Иван Жигалов - Свет маяка

Гавриил удивился:

— Выходной сегодня. Закрыто все.

— Я был у дежурного, он обещал разыскать кладовщика, — соврал Буша. — Иди.

Гавриил ушел. Склад был закрыт, а встретившийся знакомый матрос рассмеялся:

— Чудак-моряк, да разве сегодня кого-нибудь найдешь? Все ж на стадионе. Шел бы и ты, там весело. Наши обставят армейцев.

— Мне нельзя. Я на «Громе» за главного. Побегу!

Буша не предполагал, что матрос так быстро вернется.

— Не достал масла?

— Склад на замке.

— Вот беда, — с сожалением произнес механик. — Ну что ж, обойдемся тем, что есть… Нам надо срочно выйти к Большому мысу. Там буксир потерпел аварию. А на нем люди. Дежурный приказал оказать помощь.

Только сейчас Гавриил заметил на палубе двух посторонних моряков. Обоих он знал — и Красавца и Луку, Они служили на вспомогательном буксире, «А им что надо?».

— Вы зачем здесь? — спросил он.

— Дежурный прислал помочь вам, — с серьезным видом ответил Красавец. — Ваши все на стадионе. Их нельзя отрывать. Борются за первое место. А дело не терпит… Спешить надо… Люди в беде.

Между тем Буша уже запустил моторы и приказал отдать швартовы.

— Быстро, быстро! — торопил он матросов. — Дорога каждая минута. Скорее выручать ребят…

«Гром» на малой скорости шел вдоль берега. На руле стоял Лука. Вот и Большой мыс. Гавриил внимательно глядит, но никакого буксира не видно. Он обратил внимание, что Буша все время о чем-то шепчется с Красавцем.

— Где же эти люди? — спросил Гавриил механика.

— Дальше. Дежурный не мог ошибиться.

Гавриил всматривался, но потерпевшего аварию буксира так и не увидел. «В чем же дело? О чем это шепчутся Буша и Красавец?».

«Гром» вдруг резко повернул и, набирая скорость, устремился в открытое море.

— Где же буксир? — Гавриил уже не на шутку встревожился.

Буша вплотную приблизился. Гавриил увидел в глазах механика непривычные, невиданные ранее нагловатые искорки. Чужие глаза. Раньше в них светилась добрая, приветливая улыбка. Буша словно переродился. Стоял, засунув руки в карманы, и глядел на Гавриила. Вдруг он захохотал.

— Не знаешь, куда мы идем? Так теперь знай, — и он назвал чужой город. — Понятно?

Гавриил почувствовал озноб, будто из пекла его бросили в ледяную воду. «Так вот оно что!» Однако взял себя в руки и как только мог спокойно спросил, сделав удивленное лицо:

— Неужели туда? А зачем?

— Не хочешь с нами, бери спасательный круг и прыгай, — зло бросил через плечо механик. И после паузы с издевкой добавил: — Может быть, доберешься до берега!

— Я согласен, ребята!

Слова, произнесенные твердым, уверенным голосом, показались предателю искренними. Буша улыбнулся… Дружески хлопнул матроса по плечу, громко, чтобы услышали остальные, объявил:

— Ребята! Он с нами!

— Молодец! — криво усмехнулся Красавец.

Сидя на стадионе, Габа знал, что корабль уже далеко. Он видел, как «Гром» отошел от пирса, обогнул. Большой мыс и устремился в море. «Скоро моих мальчиков встретят… На пристани толпятся репортеры. Сегодня „Голос Америки“ известит мир о добровольном переходе красного военного корабля в порт соседней страны, расскажет о том, что часть команды бежала и попросила политического убежища. Об этом будут напечатаны статьи в газетах. Сенсация!.. Жаль, что только очень и очень немногие узнают о том, что побег подготовил я, Габа».

Габа подошел к небольшому особняку, скрытому тенистыми зарослями фруктового сада, открыл калитку, недолго посидел на скамейке, затем направился к парадной двери. Дом принадлежал главному инженеру табачной фабрики. В самом конце войны фашисты разгромили небольшой партизанский отряд, из которого спаслись только двое — он, Габа, по кличке Тигр, и этот инженер. То, что Габа навел фашистов на след партизан, об этом никто не знает, зато в лице спасенного инженера он приобрел покровителя. Вот уже год Габа работает у него шофером.

Габа поднялся к себе. «Чисто сработано, — думал он. — Быстро обломал Буша. Малодушный морячок. Испугался органов безопасности. Красавца сгубила жадность к деньгам. Купил его вместе с потрохами. Ну, а Лука безвольный, ему все равно, кому служить — богу или черту… Скрутил дураков в бараний рог. — Он потер руки и самодовольно засмеялся. — Все идет превосходно!»

Габа немного вздремнул. Проснувшись, посмотрел на часы. Быстро поднялся, достал из шкафа чемодан, выложил белье, отвернул потайное дно, за которым находился небольшой приемник-передатчик. Включил штепсель в розетку электрической сети. Нажал кнопку передатчика, Послышалось тихое попискивание. Настроил на нужную волну и некоторое время отстукивал позывные, затем переключил на прием. Адресат ответил. Снова переключил на передачу. Габа сообщал, что «Гром» вышел в таком-то часу и когда примерно следует его встречать. Получив подтверждение, что его поняли, спрятал аппарат в чемодан и отправился в город. Шел тихо, спешить некуда, дело сделано, и оно радовало Габу.

— Не тоскуй, приятель, — положив тяжелую руку на плечо Гавриила, говорил Буша. — Теперь мы люди вольные. Ох, и погуляем. Махнем в Англию, Америку. Примут нас там как героев. Жить будем, словно у бога за пазухой…

— Погуляем, отведем душу, — вторил механику Красавец.

«Гром» бежал по пустынному морю.

«Как спасти корабль?» — напряженно думал Гавриил. Мысль работала, опережая бег катера: «Я должен, я обязан спасти „Гром“»!

Гавриил внимательно присматривался к карманам предателей. Как будто не оттопыриваются: значит, оружия нет. Он несколько успокоился. Очистил палубу от предметов, которые могли быть использованы как оружие. Сделал это под предлогом приборки.

— Корабль мы должны привести чистым, — сказал он.

«Спасти катер, спасти катер», — думал Гавриил под мерный стук мотора. В голове рождались отчаянные планы и тут же отвергались: «Нет, из этого ничего не получится. Они успеют убить меня или свяжут и насильно увезут».

Кругом, сколько могли видеть глаза, — спокойная безбрежная гладь. В этот воскресный день, кажется, ни одно судно не покинуло свой порт.

— А Тигр, наверное, сейчас винцо попивает или на солнце спину греет, — сказал Красавец.

— А что ж ему еще делать, — усмехнулся Буша.

— Кто такой Тигр? — спросил Гавриил.

— Один хороший человек, — засмеялся Красавец. — А если о нас сообщили в столицу и оттуда пошлют самолеты?

«Обязательно пошлют», — с надеждой подумал Гавриил.

— Уж тогда не помилуют! Лет по десять дадут, — сквозь зубы процедил Буша, — к такой встрече не мешает подготовиться.