Уильям Роберт Миллер - Мартин Лютер Кинг. Жизнь, страдания и величие

Повсюду на Юге демонстранты носили с собой отпечатанную в типографии памятку: «Помни учения Иисуса Христа, Махатмы Ганди и Мартина Лютера Кинга. Помни, что ты должен любить людей и избегать насилия». Многие изучали книгу Кинга «Поход за свободой». Участники протеста видели в Мартине Лютере Кинге прежде всего своего символического лидера. Они читали листовки и брошюры, выпущенные КЗРР, например «Как действовать без насилия»; популярна была книга Ричарда Грегга «Сила без насилия», но имя Мартина Лютера Кинга имело для них совершенно особое значение. Темнокожие студенты часто спрашивали друг друга; «Как ты думаешь, что бы в такой ситуации сделал Мартин Лютер Кинг?» Даже те, кто считал, что их собственные взгляды отличаются от воззрений Кинга, постоянно упоминали его. Они говорили: «Никуда не деться от того факта, что Кинг уникален. Быть может, он не самый лучший из всех возможных вариантов лидера, но он ― настоящий вождь». Каким бы ни был Кинг, он сделался символом, и это стало главным. Он был повсеместно признан вождем.

Так сложилось, еще когда КЮХР только зарождалась. Всегда следует иметь в виду, что Кинг как глава КЮХР и Кинг как апостол ненасилия ― не всегда один и тот же человек. Его нравственный авторитет играл более значительную роль, нежели все стратегии, разработанные КЮХР. Организаторы сидячих забастовок часто спорили с ним и даже ссорились. Однако в их отношении к нему всегда было почти сыновье чувство. В период сидячих демонстраций Кинг одним своим неоспоримым авторитетом влиял на происходившее. В потоке быстро и хаотично развивавшихся событий он возвышался над ними, как могучая скала.

Семейство Кингов еще продолжало обустраиваться на новом месте, когда Элла Бейкер предложила организовать конференцию активистов сидячих демонстраций. Мартин с готовостью принял эту идею; для этого КЮХР выделил 800 долларов. Элла Бейкер сумела убедить руководство университета Шоу, который сама закончила, предоставить аудиторию и общежитие участникам конференции. К началу трехдневной конференции, которая открылась 15 апреля, Движение охватило шестьдесят населенных пунктов в двенадцати штатах Юга. Оттуда прибыло 126 делегатов и еще 19 ― из учебных заведений Севера. Вместе с представителями КЮХР и других правозащитных организаций всего присутствовало 212 участников. Когда конференцию объявили открытой, все встали и пропели гимн «Мы победим!».

Двумя основными докладчиками были Мартин Лютер Кинг и Джеймс Лоусон. В своем обращении Кинг привел пять пунктов, без реализации которых, по его мнению, невозможно добиться победы. Во-первых, нужно создать какую-либо постоянную организацию; во-вторых, необходимо развернуть «в масштабах всей страны кампанию финансового давления на расистов, бойкотируя их торговые предприятия»; в-третьих, нужны «добровольцы, которые охотнее будут сидеть в тюрьме, нежели станут вносить залог или оплачивать штраф»; в-четвертых, борьба за свободу должна развернуться в каждом населенном пункте Юга без исключения. Такое расширение фронта борьбы докажет решимость ее участников и непременно вызовет энергичную их поддержку со стороны всей прогрессивной общественности, которая станет оказывать давление на федеральное правительство и требовать его вмешательства. И наконец, в-пятых, Кинг убеждал студентов в необходимости «глубже постигать философию ненасилия... Существует важный элемент, который придает нашему сопротивлению и ненасилию подлинный смысл. Это стремление к расовому примирению. Нашей конечной целью должно стать создание гуманного, человеколюбивого общества. Надо помнить: приемы ненасилия, лишенные духа ненасилия, могут превратиться в новый тип насилия».

Затем на трибуну поднялся Лоусон. Он выступил с резкой критикой системы белого господства; особенно же он обрушился на негритянский средний класс, который стремился к сохранению расового неравенства, поскольку оно обеспечивало его имущественные интересы. Кинг и Лоусон были ровесниками. Лоусон три года провел в Индии в качестве миссионера, а во время конференции был студентом теологического факультата в Вандербилте (вскоре его отчислили за участие в сидячих демонстрациях). Он помог установить тесный контакт между Кингом и учащейся молодежью. Более резкий, нежели Кинг, он был близок юной аудитории и многим казался наиболее вероятным кандидатом в руководители негритянской организации. Однако личная жизнь Лоусона сложилась так, что он не только не стал одним из руководителей, но и вообще вышел из движения протеста. После исключения из Университета Вандербилта он учился в Бостонском университете, а затем стал пастором методистской церкви в Шелбивилле, штат Теннесси. Другим потенциальным лидером был Чарлз Джоунс ― весьма незаурядный и очень мужественный студенческий вожак из маленького Колледжа Шарлотт. Он смело противостоял полицейскому насилию в Рок-Хилле, штат Южная Каролина, потом некоторое время работал секретарем молодежного отдела ТПРП, принимал участие в автомобильных демонстрациях и, в конце концов, предпочел стать уполномоченным федерального правительства в Вашингтоне. Сидячие студенческие демонстрации выдвинули немало таких личностей, которые впоследствии проявили себя совершенно непредсказуемым образом.

Впрочем, это относится не только к чернокожим лидерам. Первым временным исполнительным секретарем зарождавшегося студенческого комитета был Эд Кинг ― белый священник-методист, уроженец штата Миссисипи. Он был приговорен в Алабаме к исправительным работам за то, что попытался пообедать вместе с чернокожим священником Элроем Эмбри в одной из гостиниц Монтгомери. Его преемницей стала Джейн Стембридж, белая американка из Вирджинии, ученица Нибура и Тиллиха в

Союзной богословской семинарии. В июне она переехала в Атланту, где Элла Бейкер уступила ей половину своего кабинета.

На конференции были избраны пятнадцать членов правления, призванных создать «постоянную организацию», о которой упоминал Мартин Лютер Кинг. Одновременно дискутировался вопрос, станет ли эта организация филиалом КЮХР? Делегаты решили, что это будет независимая группа, поддерживающая дружеские связи с КЮХР. Комитет пятнадцати в мае собрался в Университете Атланты вместе с Кингом, Лоусоном, Эллой Бейкер и Леном Холтом ― юристом КЗРР из Норфолка, штат Вирджиния. Здесь и было решено называться Координационным комитетом студенческого сопротивления (ККСС). Было принято заявление: «Мы подтверждаем, что философско-религиозный идеал ненасилия является первоосновой, определяющей наши цели, наше кредо и наш образ действий. Ненасилие, вырастающее из иудейско-христианской традиции, требует установления справедливого социального порядка, проникнутого человеколюбием. Объединение усилий людей доброй воли представляет собой первый шаг на пути создания такого общества... » Эта декларация полностью отвечала идеям Кинга, пусть даже он собственной рукой не вписал в нее ни одной буквы. Но прошло немного времени, и руководство комитета было очищено от белых, и основным мотивом его действий стала не проповедь ненасилия, а, скорее, пропаганда силы черных.