Николай Егоров - Каменный Пояс, 1980

Рассуждали разумно. Если поселить человека в первых 2—3 домах на голом месте у стройплощадки, он даже в комфортабельной квартире спасибо не скажет. Ему ведь и в магазин надо, и ребенка в школу…

Руководство завода настояло: начать эту часть стройки не с парадного, а с дальнего конца. Там, в соседнем поселке, какой-никакой, а магазин уже был. И школа, хоть восьмилетка. И водопровод рядом, и электролиния.

Потом денег на жилье стали давать больше — по два миллиона рублей в год. Это заводу очень помогло. Пусть и работа здесь интересная, и заработки хорошие, но кто же, тревожились, станет из центра сюда ездить? Только активным строительством жилья и того, что называют соцкультбытом, можно было привлечь на завод рабочих.

А строительная организация не всесильна. Или завод, или дома… Что делать? И повесил себе ОЗТП еще один «хомут» на шею: строительство хозяйственным способом. Грубовато насчет хомута, сам чувствую. Но по сути — точно. Хозспособ — это наперед известно: министерство даст тебе только половину металла, остальное, мол, ищите сами. Но иного выхода пока нет. И начинается «ятебетымне». Едут заводские представители на железобетонный завод: «Дайте нам панели, а мы вам за это болтов-гаек наштампуем». «Болтами-гайками не отделаетесь. Вы нам и металлоконструкции помогите готовить». Зато вскоре стройка развернулась активно. И люди пошли на ОЗТП: жилье здесь получить, пожалуй, легче, чем в других местах, и все прочее имеется — общежития, продовольственные магазины, столовые, комбинат бытового обслуживания, школа, сады-ясли. Предвидели, что поселок будет молодежным, и на самом деле сейчас средний возраст живущих здесь составляет 26 лет… В одном детском саду даже свой плавательный бассейн! Если уж строить, то с размахом, особенно для детей. Аптеку построили, овощной магазин, открыли домовой клуб — надо же ребятам время проводить разумно.

Хуже пока с учреждениями культуры. Дом культуры пока что на бумаге — правда, очень красивый; проект ездили выбирать во многие города, чтоб был он лучше даже, чем знаменитый Дворец уфимских моторостроителей. В первой девятиэтажке оборудуется кинолекторий. И самым срочным образом построили сберкассу. Почему? Дело в том, что на заводе были наслышаны об опыте жодинских автостроителей и решили сразу же внедрить его у себя. Работающие на ОЗТП денег на руки не получают. Каждый, кто приходит в отдел кадров, пишет сразу два заявления: одно с просьбой принять на работу, другое — заработную плату перечислять в такую-то сберкассу, на счет такой-то. Удобно, просто и… жены довольны.

Но самая главная «умность» еще впереди. И вы ее уже, наверное, смутно предчувствуете. Рассказывая о музее, я сказал о готовых прицепах. Потом же несколько раз упоминалось, что главного корпуса завода еще нет и будет он не так скоро.

Откуда же взяли и первый прицеп, и тысячный?

…Это была, пожалуй, самая рискованная и самая плодотворная идея руководителей предприятия.

На макете будущего ОЗТП главный корпус занимает левую верхнюю четверть. К нему с фасада примыкают административный корпус с центральной лабораторией и три больших бытовых корпуса, соединенных с главными переходами на уровне второго этажа. Есть тут котельная (та самая, что уже готова «на вырост»), и гараж, и прочее. А в левом нижнем углу — два склада. Один обычный, крытый, другой прирельсовый — почти по всей длине колонны да крыша.

И вот орчане предложили: в первом складе временно разместить цехи нестандартного оборудования и инструментально-штамповый, а во втором — собирать прицепы!

Министр приезжал сюда в самом начале переоборудования складов в цехи. И на что человек опытный — за плечами такая современнейшая стройка, как ВАЗ, — не очень-то поверил в реальность затеи. «В этой забегаловке, — сказал он, — вряд ли удастся сделать что-нибудь стоящее».

Приехал еще через год. Внимательно осмотрел стройплощадку главного корпуса, а потом снова прошел по прирельсовому складу. И сказал по-другому: «Ну, что ж, получилось у вас. Пока будет строиться главный корпус, выжимайте здесь максимально возможное. Стране очень нужны тракторные прицепы».

И вот осенью 1976 года в прирельсовом складе (дальше будем называть его так, как гордо именуют на заводе: ЦПП — цех производства прицепов) почти что вручную собрали первый девятитонный прицеп.

В заводском музее я видел фотографию: на октябрьской демонстрации, счастливые и гордые, идут, окружив первый прицеп, строители и эксплуатационники ОЗТП.

До конца года они успели собрать 50 прицепов. В 1977-м получили уже официальный план — 500. И когда дали 510, пришло окончательное признание, так сказать психологическое: «завод, настоящий завод».

В 1978 году план получили на 4 тысячи прицепов. В 1979-м речь идет уже о 10 тысячах. Столько дают специализированные заводы, а здесь, не забывайте, всего-навсего приспособленный склад.

Мы входим в бывший (и будущий) блок складов. Обычная картина машиностроительного производства: ухают прессы, заливается пронзительный звонок крана, гудят станки. Здесь, под этой крышей, кроме инструментально-штампового цеха нестандартного оборудования, уместились и кузнечно-прессовый участок, гальваника, термообработка, отдел автоматизированной системы управления со счетно-вычислительной машиной ЕС-1022, лаборатории, столовая, здравпункт. Тесновато, конечно, но все понимают: другого выхода пока нет.

На молодом заводе много молодежи. Вот здешние ветераны. Василий Дубов. Токарь 5-го разряда, коммунист, награжден орденом Трудового Красного Знамени. 29 лет. Александр Чегодаев, тоже токарь, член райкома партии, 37 лет. Александр Ерошенко. Работа у него очень сложная, класс чистоты требуется высокий: изготовляет пресс-формы для сальников, манжет, колец. 28 лет.

Все они пришли на ОЗТП с других орских заводов. А рядом с ними за станками, у прессов стоят совсем юные, начавшие свою трудовую биографию здесь, в этих цехах — после школы, ГПТУ или техникума.

А сейчас посмотрим, как в ЦПП создают конечную продукцию завода — прицепы.

У одного торца — старт потока.

Обработка лонжерона — длинного металлического бруса с фигурным концом-дышлом.

Дальше он обрастает деталями. Вот на многоэлектродных сварочных комплексах (новинка — гордость завода!) свариваются борта. На одних стендах сварки и сборки уже вырисовывается рама прицепа, на других — кузов с днищем.

На линии сборки подкатной тележки собираются воедино ее рама, рессоры, ось, колеса. Еще дальше ставят на раму воздушные баллоны и гидромагистрали.

Тележка подкатывается под раму — и это уже половина прицепа. На «своих четырех» въезжает он в окрасочные камеры.