Юрий Мажарцев - Дембельский альбом

 В Корке моряки обычно покупали две вещи - музыкальную аппаратуру и водку, поскольку для нас на эти товары распространялся закон о TAX-FREE. Поэтому город Корк был очень популярным местом захода судов нашей экспедиции. Не то чтобы радиоаппаратура там стоила дешево. Она была сделана известными мировыми производителями, а не являла собой дешевую китайскую подделку, которой торговали в портах Африки. А закон о TAX-FREE позволял нам покупать все это очень дешево. Водка же Romanoff была так себе, к тому же 37 градусов, но на этикетке был очень красивый двуглавый орел. Она была незаменима для подарков родственникам и для взяток береговым начальникам.

 Обычно, покупая аппаратуру, мы приходили к хозяину магазина и сообщали, что наши моряки хотели бы купить у него 70-80 единиц разной музыкальной техники. Для небольшого магазинчика это был огромный заказ. Поэтому хозяин брал на себя все проблемы с оформлением TAX-FREE и доставкой товара на судно.

 В очередной наш заход, когда нам привезли на судно музыкальную аппаратуру, заказанную моряками, хозяин магазина, раздав товар покупателям согласно списку, заявился к помощнику командира Сереже Барсову и потребовал у него пригласить доктора. Дело в том, что мы с Серегой осуществляли переговоры по закупке техники как единственные офицеры, способные связать пару слов по-английски, если так можно назвать язык, на котором изъясняются жители Ирландии, кровно ненавидящие англичан. Когда я пришел в каюту помощника, там уже сидел хозяин магазина радиоаппаратуры по имени Патрик, молодой рыжий человек, лет двадцати семи, наш с Барсовым ровесник. Увидев меня, он радостно заявил, доставая литровую бутылку водки Romanoff, что, дескать, надо вспрыснуть столь крупную сделку в соответствии со старым ирландским обычаем. Мы согласились сразу, заметив, что древние обычаи кельтов имеют явно общие корни с обычаями русского народа. Получилась офицерская пьянка, то есть из закуски были только рукава форменных кителей офицеров и рукав гражданского пиджака торгового гостя. По мере убывания бутылки беседа становилась все оживленней, благо языковый барьер был незначительный. Когда водка неожиданно быстро закончилась, мы выставили в ответ 0,7 Сибирской. Крепкую, 45-градусную водку ирландец оценил по достоинству. И тут мы с Серегой малость опозорили флот российский. Нет, мы не рухнули под стол, но мы не уложили под стол и гостя. А ведь уже привыкли, что в Греции собутыльники падали задолго до того, как мы начинали чувствовать первые признаки опьянения. Мало того, нам стало ясно, что если я или Барсов еще принесем водки, то неизвестно, кто первее рухнет - советский морской офицер или классово чуждый ирландский бизнесмен-мироед. Поэтому решили не рисковать. К трапу шли, сохраняя достоинство, обняв с двух сторон нашего иностранного собутыльника, хотя при этом было непонятно, как утверждали отдельные злоязычные очевидцы, мы его ведем или он поддерживает нас. Я думаю, что они просто завидовали.

 В Корке, кстати, я, в очередной раз, совершил грубое нарушение советских таможенных законов, а именно: продал этюд города, написанный маслом во время одного из заходов в Корк за сумасшедшую для меня сумму в 20 фунтов, примерно 22 доллара. Деньги были честно пропиты в портовом пабе с группой офицеров. Потом, в трудную финансовую минуту, мне приходилось не раз продавать мои картины, но тогда, по словам Сереги Барсова, это было первое признание.

Зоопарк

 Поехали на экскурсию по городу и по окрестностям Корка. Пришлось быть переводчиком, поскольку замполит традиционно сэкономил на расходах на культмассовые мероприятия. Разговорились с водителем по имени Лим, в смысле Уильям. Ему было страшно интересно, как живут в Советском Союзе. Особенно его интересовал вопрос о том, правда ли, будто у нас все женщины тоже работают, как и мужчины. Дело в том, что в Ирландии, где вся контрацепция и аборты запрещены католической церковью, в семьях обычно по семь-восемь детей. Женщинам там приходится довольствоваться ролью домохозяек. Потом, по требованию замполита, я с пристрастием допросил Лима о том, что он знает о Советской державе. Поколебавшись, тот осторожно ответил, что Советский Союз - это, кажется, развивающаяся страна. Я непатриотично рассмеялся, вспомнив, что не так давно Маргарет Тэтчер, премьер-министр Англии, обозвала в сердцах СССР Верхней Вольтой с ядерными ракетами. Когда я перевел ответ замполиту, он надулся, замкнулся в своей обиде и только гордо, от имени великой державы, пробурчал под нос, что этот Лим сам дурак, а его Ирландия - маленькая аграрная страна, которая лижет ж…пу Англии. На этом политический инцидент был исчерпан и нас повезли в зоопарк.

 Впервые в жизни увидел зоопарк, где только самые опасные животные сидят за оградой, а остальные на свободе.

 Особенно восхитили лемуры, которые, как белки в Царскосельском парке, сновали под ногами и требовательно попрошайничали, протягивая черные лапки с пятью пальчиками и хватая прохожих за одежду, чтобы те не проходили мимо просто так.

 Отказать животным с такими умильными мордочками было невозможно. Они это осознавали и вели себя предельно нагло. На входе в парк служители обращали внимание посетителей на то, что не надо кормить лемуров чем попало, иначе они от конфет и шоколада могут погибнуть. Если кто хочет их угостить, то в магазинчике при входе можно купить орешки и скормить попрошайкам. Это лакомство им, очевидно, было более привычным.

Все мужики подлецы

 В связи с покупкой радиоаппаратуры в Корке мне запомнился один случай.

 В одном из рейсов на «Аджарии» механикам оказывала знаки расположения дневальная - уборщица Галина Мусаевна. Женщина она была дикая и необычайно серая, но как все татары - практичная. Когда механики предложили ей в Марокко купить магнитофон за оказанные коллективу интимные услуги, она расчетливо предложила купить ей эту технику в Корке, который был по плану следующим портом захода. Механики поняли, что им дешево не отделаться, но, повздыхав, согласились. Однако, как это часто бывает, задушила их жаба, и они, когда пароход пришел в Корк, начали тянуть с покупкой подарка. Уже заканчивались дни стоянки в ирландском порту, и почему дочь татарского народа решила избрать меня ходатаем за ее поруганную честь, один ее Аллах знает, но в один прекрасный день она ворвалась ко мне на прием в амбулаторию и возмущенно заявила буквально следующее:

 - Доктор, что же это делается? Механики меня весь рейс пользовали, никому не отказывала! Маслопупы обещали за это магнитофон в Корке взять, так уже один день до отхода домой остался, а они все, как тараканы, от меня попрятались. Думаете, легко мне было весь день тряпкой махать и ведра таскать, а потом с каким-нибудь рефом до утра трах…ться (рефом на внутрисудовом языке называли механика по рефрижераторным установкам)? Потолкуйте с ними, они вас уважают.