Федор Лисицын - В те грозные годы

Отсюда, с наблюдательного пункта армии, расположенного на высоте, в бинокль хорошо видно, как воины из полка полковника И. С. Лихобабина еще до сигнала общей атаки под прикрытием артогня почти вплотную приблизились к вражеским траншеям. Это был штурмовой батальон майора Б. Д. Васильева. Еще ночью его роты, проделав ходы сообщения в проволочных заграждениях противника, окопались всего в трехстах метрах от передовых траншей гитлеровцев. И вот теперь первыми ворвались в них, упредили врага.

Наблюдая за действиями батальона Васильева, я вспомнил разговор с полковником Лихобабиным. Неделю назад он доверительно сообщил мне, что готовит гитлеровцам некий «сюрприз». И действительно, столь внезапное появление наших бойцов в траншеях вражеской обороны сразу же после окончания артподготовки — «сюрприз» не из приятных.

Вражеский гарнизон, оборонявший населенный пункт Проборовье, был почти полностью истреблен батальоном Б. Д. Васильева в первые же минуты боя.

Об успешных боевых действиях этого штурмового батальона политотдел дивизии рассказал в небольшой листовке: «Воины батальона Васильева геройски сражались, первыми ворвались в укрепленный пункт Проборовье и овладели им. Слава героям! Смелее вперед!»

Добрые вести поступали и из полка Ф. А. Голенкова. За первые полчаса боя эта часть продвинулась далеко в глубь вражеской обороны, вплотную подошла к населенному пункту Ворсаково. И хотя небольшое село Ворсаково гитлеровцы превратили в мощный опорный пункт, оно было вскоре взято. Эту задачу успешно выполнил 3-й стрелковый батальон полка, поддержанный артиллерией.

Незадолго до полудня мне на НП позвонил начальник политотдела 28-й стрелковой дивизии. Кратко доложил о партполитработе в динамике боя, затем сообщил, что в сражении за Проборовье тяжело ранен майор Г. Н. Дуркин, заместитель командира 88-го стрелкового полка по политчасти.

— Кого предлагаете назначить вместо него?

— Старшего инструктора политотдела дивизии Васильева.

— Согласен.

Майор А. Г. Васильев вскоре тоже получил ранение, но остался в строю, продолжал вести партполитработу, вместе с одним из подразделений полка достиг района Невеля.

Когда части 28-й стрелковой дивизии прорвали переднюю оборонительную линию врага и завязали бой в глубине, командарм сразу же ввел в прорыв подвижную группу — 21-ю гвардейскую стрелковую дивизию, 78-ю танковую бригаду и артиллерийские полки. Одновременно Галицкий распорядился направить в эту группу несколько старших офицеров управления и штаба армии для личного наблюдения за ее продвижением. Вместе с ними в 21-ю дивизию убыл и представитель политотдела начальник отделения поарма подполковник П. С. Матюхин.

Для обеспечения левого фланга армии командующий вскоре ввел в бой 31-ю стрелковую бригаду. А еще левее ее действовали части 360-й стрелковой дивизии из 4-й ударной армии.

Полки 28-й стрелковой дивизии продолжали успешно продвигаться вперед. Но вот на участке 357-й стрелковой дивизии генерал-майора А. Л. Кроника дела шли не так уж гладко. Командарм несколько раз разговаривал с комдивом по телефону, требовал от него более решительных действий, но части дивизии по-прежнему топтались на месте.

Обеспокоенный обстановкой, сложившейся на участке 357-й дивизии, генерал Галицкий срочно вызвал к себе офицера оперативного отдела штаба и приказал ему вместе с инспекторами политотдела армии И. Ф. Халиповым и И. В. Байбородовым срочно выехать в это соединение и на месте выяснить причины задержки.

А наступление между тем продолжалось. 6 октября в 16.10 подвижная группа армии ворвалась в Невель. Об этом на армейский НП сообщили сначала командир 78-й танковой бригады полковник Я. Г. Кочергин, а несколько минут спустя командир 21-й гвардейской стрелковой дивизии генерал Д. В. Михайлов. Поздно вечером этого же дня Невель был почти полностью очищен от оккупантов.

Рано утром 7 октября мы вместе с подполковником Матюхиным въехали в город. Он еще дымился после боев, а со стороны железнодорожной станции Невель-I слышались автоматные и пулеметные очереди — там продолжался бой. Разыскали начальника политотдела танковой бригады подполковника И. Г. Кривоногова. Как выяснилось, в Невеле он оказался одним из первых, ворвавшись в город в составе головного отряда подвижной группы.

Вскоре после нашего приезда к танкистам туда зашел и начальник политотдела 21-й гвардейской стрелковой дивизии полковник А. Ф. Толстопятенко. Оба политработника кратко доложили обстановку: части подвижной группы, как и планировалось, в первый же день достигли намеченного рубежа и закрепились. И хотя все это мне было уже известно из прочитанных в штабе армии боевых донесений, сообщения непосредственных участников событий значительно расширили представление о характере наступательных действий. А они поистине грандиозны! Ведь за какие-то несколько часов наступления сделано, казалось, невозможное: занят город, отстоявший от рубежа прорыва на 30 километров! Достигнуто это было благодаря тому, что впервые в боевой практике 3-й ударной армии подвижная группа (в том числе и пехота) действовала как почти полностью моторизованная. Одновременно с танками в сторону Невеля стремительно двигались на машинной тяге гаубичный, противотанковый и зенитный артиллерийские полки, а также посаженный на автомашины 59-й стрелковый полк полковника Н. М. Чеботарева с приданным ему саперным подразделением. Остальные части тоже шли ускоренным маршем.

Позже захваченный в плен заместитель коменданта Невеля на допросе скажет следующее:

— Наличие сильных оборонительных сооружений, запятых войсками, и сплошные болота, озера, окружающие город, с укрепленными перешейками между ними должны были стать для русских непроходимым барьером. Мы считали, что для взятия Невеля вам потребуется не меньше усилий, чем в боях за Великие Луки. И вдруг все так неожиданно рухнуло. Сдача Невеля — скандальный провал нашего командования.

Но это уже последствия. События же развивались так. Первым в город ворвался передовой отряд из шести танков с десантом под командованием капитана Е. С. Пирожникова, героя боев за Великие Луки. Этим небольшим отрядом на подступах к Невелю предварительно была наголову разгромлена колонна вражеских автомашин с пехотой, штабными материалами и запасами продовольствия. Достигнув центральной части города, капитан Пирожников вместе с рядовым Овчинниковым водрузили на одном из его самых высоких зданий красный флаг — символ нашей победи.

Стрелковый батальон майора В. Н. Савельева, вошедший в город почти одновременно с передовым отрядом капитана Е. С. Пирожникова, воспользовавшись паникой среди вражеского гарнизона, быстро очистил центр Невеля от гитлеровцев и вместе с танкистами удерживал его до подхода основных сил подвижной группы. Полное же освобождение города завершили полки 21-й гвардейской стрелковой дивизии.