Валерий Шамбаров - За Веру, Царя и Отечество

Да в общем-то, и Вильсон не более чем играл в миротворчество. Ни для одного правительства уже не было секретом, что США сами готовятся к вступлению в войну. Надо сказать, что Америка в полной мере использовала выгоды положения, которое создал для нее мировой конфликт. Военные заказы обеспечили ей невиданный экономический бум. Только 48 крупнейших трестов получили в 1916 г. 965 млн долл. прибыли - на 600 млн. больше, чем до войны. Если в 1914 г. США были "должниками", в основном, у англичан, то теперь уже выкупили все ценные бумаги, инвестированные в американскую экономику, и превратились в кредиторов - страны Антанты были должны им 2 млрд. долл. Необходимость для всех мировых держав сохранять хорошие отношения с Вашингтоном развязала ему руки, и американцы вовсю прибирали к рукам все, что "плохо лежит". В 1915 г. захватили Гаити - президент республики Жан-Гильом Сам был убит. Весной 16-го произвели интервенцию в Доминиканскую республику, принудили Никарагуа к договору о размещении там своей морской базы.

И в отличие от прежней политики изоляционизма вошли во вкус выступать верховным арбитром в международных делах - гневно покрикивая на Германию в инцидентах подводной войны (хотя сами сплошь и рядом нарушали международное право о нейтралитете морских перевозок и закрывали глаза на нарушения англичанами морского права). Ну а дальше сочли, что кроме плодов нейтралитета стоит воспользоваться плодами победы и последующего передела мира. В котором США, не понесшие таких потерь и ущерба, как Европа, будут обладать очень весомым голосом. В августе 16-го был принят закон об ассигнованиях на армию, образован Совет национальной обороны. Чтобы подготовить к войне "дух" народа, организовывались военизированные лагеря для молодежи - этим занимался будущий президент Ф. Д. Рузвельт. Более решительные шаги не позволяла сделать предвыборная кампания - ведь на пацифизме могли ох как выгодно сыграть конкуренты Вильсона. Но в ноябре он был переизбран на второй срок, и преграда отпала.

Так что положение Центральных Держав становилось еще более незавидным. Они тоже строили планы на 1917 г., но куда более скромные, чем раньше. Наступать им больше было нечем. И активных действий ни на одном фронте не планировалось вообще. Только оборона. Единственной спасительной идеей, к которой смогло прийти командование, стала "неограниченная подводная война". Правда, существовавший проект создать для этого флот из 205 субмарин остался невыполненным. Не хватало сырья, рабочих рук, а 25 подлодок погибло в 1916 г.(а всего с начала войны - 51). И в строю имелось 138. Но сочли, что и этого будет довольно - одновременно на позициях могли находиться 20 подлодок, а потом их сменяют другие. По мнению Гинденбурга и начальника главморштаба фон Гольцендорфа, такая блокада должна была сломить Англию за 6 месяцев. А за ней, глядишь, и вся коалиция посыплется. Кайзера и канцлера опять волновало, не подтолкнет ли это к войне американцев. Но фон Гольцендорф заверил "словом офицера", что ни один американский солдат не высадится в Европе, та же подводная война не позволит. Хотя на самом деле германское командование уже знало, что США вступят в войну в любом случае. Но знало и то, что армии у них еще нет, и в течение 1917 г. опасаться американцев не приходится. А судьба войны должна была решиться в 17-м. Словом, подводная война была той соломинкой, за которую все равно приходилось хвататься за неимением других возможностей.

На фронтах, несмотря на зимнее время, то там, то здесь гремели сражения. Так, 12-я армия Радко-Дмитриева, чтобы оттянуть германские резервы от Румынии, провела частную Митавскую операцию. Противник под Ригой укрепился основательно и умело. Были построены 3 линии траншей, блокгаузы, доты на буграх между болотами, позиции в лесах, защищенные засеками из поваленных деревьев, оплетенных колючей проволокой. И зимовать немцы собрались капитально. В блиндажи и теплые землянки понатащили даже рояли и дойных коров, чтобы иметь свежее молоко. Вот и решили их вышвырнуть с насиженных мест в голое поле - ликвидировать плацдарм, близко подходивший к оз. Бабите, отбросив врага за р. Курляндская Аа (Лиелупе). А при удаче развивать удар на Митаву (Елгава) и перерезать важную рокадную магистраль Виндава - Митава - Якобштадт. Для этого на участке в 30 км между болотом Тируль и с. Олай (Олайне) было сосредоточено 82 русских батальона против 19 германских. Главный удар наносился в центре силами Бабитской группы из 6-го Сибирского корпуса с приданными частями (48 батальонов при 208 орудиях). Вспомогательные наносили на правом фланге Одингская группа из Особой бригады, на левом - Олайская группа из частей 2-го Сибирского корпуса.

Радко-Дмитриев реализовал идею, которую предлагал еще летом,- начать вообще без артподготовки, без предварительных инженерных работ, зато в полной мере использовать внезапность. Войска были снабжены маскхалатами, тщательно производилась разведка. И 5.1, еще до рассвета, дивизии Бабитской группы под покровом темноты и метели ринулись на врага. Успех был полный. Удар оказался для немцев совершенно неожиданным, оборону прорвали в 3 местах, заняв населенные пункты Скудр, Граббе, Скангель. Части продвинулись на 5 км, выйдя на берег Курляндской Аа. Но на флангах Одингская и Олайская группы, начавшие атаку уже утром и после артподготовки, одолеть вражеские укрепления не смогли - здесь немцы успели изготовиться и встретили шквальным огнем. Для поддержки наступления русское командование собрало большое количество авиации, но из-за погоды аэропланы действовать не смогли. Некоторые взлетели, но сильный ветер прибивал их к земле, не давал вести прицельный огонь при штурмовке. Из-за метели и недостаточно широкого прорыва не удалось ввести в бой и конницу - 4-ю отдельную Кавказскую бригаду, приготовившуюся в резерве. Части Олайской группы кое-где сумели вклиниться во вражеские позиции, но немцы начали подтягивать резервы и, выдержав ряд контратак, группа вынуждена была отойти на исходные позиции.

А войска прорвавшейся группировки следующей ночью предприняли новую дерзкую атаку после кратковременного, но мощного артналета. Ударили во фланг и тыл немцев, державшихся правее. Обошли сильный опорный пункт - так называемую Пулеметную горку, и несколько вражеских батальонов оказались окружены и попали в плен или были уничтожены. Русские заняли села Огле, Витинг, Нейн, очистив правый берег Курляндской Аа на всем центральном участке. Бои велись в очень тяжелых условиях. Как отмечалось в приказе по армии, "приходилось все время бивуакировать под открытым небом, маневрировать по плохо замерзшим торфяным болотам, пробираться через глухие, болотистые заросли". Но с 7.1 "наш удар уже терял характер внезапности, на которую он, главным образом, был рассчитан, и вошел в фазис методической борьбы с неизбежным последствием брать каждую пядь земли". Немцы серьезно обеспокоились. Людендорф писал: "Неожиданно всполошил удар русских в направлении на Митаву; поспешно стянутым резервам едва удалось его локализовать". Дальнейшие русские атаки сменились контратаками подходящих на угрожаемый участок германских частей, и продвижение кончилось, достигнув 15 км по фронту и 5 в глубину.