Анатолий Отян - Служба в потешных войсках ХХ века

С начала лета, которое в Томске начинается в средине мая, (хотя как его можно назвать летом, когда в тайге, в оврагах и низинах ещё лежит снег),но снег снегом, а появляется наш главный враг- комар.

Правда, есть и мошкара, но она хоть в темноте ночью не летает, а комар тварь всепогодная, круглосуточная. Летает даже тогда, когда доблестные военные лётчики не летают – в туман. Комар – кровососущее насекомое, но сосёт кровь только самка. Самец, уважаемое и благородное насекомое из разряда пижонов, питается цветочным нектаром. Самке же кровь нужна для воспроизводства потомства, и она ищет себе жертву. В Сибири взрослые млекопитающиеся покрыты густой, длинной шерстью, и комару они почти недоступны. Человек, а тем более советский солдат, не имеет шерсти и является пищей N1 для комарих.

Правда, в отсутствии людей, они нападают на неоперившихся птенцов, и родившихся с коротенькой шерстью млекопитающихся, которых не спасают даже глубокие норы.

Когда будете в тайге, приложите ухо к барсучьей, лисьей или волчьей норе, и вы там услышите писк комара, если хозяин сам не будет громко издавать звуки. Правда, вы всё равно подвергнитесь укусу комара, если хоть на 2-3 секунды оголите ухо.

Шутки шутками, но комар превращает жизнь в кошмар, и вы, так ждавшие лета, просите Бога прислать зиму с её даже сильными морозами. Вы спросите, чем комар досаждает? Укусил и улетел. Нет, после его укуса тело насколько часов чешется так, что расчесываешь его до крови. Нет от него спасения и когда одеваешь гимнастёрку. Да, мелкий комар её не прокусит, хобот короток. Но зато крупный! Он устраивает на твоей спине ресторан, в то время, как мелкий комар атакует твою шею и лицо, по которым ты себя нещадно хлопаешь, и твои руки, которыми ты хлопаешь. Каждый хлопок сопровождается выражениями типа: "сволочь!", "зараза!", – или чем покрепче. Мы говорили, что хороший комар и сапог прокусывает.

Это такие упражнения, что через 15-20 минут ты чувствуешь себя побеждённым, и готов бежать от этих комаров на край света. Часовым выдают противокомарные сетки – накомарники. Сам я никогда не одевал, но мне говорили, что эта гадость лезет и под накомарник. Нам давали, иногда противокомарную жидкость, но она действовала только два часа, и то на слабого комара. А лихой комар её не боялся, она для него служила приманкой и отгоняла конкурентов.

Казалось бы, наступит время отбоя, укроешься простынёй и уснёшь.

Не тут-то было. Когда приготовишься спать, не страшен сам укус, а его ожидание. Укроешься простыней с головой, а он залетит под простынь и зудит. Ну, думаешь, укуси и улетай. Нет, зудит. Кошмар.

Засыпаешь. В казарме летом открывают окна, но на них натягивают марлевые сетки, но комар пробирается через входные двери. Однажды ночью в казарме в темноте я приложил ладонь к стене. Она стала мокрой. Я, зайдя в освещённое помещение, увидел, что вся ладонь в крови. Утром посмотрел на стену и увидел отпечаток своей ладони, наподобие той, что звёзды Голливуда оставляют на тротуаре.

Когда я стал плохо слышать, у меня в голове в полной тишине стали появляться разные звуки: пение птиц, игра оркестра, шум прибоя, работа двигателя автомашины и т.д.

Я в первоначальный вариант этой книги не включил рассказ о любимых насекомых, хотя без них и Сибирь не Сибирь. И вот сегодня перед рассветом я проснулся и слышу комариный писк. Оба-на, подумал я, но вспомнил о своей аномалии. Таким образом появилось это описание.

Расскажу ещё одну интересную историю, не связанную со службой в армии, а связанную с комарами.

В 1981 или 1982 году ремстройтрест, где я был, или числился начальником, ремонтировал Украинский театр и Филармонию. В связи с этим, я вместе с начальником областного управления культуры и его замом на машине облисполкома поехали в город Киев решать какие-то вопросы. Туда мы ехали, разговаривали о производстве, а назад, уже немного уставшие на разные темы. Оба они были интересными людьми, оба кандидаты наук и рассказывали мне, изощряясь в своих знаниях о Пушкине и его любовницах, о Некрасове, о Корнее Чуковском… Мне, строителю и мужлану, было всё интересно, но подошло время и мне, как говорят, "в разговор встрягнуть". Ехать нам было часов пять, и заговорил я.. Солдаты до обеда говорят о еде, а после обеда о бабах.

А так, как мы пообедали на полпути, а я бывший солдат (правда,.. бывших солдат, как и бывших алкоголиков, не бывает, даже в песне поётся:

"Пускай не носишь ты теперьАрмейский свой наряд,А люди всё же говорят:– Солдат, всегда солдат"

 - и заговорил, сами понимаете, о бабах. И тут мне начальник областной культуры выдал коммунистическо – воспитательную лекцию, которая сводилась к следующему: "Уходя от нас товарищ Ленин, завещал нам хранить в чистоте и беречь, как зеницу ока великое звание члена партии". Эти дословные, очень красиво придуманные для Сталина слова, из якобы произнесённой им клятве при похоронах Ленина, я помнил с детства из кинофильма. Но дальше последовало, что супружеская неверность недопустима членом партии. Тот, кто может изменить жене, якобы сказал Ленин, изменяя Крупской с Инессой Арманд, тот может изменить и партии, и воинской присяге, и Родине.

Я был посрамлён. (Через год наша культура понесла утрату: он был снят с работы с партийным выговором за супружескую неверность, допущенную им с молодой женщиной, при турпоездке в Югославию, где идейный ленинец был руководителем группы.)

Я перевёл разговор на проведение отпуска. Эта тема его обрадовала, он повернул к нам голову (сидел рядом с водителем) и с большим удовольствием начал разговор:

– Вы знаете, Анатолий Васильевич, я разочаровался во всех поездках на море, в санатории, на воды. И вот почему. В прошлом году мне мой сосед, он рыбак и охотник, да Вы его знаете, посоветовал отдохнуть на Днепре, на островах. Я договорился с хлопцами в Светловодске, они мне организовали лодку, палатки, газовую плиту, ну, всё что надо. В обществе охотников и рыболовов мне дали удочки, спиннинги, и все рыболовецкие снасти и принадлежности. Переправили нас на моторке. Оставили и уехали.. Да я забыл сказать, что было нас там три семейные пары. Ловим рыбку, купаемся, в картишки, шахматы играем. Жёны еду готовят, когда на газовой плите, а в основном на костре. Ушица, когда дымком пахнет, объедение, пальчики оближешь. Но одна беда: комары. Днём на солнышке ещё ничего. Зайдёшь в тень под дерево, кусаются. А вечером и ночью – конец света. Сжирают они нас заживо. На четвёртый день выбросили мы условный сигнал. Говорим нашим шефам, что не можем больше терпеть эту ненасытную орду, которая и сейчас кружит над нами. Человек, сидящий за рулём катера, даёт нам канистрочку и говорит, что он это предвидел и захватил специально для нас солярку, ну дизельное топливо. Помажетесь и полдня ни один комар вас не тронет. Спасибо тому человеку. Мы с утра помажем лицо, руки, а кто хотел ходить в плавках, так весь намажется, и загорай, купайся и вообще для нас настал действительно рай. Мы ещё потом две недели так хорошо отдохнули, что в этом году только на Днепр, на острова. И вам советую, только сразу солярку возьмите.