Интервью - Томас Клейтон Вулф

для газеты «Оригониан». Вулф согласился, и тогда Хейзен привел его в офис газеты, чтобы сфотографировать, его представили редактору воскресного раздела Эдварду М. Миллеру. Миллер никогда не читал книг Вулфа и почти ничего о нем не знал, но был рад узнать, что он родом из Эшвилла, всего в двадцати милях от места рождения миссис Миллер. Зная, что она будет рада познакомиться с человеком из ее «родного края», Миллер незамедлительно пригласил Вулфа к себе домой на ужин.

В течение вечера Миллер рассказал Вулфу о поездке, которую он планировал вместе со своим другом Т. Рэймондом Конвеем, менеджером Ассоциации автолюбителей штата Орегон. Поездка, спонсируемая организацией Конвея и газетой Миллера, имела изнурительный маршрут, предполагавший прохождение в среднем 350 миль в день через Орегон, Калифорнию, Аризону, Юту, Айдахо, Вайоминг, Монтану и Вашингтон. Цель состояла в том, чтобы доказать, что одиннадцать национальных парков, расположенных вдоль горных хребтов Каскада, Сьерра-Невада и Скалистых гор, можно посетить в течение двухнедельного отпуска. Миллер пригласил Вулфа присоединиться к нему и Конвею в поездке. Хотя Вулфу не терпелось вернуться в Нью-Йорк и начать работу с Эдвардом Асуэллом над своей огромной рукописью, он согласился поехать с ним.

15 июня он написал Элизабет Ноуэлл, что собирается «в поездку, которая обещает стать одной из самых замечательных в моей жизни. Это означает, что я буду отсутствовать примерно на две недели дольше, чем планировал, но это шанс всей моей жизни, и после долгих боев с совестью я решил, что было бы глупо не воспользоваться им… Я видел замечательные вещи и встречал самых разных людей – докторов, адвокатов, лесорубов и так далее – и когда я закончу с этим, у меня будет целая пачка славного материала… Когда я закончу, я действительно увижу Америку (кроме Техаса)».

В открытке, написанной 16 июня, Вулф сообщил матери, что ему не удалось найти никого из родственников Уэсталлов в Орегоне. Тогда он запланировал короткую поездку в Сиэтл в надежде найти там родственников. В конце концов, это была настоящая причина посетить северо-запад.

Вулф прибыл в Сиэтл в среду, 15 июня, поселился в отеле «Нью-Вашингтон» отеле и сразу же позвонил Джеймсу Стивенсу, чтобы договориться о встрече. Стюарт Холбрук написал Стивенсу о предстоящем визите Вулфа и предложил ему встретиться. Помимо того, что Стивенс занимался связями с общественностью Ассоциации лесорубов Западного побережья, он был хорошо известен своими историями о Поле Баньяне и рассказами о лесозаготовках на северо-западе. На следующий вечер Джеймс и Тереза Стивенс поужинали с Вулфом в его отеле, и на следующий день Стивенс повез Вулфа через Пьюджет-Саунд в Порт-Таунсенд на Олимпийском полуострове для осмотра лесозаготовительных и фрезерных предприятий. Хотя Вулф проводил много времени со Стивенсами в их доме, где познакомился со многими активными участниками литературной и художественной жизни города, ему также удалось найти и навестить некоторых родственников своей матери по фамилии Уэсталл в этом районе.

Во время пребывания в Сиэтле у Вулфа взял интервью Роберт Берман из «Сиэтл Пост-Интеллидженсер». К интервью, озаглавленному «Вулф посещает Сиэтл; он такой же большой, как и его книги – 6 футов 7 дюймов», прилагалась фотография Кена Харриса, на которой Вулф возвышается над Стивенсом, оба широко улыбаются и пожимают друг другу руки.

Вчера Сиэтл принимал у себя настоящего литературного гиганта.

Это Томас Клейтон Вулф, который имеет двойное право на это звание.

Он не только пишет и продает романы длиннее, чем «Энтони Несчастный» или «Унесенные ветром», но и физически он так же велик, как и его книги. Его рост – шесть футов семь дюймов, а пропорции – широкие.

«Раньше я был чувствителен к своим размерам, – заметил он вчера вечером в своем номере в отеле «Нью-Вашингтон». – Но теперь я уже не чувствую этого – за исключением тех случаев, когда пытаюсь занять место в пульмановском вагоне».

Он болтал с Джимом Стивенсом, автором из Сиэтла, который чувствовал себя как дома, потому что его любимый герой – Пол Баньян, который был немного, но не намного, больше Вулфа.

Вулф объяснил, что берет отпуск после того, как закончит черновой вариант своего последнего романа под предварительным названием «Паутина и скала», который насчитывает не менее двух миллионов слов. И каждое слово в нем было написано от руки.

«Я так и не научился пользоваться пишущей машинкой, – извиняется Вулф, – поэтому у меня уходит довольно много времени. Но я работаю не покладая рук – по восемь-девять часов в день. В год у меня выходит почти миллион слов».

«Конечно, все это не попадает в печать. Я много пересматриваю и переписываю. Но, похоже, сначала я должен выпустить все это из себя».

Его первый бестселлер, «Взгляни на дом свой, Ангел», в готовом виде насчитывал всего четверть миллиона слов. А вот его «О Времени и о Реке» дошел до семисот тысяч.

Кстати, его работы были опубликованы на немецком языке, но он не получил от этого большой выгоды из-за нацистского запрета на высылку денег из Германии.

«Сейчас из Германии мне хотят прислать 5000 марок, – заметил он. – Но я не могу их получить, пока не поеду туда, и мне придется потратить их все до того, как я покину страну. Я убедился, что это довольно невыгодно, когда занимался этим в 1936 году. Я собрал 2000 марок, но потратил гораздо больше, так что мне пришлось посылать домой за деньгами».

«Но это того стоило, потому что я видел, как команда Вашингтонского университета выиграла свой забег, [на Олимпийских играх 1936 года в Берлине] и это зрелище я никогда не забуду».

По словам Вулфа, его отец был каменотесом, и его мать так и не смогла свыкнуться с мыслью, что он не следует тому же призванию.

«Помню, однажды я продал статью в «Ивнинг Пост», – сказал он. – Мама спросила меня, платят ли мне за такие вещи. Когда я ответил, что да, она сказала, что мне определенно повезло, потому что всем остальным моим родным приходится работать, чтобы заработать на жизнь».

Это первый визит Вулфа на северо-запад, он выразил свое восхищение свободными и непринужденными чертами людей, с которыми он встречается.

«Я провел много времени в Европе, – сказал он, – и только сейчас начинаю понимать, как много я потерял, не видя своей собственной страны».

Вулф вернулся в Портленд в конце субботы, 18 июня, у него было достаточно времени, чтобы подготовиться к увлекательному путешествию по западным национальным паркам. В понедельник утром группа выехала из Университетского клуба ровно в 8:15. Был