Михаил Скрынников - Спецназ ВДВ. Диверсионно-разведывательные операции в Афгане

О результатах нанесения огневого удара я после приземления доложил генералу Рябченко. Командир дивизии поинтересовался, когда, по моим расчетам, тыловая колонна подойдет в район расположения группировки. Он также настоятельно порекомендовал соблюдать все меры безопасности во время ночных действий.

С наступлением темноты три группы разведчиков, соблюдая режим радиомолчания, начали выдвигаться в направлении школы. Одну из групп возглавил я. Проводники действительно хорошо знали местность и быстро вывели разведчиков в район засады. Мы заняли свои места и приготовились к проведению операции. Почти вся ночь прошла в томительном ожидании. К школе никто не подходил, и, как стало казаться разведчикам, засада будет безрезультатной. И вдруг в предутренней тишине отчетливо послышался шум приближающихся шагов. Судя по звукам, шли несколько человек. Трое с оружием вплотную подошли к месту засады. Но направлялись они не к школе, а в горы. Бывший с нами подполковник из разведотдела армии прошептал мне: «Давай шлепнем этих и будем уходить. Но одного надо взять живым. Кажется, что-то у исламистов не заладилось». Предложение мне понравилось, и мы быстренько все обстряпали. Полковые разведчики двумя выстрелами срезали двоих, а третьего, что и требовалось, повязали. К утру группы вместе с пленным вернулись в район расположения.

Короткий допрос пленного прояснил причину безрезультатного ночного ожидания разведчиков. Оказывается, члены исламского комитета провели-таки собрание, но в соседнем кишлаке. Очередной сбой в информации о месте проведения встречи исламистов.

Прилетели вертолеты, и офицер-разведчик с активистами и пленным улетели в Кабул.

После разборки с пленным ст. лейтенант Богатиков доложил мне подробности вчерашнего боя своей группы, шедшей на трех боевых машинах за колонной тыловых подразделений, обеспечивая ее прикрытие. Колонна состояла в основном из автомашин, загруженных продовольствием и частично боеприпасами. Один из «КамАЗов» вез посылки, переданные из Ферганы для офицеров 345-го полка. Колонна спокойно прошла мост и начала втягиваться в один из кишлаков. Настораживало, что на центральной площади не было ни души, запропастились куда-то даже вездесущие собаки, обычно с громким лаем преследовавшие все машины.

Примета не подвела: на выезде из кишлака десантников ожидала духовская засада. Вторым выстрелом из гранатомета была разбита гусеничная лента боевой машины, шедшей впереди колонны. С расстояния в несколько десятков метров начался шквальный огонь по колесным машинам. Со стороны разрушенной школы по колонне вели огонь гранатометчики и группа их прикрытия. Водители колесных машин и разведчики приняли бой. Машины, оказавшиеся в голове и центре колонны, не могли сманеврировать на узкой улице кишлака. Загорелся «КамАЗ» с посылками. Сопровождавшие колонну боевые машины тоже оказались беспомощными, зажатые в узкой улочке, как пробка в бутылке, они только и могли, что вести огонь с места. Командиры практически не имели возможности управлять огнем, указывать конкретные цели, так как ничего не видели. Над колонной нависла реальная угроза полного уничтожения.

Как всегда в таком бою, обстановка менялась мгновенно. Боевым машинам разведгруппы удалось прорваться на перекресток, откуда можно было вести огонь во всех направлениях. Что и стали делать три «БМД», стреляя уже по конкретным целям — засевшим в развалинах школы и в кустарнике душманам. Вскоре почти все огневые точки духов заткнулись. Только со стороны школы продолжался интенсивный огонь. Школу окружал хоть и побитый, но надежный бетонный забор полутораметровой высоты, за которым смогли укрыться люди и несколько машин. Из-за забора наши вели интенсивную стрельбу, отвлекая на себя внимание духов, что дало возможность одной из «БМД» подойти к школе с тыла и внезапно ударить по душманской засаде. Несколько духов были сразу же уничтожены, остальные, бросив оружие и погибших, как тараканы, разбежались по кишлаку.

Бой стих так же внезапно, как и начался. И тут в одной из боевых машин ее командир, оторвавшись от прицела, вдруг обнаружил рядом с собой на месте пулеметчика начальника автомобильной службы дивизии подполковника Шебеко Н.А. Ехал он на одном из «КамАЗов», и как он оказался в БМД, до сих пор остается загадкой. Он и сам этого объяснить не может. Скорее всего, в лихорадке боя заскочил в боевую машину через кормовой люк, каким-то образом протиснулся мимо конвейера с выстрелами на место пулеметчика к правому курсовому пулемету, а был он весьма плотного телосложения, и стал яростно строчить из него по ближайшим кустам. То есть такая махина пробралась там, где и худому-то не прорваться, — прямо в Книгу рекордов Гиннесса. После этих событий подполковник Шебеко стал лучшим другом второго разведывательного взвода и всегда оказывал техническую помощь не только взводу, но и роте в целом.

Сгоревший «КамАЗ» взяли на буксир и под прикрытием эвакуировали обратно в Баграм, а на боевой машине заменили гусеничные траки и продолжили движение. Разведчики, выйдя из кишлака, пристроились в хвост колонны и стали на ходу огнем боевых машин обрабатывать виноградники. Именно в это время я и был над ними в вертолете. Так разведчики выручили наших тыловиков.

А ведь то, что мои разведчики оказались именно там и именно в это время, — дело случая. Когда группировка выходила в Ниджраб, как я уже рассказывал, у одной из «БМД» обнаружилась неисправность, и я отдал распоряжение остаться трем машинам в расположении, отремонтироваться и догонять нас вместе с тыловой колонной. И не будь этой поломки, не иди моя разведгруппа с колонной, вряд ли бы все так счастливо кончилось. И потери, слава богу, один сгоревший «КамАЗ». Увы, именно тот самый, с посылками. Атак — ни убитых, ни серьезно раненных.

Разведчики еще долго обсуждали свои действия в кишлаке, спорили. Это их первый бой в населенном пункте, поэтому было о чем и поговорить, и поспорить. Каждый предлагал свои варианты действий и отстаивал свой маневр. Такое горячее обсуждение радовало меня. Каждому командиру нужны инициативные, самостоятельные и энергичные офицеры, а не тупо выполняющие приказы подчиненные.

Вечером командир дивизии провел совещание, на котором уточнил боевую задачу на следующий день: одним парашютно-десантным батальоном выше в горах блокировать небольшой кишлак — пять отдельно стоящих домов в 2 км от Ниджраба. В кишлаке предстояло провести проверку мужчин, подозрительных задерживать, при оказании сопротивления немедленно применять оружие на поражение. Следовало также проверить дома на предмет наличия оружия и боеприпасов.