Коллектив авторов - Гордость и предубеждения женщин Викторианской эпохи

Моцион считался полезным не только для обустройства личной жизни, но и для здоровья. Доктора рекомендовали всем, а особенно женщинам, как можно больше ходить и ездить верхом, чтобы быть всегда в хорошей форме. Мэри Уолстонкрафт в знаменитой книге «В защиту прав женщин» сетует на то, что девочкам не дают играть в подвижные игры вместе с мальчиками, девушкам не позволяют танцевать до упаду и тем самым превращают женщин в хилых и анемичных созданий, щеголяющих своей слабостью. Другая английская феминистка, героиня романа Мэри Энн Хенвей, леди Джон Дарел, герцогиня Дредноут – имя мужа перед ее фамилией говорит о том, что она носит титул благодаря ему, – возмущалась тем, что девочки «заточены в детскую… им редко выпадает случай воспользоваться своими ногами пусть даже для прогулок вокруг их тюремной камеры, если ветер дует с юга, он слишком силен, если с севера – слишком холоден… Их мать выпускает их на улицу лишь на очень короткое время и лишь в самую теплую погоду – несколько дней за весь год». Присцилла Уокефилд, автор «Размышлений о современном положении женщин», полагала, что физические упражнения могли бы помочь женщинам успешнее осуществлять их материнские функции, что женская бездеятельность «приводит к тому, что наше потомство вырастает лишенным мужества и благородной энергии патриотизма».

И все же далеко не все прогулки выглядели благопристойными. Когда в «Гордости и предубеждении» две младших сестры Элизабет отправляются за полторы мили (около трех километров) в небольшой городок, это никого не беспокоит. Но когда сама Элизабет идет три мили (около пяти километров) в одиночестве по полям, спеша на помощь заболевшей сестре, это порождает пересуды в Незерфильд-парке. Лишь Бингли искренне рад видеть Элизабет, поскольку его тоже беспокоит здоровье Джейн, зато его сестры за спиной у гостьи злословят по поводу пятен на подоле ее юбки, провинциальных манер и «способности преодолевать по утрам необыкновенно большие расстояния пешком, словно какая-то дикарка». Что касается мистера Дарси, то «последний испытывал смешанные чувства: он восхищался тем прелестным румянцем, который расцвел на ее лице после долгой прогулки, но сомневался, было ли разумным решение проделать такой долгий путь в одиночестве».

Возможно, описывая «Великий Пеший Переход Элизабет Через Поля Хратфордшира», Джейн вдохновлялась собственным «грязевым походом» – однажды в дождливую ночь с фонарем в руках она так же спешила на помощь жене Джеймса, рожавшей свою первую дочь Анну в соседнем со Стивентоном поместье.

В 1801 году Джордж Остин-старший передает приход в Стивентоне своему старшему сыну Джеймсу, ставшему к тому времени отцом троих детей – у Анны появился братик, которого назвали Джеймсом в честь отца и деда, и сестренка Каролина. Осенью того же года семейство Остин переезжает в Бат.

Бат считается одним из самых красивых городов Англии, именно благодаря зданиям георгианской эпохи ЮНЕСКО внесла город в список памятников культурного наследия человечества. В 1729–1736 годах Джон Вуд-старший возвел на Куин-Сквер свои первые здания георгианского стиля. Здесь же высится и его шедевр «Цирк», сооруженный по образу римского Колизея. В 1767–1775 годах тот же архитектор построил «Королевский полумесяц» – первый жилой комплекс в Англии, включавший в себя 30 домов, образующих единый фасад в форме полумесяца, – возможно, самая дорогая недвижимость в Бате, и разбил вокруг великолепный городской сад, немедленно ставший фешенебельным местом для прогулок и прославившийся большой коллекцией деревьев и цветов.

Издавна отдыхающих привлекали в Бат купальни, которым город и обязан своим именем. Ежедневно через них проходило (и проходит) свыше 1 млн литров воды при температуре 46,5 °C. Кроме бань, в Бате к услугам отдыхающих были Верхние и Нижние залы для «ассамблей» и танцев, Галерея-бювет, театр, концертный зал – словом, все, что необходимо для знакомств и общения. В залах царил знаменитый Бо Нэш – распорядитель танцев, славившийся своими манерами. Он не только знакомил приезжих юношей и девушек, подбирая пары для танцев, но мог при случае дать необходимую информацию родителям о приданом потенциальной невесты или годовом доходе потенциального жениха. Танцевальные залы Бата были тем местом, где молодые люди могли отточить свои манеры, получить навыки светского общения в непринужденной атмосфере. А поскольку светские правила в Бате соблюдались не так жестко, как в чопорном Лондоне, то молодые нувориши – «новые дворяне», нажившие состояние на торговле, могли без препятствий присоединиться к обществу, к немалой радости родовитых, но безденежных матушек, обремененных необходимостью устроить судьбу своих многочисленных дочек.

Город славился и своими портнихами, модистками и розничными торговцами – ведь сюда приезжали людей посмотреть и себя показать.

Остины поселились на Сидней-плейс, 4, в доме прямо напротив Сидней-гарденз – публичного сада, называемого также «Батским Воксхоллом», с каналом, лабиринтом, тропинками для верховых прогулок, качелями, лужайками для игры в шары, купальнями. Здесь часто устраивались утренние концерты с «открытыми завтраками» и вечерние, с иллюминацией и фейерверками. «Можно будет ходить в Лабиринт каждый день», – планирует Джейн Остин в одном из писем.

Бат – главный город графства Сомерсет в Великобритании. Расположен на реке Эйвон

Третий из знаменитых парков Бата, «Александра-парк» с живописным холмом, с вершины которого можно увидеть весь город, описан в романе «Нортенгерское аббатство». Туда направляется на прогулку героиня романа Кэтрин и ее друзья – Генри Тилни со своей сестрой.

Интересно, что Бат до сих пор является заповедником эпохи Регентства. Многие старинные дома на центральных улицах Бата стали гостиницами, Верхние и Нижние залы открыты для посещения, там проводятся концерты и музыкальные фестивали, в Центре Джейн Остин можно поучаствовать в «Чаепитии с мистером Дарси». Можно даже сыграть свадьбу в старинной церкви в декорациях XVIII–XIX веков и провести здесь медовый месяц.

В 1802 году Джейн и Кассандра провели лето в Стивентоне, Мэнидауне и Кенте, в декабре вернулись в Бат. Во время путешествия произошла еще одна примечательная история, с которой мы уже знакомы. 27-летняя Джейн Остин неожиданно получила предложение руки и сердца от старинного друга семьи 21-летнего Гарриса Бигг-Уивера. Сначала она приняла предложение, но ночью передумала и наутро разорвала помолвку и срочно вернулась вместе с сестрой в Бат. Больше она никогда не помышляла о браке.

В 1803 году издательство «Кросби и К°» купило «Кэтрин». Несколько воспрянув духом, Джейн принялась за новый роман «Уотсоны». Но «Кэтрин» так и не вышел в свет, а «Уотсоны» разонравились Джейн, и она их забросила. Они с Кассандрой снова отправились путешествовать, посетили Рэмсгейт и Лайм. Рэмсгейт, вероятно, не оставил особенных впечатлений, а вот Лайм Джейн полюбила. В своем романе «Доводы рассудка» она так описывает его достопримечательности: «…удивительное расположение города, главная улица, чуть не срывающаяся прямо в воду, дорога на Коб, вьющаяся берегом бухты, в летний сезон весьма оживленной, сам Коб, с древними его чудесами и самомоднейшими нововведениями, с востока отороченный чредой живописных скал, – приковывают взоры странника; и очень странен тот странник, который сразу не пленится окрестностями Лайма и не пожелает получше с ними познакомиться. А дальше – неровный, то вздыбленный, то опадающий Чармут в близком соседстве и особенно укромная тихоструйная его бухта в окружении темных утесов, где, сидя на плоском камне среди песков, вы можете в долгом блаженном покое наблюдать, как то прихлынут, то отхлынут от берега волны; леса веселой деревеньки Верхний Лайм; и, наконец, Пинни с зелеными расщелинами средь романтических глыб, где то лесные дерева, то пышный сад вам говорят о том, как много веков минуло с той поры, когда первый случайный обвал подготовил землю к нынешней ее красоте, которой может она тягаться с прославленными красотами острова Уайта; словом, надобно посещать и посещать эти места, чтобы почувствовать все обаяние Лайма».