Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века - Максим Николаевич Жегалин

Кто родится через 365 лет после Михаила Кузмина? Угадать трудно: дело в том, что Михаил Кузмин тщательно скрывает год своего рождения, потому что хочет быть вечно молодым. 1 августа он возвращается в Петербург из Окуловки и первым делом идет в бани, где парится с банщиком Василием. Но уже на следующий день он уезжает обратно в деревню: денег нет, все любовники разъехались, где очарование жизни?

Очарование жизни в Уфимской губернии: Цветаевой не в чем ходить – ее единственная юбка порвана в четырех местах, так что каждый день приходится подшивать. В итоге юбка рвется окончательно – скреплять расползающуюся ткань приходится сургучом. Хорошая идея!

Очарование жизни в Коктебеле: Волошин берется за рисование – он пишет наивные пейзажи (море, горы, коктебельская бухта). Скоро Волошин уедет отсюда надолго: он принял предложение работать парижским корреспондентом в «Московской газете». Газетка так себе, но хотя бы деньги…

Очарование жизни в Бретани: Блок и Менделеева живут в маленькой деревушке на берегу Атлантического океана. Блок находит Францию невыразимо грязной, французские женщины не вызывают у него ничего, кроме брезгливости. Даже собаки здесь грязнее, чем обычно: после купания местный щенок Фело неизменно бежит в навозную кучу. Тем не менее Блоку нравится в этой французской глуши. В порт часто заходят огромные миноносцы – Блок чувствует, что пахнет войной. Но даже миноносцы кажутся крохотными на фоне бескрайнего туманного океана.

Утром 22 августа Блоку снится, что какой-то американский миллиардер похищает «Венеру Милосскую». Через час Любовь Менделеева приносит свежие газеты: новость дня – из Лувра похищена «Джоконда». Вся полиция Парижа на ушах, журналисты всего мира строят предположения: кто, когда, как, зачем?

В конце августа Блок и Менделеева приезжают в Париж, идут в Лувр и видят на месте, где висела «Джоконда», четыре гвоздя.

«Во всем этом есть не только трагическое, но что-то больное и изнервляющее. Рядом с этим во всем мире происходит нечто неописуемо уродливое – приготовление этой войны, от которой несет кровью и дымом», – пишет Блок матери.

Лето заканчивается.

Волошин отправляется в Париж.

Хлебников садится на пароход и плывет в сторону Астрахани. Ахматова едет в Киев, Гумилев – в Петербург.

В Петербург возвращается и Кузмин, уставший от деревенского отдыха.

В Петербург возвращаются и Блок с Менделеевой, уставшие от французской грязи.

В Петербурге удивительно тепло – яблони Васильевского острова облеплены спелыми яблоками.

Осень

1 сентября 1911 года, вечер, Киев. Анна Ахматова стоит в пробке: пешеходы, автомобили, трамваи, извозчики – все пропускают царя и свиту на пути в оперный театр, где сегодня дают «Сказку о царе Салтане» Римского-Корсакова. Во время антракта прямо у оркестровой ямы беседуют премьер-министр Столыпин, барон Фредерикс и граф Потоцкий. Вдруг к ним подходит неизвестный. Неизвестный достает браунинг и дважды стреляет в Столыпина: одна пуля пробивает руку и ранит стоящего в оркестровой яме музыканта, другая пуля попадает Столыпину в живот. Кровь, паника, крики – раненый премьер-министр опускается на кресло со словами «Счастлив умереть за царя». Стрелявший – анархист Дмитрий Богров, который при этом служит тайным агентом полиции и бессовестно выдает революционеров. Столыпин – премьер-министр, сыгравший значительную роль в подавлении первой революции. Через четыре дня Столыпин скончался. Незадолго до смерти он вдруг проснулся и рассказал об увиденном только что сне: ему снилось, как революционный броненосец подходит к Кронштадту. Богрова казнили. Раненый музыкант уверен, что покушались на него.

Цветаева и Эфрон возвращаются в Москву, где на некоторое время останавливаются в семейном доме Марины в Трехпрудном переулке. Идут дожди, падают листья. Вечерами влюбленные достают мешок с коктебельскими камнями и вспоминают лето. Марина мечтает найти квартиру и жить отдельно с Сергеем.

В получасе пешком от Трехпрудного, на пересечении Мясницкой и Боброва переулка, учится Владимир Маяковский. Еще летом он поступил в фигурный класс Училища живописи, ваяния и зодчества. Идут дожди – у Маяковского нет денег на калоши, отчего он постоянно простужен. Длинные черные волосы, надвинутая на лоб шляпа, демонический взгляд – так выглядит студент Маяковский.

Все время что-то напевая, по коридорам училища с наглым видом ходит Давид Бурлюк. Кто это? Тот самый художник-кубист, будетлянин, который дружит с Хлебниковым и стоит за изданием «Садка судей». Бурлюк ведет себя нагло, надменно, он смотрит через лорнетку своим стеклянным глазом (один глаз у него стеклянный, да) и чувствует себя превосходно. Маяковскому интересно: он начинает подшучивать над Бурлюком, начинает нарываться и всячески привлекать к себе внимание. Дело движется к драке.

Тем временем в Петербурге поэт Игорь Северянин публикует манифест.

«Природа, Бог и люди – эгоисты: / Я – эгоист», – пишет Северянин и открывает новое поэтическое направление – эгофутуризм.

Среди лозунгов – провозглашение души как единственной истины, поиски нового без отвергания старого, изобретение неологизмов, использование смелых образов и борьба со стереотипами. Интересно! К новому поэтическому течению присоединяются несколько поэтов, в том числе еще никому не известный Георгий Иванов.

Кажется, символистам пора потесниться! Но символисты не дремлют: Андрей Белый предлагает Блоку и Вячеславу Иванову издавать совместный журнал и рассуждать о культуре, мистике, религии, эстетике и философии. Хорошая идея! Белый надеется, что журнал станет «новым словом», но начинание быстро затухает: Вячеслав Иванов не отвечает на письма, вернувшийся из путешествия Блок в тоске, Андрею Белому предлагают писать серьезный роман. Символистам не до журнала.

Что за серьезный роман? Брюсов предложил Белому писать роман для журнала «Русская мысль». Условия – 75 рублей за печатный лист.

– 75 рублей? Что? Леонид Андреев получает за печатный лист тысячу!

– Борис Николаевич, у «Русской мысли» нет денег! Вы же, вы человек неземной… Для чего вам деньги? – ответил Брюсов и был таков.

Страдающий от безденежья и долгов, неземной человек Андрей Белый обреченно садится за роман. К январю нужно сдать 12 печатных листов – работать придется безостановочно.

Тем временем наступает октябрь

Анна Ахматова возвращается в Петербург. Цветаева и Эфрон переселяются в квартиру на Сивцевом Вражке. Волошин работает корреспондентом в Париже. Маяковский и Бурлюк становятся друзьями и планируют рука об руку бороться со старым искусством.

«Обормотник» – так называет свою квартиру Цветаева. В обормотнике живут обормоты: Марина, Эфрон, сестры Эфрона Лиля и Вера и мать Волошина по прозвищу Пра. Что они делают? Шутят, ломают дурака, придумывают мистификации и розыгрыши. Цветаева чувствует себя как никогда самостоятельной: она готовит к выходу второй сборник стихов и планирует свадьбу – венчание состоится в январе. Приглашенный на церемонию Волошин отвечает на приглашение соболезнованиями: Марина и Сережа кажутся ему слишком настоящими для такой лживой формы жизни, как брак.

Основатель эгофутуризма Игорь Северянин получает письмо от Брюсова. ОТ КОГО? От Брюсова! Странно: обычно юные поэты пишут Брюсову, тут же все ровно наоборот. Мэтр отправляет Северянину несколько своих книг и спрашивает, нравятся ли ему его стихи.

Видимо, Брюсов решил держать нос по ветру. Этой осенью он много общается с молодыми поэтами,