Лилия Беляева - Загадка миллиардера Брынцалова

— И как, как это все надо понимать?

— Я так предполагаю, что когда пошла волна интереса средств массовой информации к Брынцалову — она тоже почувствовала вкус к рекламе. Однажды она меня вызывает и говорит, что «так, я хочу рекламировать прически на телевидении». «Какие прически?» — «Вот, — говорит, — я сейчас подстригла своих детей, Алешу подстригла как тигра полосатого, а дочь подстригла под цветочек». По-моему, на макушке такая ромашка. И мы даже поехали в Останкино, туда, где снималась программа «Улица Сезам», детская. Наташа туда пришла и говорит: «Так, ну где съемки? Я сейчас буду рекламировать прически». На что ей ответили: «Послушайте, здесь, вообще-то, идет съемка телепрограммы, и вы приглашены просто в качестве гостей, просто чтобы вы здесь посидели на лавочке и поаплодировали». Наташа очень обиделась, сказала: «Я, вообще-то, ехала сюда для того, чтобы делать программу, свою программу, со своим собственным участием, учить матерей, каким образом нужно стричь своих маленьких детей, чтобы это было красиво и интересно». То есть я понял так — у нее выросло мощное желание мелькать на экране телевизора, но не с точки зрения политической целесообразности, а на уровне фотомодели. Чтоб все любовались.

— Брынцалов любовался? А Невзоров? Невзорову хорошо даже, что это было, потому что он опять показал как бы отрезанную руку, которую едят бомжи?

— Брынцалов однажды увидел этот эфир, у них с женой вышел спор. Уже в конце предвыборной кампании… Звонили родственники из Черкесска, говорили: «Ну как вам не стыдно, Наташа, как тебе не стыдно, Володь, как тебе не стыдно показывать жену в таком свете?» У них возник спор — Наташа считала, что этот эфир был неудачен только с одной точки зрения, потому что Брынцалов там кричал о своих «яйцах», когда ехал на лошади. А Брынцалов говорит: «Нет, эфир плох, потому что ты показала свою жопу с экрана».

Ну, примерно об этом они спорили, старались привлечь меня в качестве арбитра, и каждый остался при своем мнении.

И еще Александр добавил:

— Знаешь, ходят разные слухи, кто у них в семье главный, кто кем вертит. Тот, кто не любит Наташу, говорит, что она околдовала Брынцалова, что любое мановение ее руки, пальца, взгляда — он тут же выполняет ее желание. Но это неправда, потому что я наблюдал за их взаимоотношениями, это не так, это далеко не так. Брынцалов — не тот человек, которым управляешь, тем более мановением пальца. Он сам может кем угодно управлять, потому что он очень сильный человек.

Могла ли я полюбить и зауважать Наталью Геннадиевну после всего происшедшего? Любой второклассник скажет, что — нет.

Но значит ли это, что нет женщин, которые бы любили ее и почитали? Здесь, на «Ферейне»?.. Как относятся женщины, которым надо с утра на работу, к той, что встает, когда захочет? К той, которая мчит на «мерседесе», укрытая со всех сторон броней телохранителей? Которая, как сказочная царица, что ни пожелает откушать, хоть самое раззаморское блюдо, — ей его тотчас и преподнесут?

— Завидовать? Наталье Геннадиевне? Нет и еще раз нет, — отвечает мне молодая женщина В. — Что стоит само по себе любое богатство? На мой взгляд — ничего! Без духовной близости, без настоящих чувств? Ну ладно, бремя богатства еще можно вынести… хотя, с моей точки зрения, — это очень сложно, и живешь с опаской за свою жизнь, за детей… и надо же как-то со своей совестью ладить… А как вынести бремя измен?

— Подумаешь! Ну изменил, но ведь не остался там, у другой. Пришел, принял душ и как новенький.

В.: Понимаете, это не для моего характера. Если ушла, то ушла. И если ушел, то ушел. Я — русская женщина. А женщины на Руси всегда все тянули. И моя мама — тянула. Но там, где дело касалось чувств — никогда не лгала, и мужу лгать не позволяла. Тут все должно быть чисто и просто.

И Н. тоже сразу предупредила меня:

— Ни даже намека на мое имя! Нет, нисколько я Наталье Геннадиевне не завидую. Я, например, куда более свободная женщина, чем она. Ну, конечно, большие деньги — это неплохо, очень даже неплохо. Но теперь посмотрим на минусы. Я, например, могу спокойно выйти на улицу, зайти в магазин, в кинотеатр… Она — нет. Ей надо прежде сказать о своем желании мужу. Как правило, она без охраны никуда. И это жизнь? Мне дорога свобода, независимость. Я не хотела бы всего и всех боятся, потому что на мне одето полцарства. И еще меня совсем не пленяют все эти бонны, гувернантки, весь этот «наворот». Я хочу и воспитываю своего ребенка сама. Это мне доставляет удовольствие. И мне нравится, что мой сын водится со множеством других детишек. А дети Брынцаловых, как в изоляции, живут. Очень хорошие, красивые, умненькие, но изолированы, играют друг с другом, с нянями, и тут же охранники ходят. Это жизнь?

И еще один женский взгляд на «щи и парад»:

— Я бы ни за что в наше время не смогла жить в таком богатстве. Совесть бы заела. Мне бы это мое положение казалось постыдным, неестественным, прямо диким. Вон, рассказывают, в Приморье шахтерам не платят зарплату, и их ребятишки бегают на рынок, подбирают гнилую картошку, листы капустные и тут же в рот запихивают и в мешочек суют, чтобы домой донести. А я тут буду хвалиться, что золотой отверткой в ухе ковыряюсь? Я что, в таком случае, полная дебилка? Да я, если бы разбогатела, тихо-тихо жила, ни перед кем не выпендривалась бы… Зачем? Когда кругом столько полуголодных, голодных, нищих? Еще большой вопрос — если у тебя в кармане вдруг оказалось столько зеленых, а у другого — ни шиша, не ты ли обобрал его? Хочешь не хочешь, а такой вопрос вертится в голове… Я бы, например, перед своим мужем на колени встала, умоляла бы его не знаю как, чтоб он только не рассказывал в газетах и по телевизору, какой он богатый. Я бы ему с голым задом ни за что не позволила на экран вылезти. Что в итоге? Люди, нормальные люди, отвернулись от этой пары с презрением и это свое неуважение распространили на всю продукцию «Ферейна», даже на свое название. Наш отдел имеет прямые контакты с аптеками. Мы раньше общались с партнером легко, а теперь многие из них не хотят иметь с нашей фирмой дела. Мы попали в разряд «неприличных». Слышишь: «О, вы с „Ферейна“! Ясно, как вас Хозяин подбирает, по каким качествам…» Вроде бы шутка, но…

— И серьезные покупатели отказались?

— Заведующие аптеками, некоторые заведующие больницами.

— Но при чем здесь качество лекарств?

— И тем не менее — пренебрегли… Не захотели работать, не устраивают их ни «Ферейн», ни Брынцалов.

— Сама фамилия?

— Сама фамилия и образ жизни. Люди в нищете, денег нет, а здесь богатство рекламируют. Ведь на Западе тоже очень много богатых людей, и никто этим не кичится. Но супругам Брынцаловым это все, думаю, не объяснить.