Федор Бологов - В штабе гвардейской дивизии

Между тем кольцо вокруг значительных сил 6-й армии гитлеровцев под Березнеговатым и Снигиревкой. сжималось все сильнее. Войскам фронта удалось их рассечь и громить порознь. Уцелевшие вражеские части поспешно отступали к Южному Бугу, видимо рассчитывая закрепиться на его западном берегу и остановить продвижение наших войск.

В течение трех суток части дивизии, прикрывая левый фланг корпуса, непрерывно отбивали — контратаки танков и пехоты противника, стремившихся отбросить нас к югу и обеспечить планомерный отход своих войск. Наконец части наших соседей стали подтягиваться к городу Вознесенску, и наша дивизия получила приказ с утра 20 марта продвигаться в направлении Ново-Григорьевка, Вознесенск.

Развернув в линию все три полка, под прикрытием огня артиллерии и минометов дивизия атаковала противника в Григорьевке. Атака была настолько стремительной, что враг не сумел оказать серьезного сопротивления и начал отходить на запад. Не давая передышки, гвардейцы неотступно преследовали противника и к 6 часам утра 21 марта вышли на рубеж поселка Раковский и Богдановский. На этом рубеже соединение было выведено во второй эшелон корпуса. Это было связано с тем, что по решению командующего войсками 3-го Украинского фронта 6-й гвардейский корпус в составе 20-й гвардейской и 195-й стрелковой дивизий передавался в оперативное подчинение 37-й армии и должен был перегруппироваться в ее полосу.

Для дивизии выпала нежданная передышка. Командование и штаб немедленно воспользовались ею для приведения частей в порядок, пополнения людьми, ремонта боевой техники и вооружения. Проводилась партийно-политическая работа, основным содержанием которой стало разъяснение обращения Военного совета 37-й армии ко всему личному составу. В обращении говорилось: "Перед нами Южный Буг, к нему устремились бегущие немцы. Они ищут спасения за выгодным водным рубежом. Мы должны разбить и эту их надежду". Во всех частях с большим подъемом прошли партийные и комсомольские собрания, на которых прозвучал призыв показать при форсировании Южного Буга личный пример мужества и отваги, мобилизовать весь личный состав на быстрое выполнение ответственной боевой задачи. Словом, развернулась большая и напряженная работа, о которой в донесении штаба говорилось, что части дивизии приводят себя в порядок и готовятся к форсированию Южного Буга.

К утру 23 марта 37-я армия освободила пригород Вознесенска Натягайловку и наша дивизия получила приказ к исходу дня сосредоточиться в районе лагерей северо-восточнее Натягайловки, где приступить к подготовке и форсированию Южного Буга.

Утром 24 марта в дивизию приехал командующий 37-й армией генерал-лейтенант Михаил Николаевич Шарохин. Соединение впервые вошло в состав его армии, и он решил детально познакомиться с ним. После доклада генерала Дрейера о состоянии дел Шарохин расспросил о боевом пути дивизии, кто и сколько времени командует полками, сколько коммунистов в дивизии и в стрелковых ротах, а также какова обеспеченность дивизии материально-техническими средствами, особенно боеприпасами. Затем он кратко проинформировал об обстановке на фронте, о предстоящих задачах армии и дал конкретное указание по подготовке к форсированию.

Говорил он спокойным, отточенным языком военного. Каждая фраза была весомой, содержала глубокий смысл. Мы с восхищением смотрели на командующего, ибо им нельзя было не любоваться. Есть люди обаятельные и внешне, и внутренне. К числу таких принадлежал и М. Н. Шарохин, интеллигентный, душевный человек, собранный, умный и опытный генерал.

По решению командующего намечалось в ночь на 26 марта с ходу без артиллерийской подготовки форсировать Южный Буг передовыми соединениями корпусов, захватить плацдарм на западном берегу и обеспечить переправу главных сил армии. От 6-го гвардейского корпуса для выполнения этой задачи была выделена 20-я гвардейская. После отъезда командующего все усилия были направлены на заготовку переправочных средств. В те годы на вооружении корпусных саперных частей, тем более дивизионных, не было понтонных и других переправочных средств. Приходилось использовать подручные. Саперные и стрелковые подразделения искали бочки из-под бензина, связывали и готовили из них понтоны, чинили разбитые лодки, пилили доски, готовили плотики из камыша. В общем делали все возможное, чтобы обеспечить части переправочными средствами. Забегая вперед, скажу, что к началу форсирования мы все же не смогли заготовить необходимое количество этих средств.

Вечером 24 марта дивизия получила приказ командира 6-го гвардейского стрелкового корпуса, в котором предписывалось: "С наступлением темноты 25 марта 20-й гвардейской дивизии форсировать реку Южный Буг в районе поселка Натягайловка с ближайшей задачей овладеть поселком Красный, хутором Мельничевка и к утру 26 марта выйти на рубеж отм. 64,2, отм. 13,7".

Получив этот приказ, комдив сразу же вызвал полковников Лимонта, Ооновского, майора Карцева и меня. Пока мы с начальником штаба наносили полученную задачу на карту, генерал Дрейер уточнил у Карцева, сколько имеется переправочных средств и сколько на них одним рейсом можно переправить людей и техники. По докладу Карцева наши переправочные средства могли обеспечить форсирование одного стрелкового полка, а на легких переправочных средствах одним рейсом можно переправить только один батальон с легким оружием. Для переправы артиллерии дивизии нужны были тяжелые паромы.

Оценив обстановку, генерал Дрейер принял решение форсировать реку первоначально силами 60-го гвардейского полка, который должен был захватить плацдарм и обеспечить переправу главных сил дивизии. Форсирование начать передовым отрядом полка без артиллерийской подготовки в расчете на внезапность. Бой полка на противоположном берегу поддержать всей артиллерией дивизии.

После объявления комдивом решения штаб дивизии занялся детальным планированием действий. Тщательно продумывали все: время, необходимое полку на выдвижение в район ожидания, а оттуда — к реке; когда и на чем подвезти к реке переправочные средства, время посадки людей передового отряда на лодки и плотики; порядок переправы главных сил полка; возможные варианты боя на плацдарме и его поддержки огнем артиллерии; порядок и время переправы главных сил дивизии, организацию связи и управления.

На рассвете 25 марта командир дивизии с группой офицеров штаба и командиром 60-го гвардейского полка верхом на конях выехал на рекогносцировку. Небо было покрыто густыми серыми облаками, не предвещавшими хорошей погоды. Оставив лошадей во фруктовом саду и скрываясь за плодовыми деревьями, мы прошли по берегу реки до крайних домов Натягайловки. Южный Буг был здесь полноводным и довольно широким. Что делать, весна… Бурлила мутная вода, стремительно бегущая к Черному морю. Река представляла серьезное водное препятствие, преодолеть которое было тем более трудно, что противник заранее занял подготовленную оборону на правом берегу. Положение усугублялось еще и тем, что мы не имели точных данных о его составе и системе огня. Из информации штаба корпуса было известно только, что на участке форсирования реки обороняются части механизированной дивизии немцев, встретиться с которой нам пришлось впервые.