающих республик, как Флоренция или Венеция.

ЭПИЛОГ

Церковь Сан Лоренцо. Капелла Медичи, еще не завершенная, но в определенном ракурсе обретшая вполне законченный вид. Входит Микеланджело крадучись из-за полумрака или втайне от всех; вдруг свет солнца из окон, его окружает Хор в карнавальных масках.

М и к е л а н д ж е л оКто здесь? Кто вы? Да в карнавальных масках.

Хор кружится вокруг него, изображая пляску и пантомиму.

Иль это мне мерещится? Вы - духи?             П о э тМы - духи? Души тех, кого ты знал,Чью память ты почтил сооруженьемКапеллы Медичи как архитектор,Художник, скульптор - все в одном лице,Явив впервые в синтезе свой гений.          Х у д о ж н и кКак скульптор - несравненный, ты вступилВ соперничество с Рафаэлем СантиИ расписал Сикстинскую капеллу,Стяжав и славу живописца.       М и к е л а н д ж е л о                                             Боже!Я здесь один; Флоренция в осаде;Из Медичей, отсюда изгнанных,На стороне обретшие и санСвятейший пап и титул герцогский,С врагами ополчились на свободуФлоренции. Теперь я инженерНа обороне; ненависть к МедичиВсех флорентийцев вновь объединила,Как прежде вкруг Лоренцо против ПацциИ папы с королем. Я здесь лишь втайне,Чтоб душу живу сохранить в войне, -Мое ли это дело? Здесь мой мир,Из юности моей, уже почивший,Овеянный стремленьем к красоте,Несущей нам и славу, и бессмертье.

  Разносится гул пушечной пальбы.

             Б о г о с л о вЧто жизнь земная? Краткий миг утехИ бед, и муки творческих дерзаний.Уж нет на свете Сандро, Леонардо,Нет Рафаэля.       М и к е л а н д ж е л о                       Да, один остался.Соперничать мне не с кем. Разве с Богом?Когда бы папы не мешали мне,Сменяя чередой друг друга, с жаждойСебя прославить именем моим,Сколь многое успел свершить бы я.          С и в и л л аГляди! Врага впускают чрез ворота.     М и к е л а н д ж е л оПредательство?!          С и в и л л а                             Не флорентийцев, нет,Того, кто призван ими в кондотьеры.

Пушечная пальба. И тишина. И возгласы: «Нас предали! Погибла Флоренция!»Хор карнавальных масок, в смятеньи кружась вокруг Микеланджело.

Беги! Беги!                  Х о рДа будет век твой долог, долог,    Огня небесного осколок, -Весь обуянный красотой,Флоренции век золотой,    Падучих звезд каскад, -Ты озаришь его закат,    Блистательный, нетленный,    Как солнца во Вселенной.

Капелла Медичи возникает во всем ее совершенстве и благодатной тишине.

    Ночь, Утро, Вечер, День -Здесь мрамора живого светотень.          Утихли битвы,        Как и молитвы.        Жизнь во Христе    Цветет лишь в красоте.

"Алкивиад", "Афинские ночи"

 6 февраля 2006 года.

Трагедия «Перикл» предполагала продолжение, ибо классический день, с началом закатных явлений, еще длился, с высшими достижениями в сферах мысли и искусства. Два замысла - трагедии «Алкивиад» и комедии «Афинские ночи» - возникли почти одновременно. Судьба Алкивиада, младшего современника Перикла и Сократа, удивительна и полна столь неожиданных перипетий, что похожа на сказку и на самые причудливые сюжеты драм Шекспира с местами действия по всему Средиземноморью. Между тем она напрямую связана с судьбой Афинского государства и Сократа.

Алкивиад отличался необыкновенной красотой и еще юношей привлек внимание Сократа, к которому тянулась золотая молодежь Афин, как Критий и Платон, и между ними, не без влияния Перикла и Аспасии, сложились совершенно особые отношения, на внешний взгляд, такие же, как у других мужчин с мальчиками. Но их связывало нечто большее: любовь как стремление к красоте, с рождением в красоте законов или произведений искусства, с чем достигается бессмертие, с восхождением к высшей красоте, - то есть в духе Платона, как разовьет он свое философское учение уже после смерти Сократа, приписывая все ему.

Будучи из знатной и богатой семьи, обладая красотой и мужеством, Алкивиад лелеял самые честолюбивые устремления и планы, осуществить которые он мог, по мысли Сократа, только с его помощью, то есть всей греческой премудрости. Но самонадеянный Алкивиад плохо слушал своего опекуна Перикла и постоянно убегал от Сократа, чтобы потешить свое самолюбие на празднествах и конных состязаниях. Принимая участие в войне, они всячески оберегали друг друга, приходя во время на помощь.

Алкивиад быстро достиг вершин власти в Афинах и затеял поход в Сицилию, имея в виду в дальнейшем завоевания в Африке и в Италии. Сократ был решительно против такой авантюры, ибо основная угроза Афинам шла даже не от персов, а от Спарты. Между тем угроза нарастала и внутри государства - олигархи во главе с Критием рвались к власти. Перед отплытием афинских кораблей с войском в Сицилию вдруг выяснилось: носы и фаллосы у герм (охранительных столбов в виде изваяния бога) перебиты за одну ночь по всему городу, в чем сразу заподозрили одну из пьяных выходок Алкивиада...