Гавриил Зданович - Идем в наступление

Жара стояла немилосердная. Пыль оседала на листьях деревьев и лицах солдат, на машинах, танках, повозках. Казалось, и облака были белыми от пыли...

И вспомнил я тот день, когда вступал в командование дивизией. Тогда тоже стояла жара и пыль ела глаза. По дорогам шли машины с ранеными, я жадно всматривался в лица людей, направлявшихся в тыл, стараясь угадать их настроение.

Я и теперь смотрел на солдат... Вроде те же они и не те. И не только погоны отличали бойцов сорок третьего от солдат сорок второго! Настроение было не то! Душевная уверенность, спокойная сила читались в глазах тех, с кем вскоре снова предстояло идти в бой. Восемь тысяч солдат и офицеров насчитывалось теперь в дивизии!.. [80]

И снова вспомнилось: нашей дивизии — год. Всего год! Уже год... Погиб ее первый комиссар Карельштейн, погибли сотни бойцов и командиров. Ушел от нас начальник штаба подполковник Сивицкий — он стал одним из первых офицеров Войска Польского.

Сивицкого заменил майор Погодаев.

За год сменились все командиры полков и командиры батальонов. Кто был отозван в резерв армии, кто ранен. На смену им пришли новые офицеры. Майор Беспалько стал подполковником. Сотни солдат и офицеров награждены орденами и медалями.

Да, дивизии исполнился год. Это был год боев, год тревог, год возмужания... Мы провели митинг, посвященный годовщине. Подвели итоги. Они порадовали каждого. Для этого были веские основания: на счету дивизии значилось свыше 17 000 уничтоженных и выведенных из строя солдат и офицеров неприятеля и более 1000 взятых в плен, около 90 подбитых танков и бронемашин, почти два десятка самолетов, сотни орудий и пулеметов {5}.

* * *

И снова — в бой.

В окулярах стереотрубы — лощина, вдалеке роща и большое село Голая Долина. Местность сильно изрезана оврагами и окопами. Справа и слева от узкой открытой полосы — леса.

На этом участке бои шли с весны, он несколько раз переходил из рук в руки. Здесь немцы по-хозяйски построили оборону: сплошные траншеи были даже на обратных скатах высот. Затем шли доты, дзоты с бронеколпаками, глубокие блиндажи.

Сзади, в двух-трех сотнях метров, находилась вторая сплошная траншея, а за ней — в полукилометре — третья. Все подступы к переднему краю и в глубине обороны были минированы, усилены малозаметными препятствиями и спиралью Бруно.

Глубокие и узкие балки с выпуклыми скатами — Погорелая, Чернечья, Лисичья тянулись почти параллельно переднему краю, справа лежала широкая балка — Голая Долина, а за ней село того же названия. [81]

Через все эти природные и искусственные препятствия, через хитросплетение дотов и траншей, через огонь пулеметов и орудий врага дивизии предстояло наступать и прорвать немецкую оборону.

Главный удар 12-я армия как раз и наносила в направлении сел Голая Долина, Черкасская, имея четыре дивизии в первом эшелоне, три во втором и мехкорпус для развития успеха.

Вместе с 134-м и 87-м артполками и 52-м отдельным штурмовым саперным батальоном при поддержке легкого и гаубичного артполков 126-й артбригады, 535-го отдельного минометного полка и 11-й танковой бригады наша дивизия должна была действовать в первом эшелоне...

Утром 13 августа, закончив рекогносцировку обороны противника, я на местности поставил задачи всем командирам своих и приданных частей. Главный удар решил наносить правым флангом совместно с 333-й дивизией. 610-й и 592-й полки наступали на фронте в полтора километра, а 619-й на фронте до двух километров. Им во взаимодействии с танковой бригадой было приказано наступать на западную окраину Голой Долины, предварительно подавив огневые точки неприятеля.

Вся приданная артиллерия была распределена на группы поддержки полков, а поддерживающая — сведена в артгруппу дивизии.

Большую и кропотливую работу провели штаб дивизии и штаб командующего артиллерией по составлению боевого приказа и плановой таблицы огня. В них предусматривались действия войск по этапам: разрушение и подавление всех целей на переднем крае, а затем в глубине обороны, сопровождение атаки пехоты и танков двойным огневым валом на два километра в глубину занятой немцами территории.

Чтобы уточнить оборону врага, мы провели в ночь на 14 августа боевую разведку. Бой усиленной 2-й стрелковой роты 619-го полка наблюдали не только офицеры штаба дивизии, но и все командиры полков, батальонов.

Рота продвинулась к окопам врага на 200–300 метров, но была остановлена сильным ружейно-пулеметным и артиллерийским огнем. Солдаты были вынуждены окопаться на достигнутом рубеже, а потом отойти. В это время удалось засечь много новых огневых точек. [82]

Утром 14 августа мы провели рекогносцировку, а затем поставили задачи командирам стрелковых полков и поддерживающих их артиллерийских частей. Артиллерия пристреляла цели.

Наступая на Голую Долину, дивизия впервые взаимодействовала с большим количеством танков. Поэтому я, сам танкист по образованию, позаботился о подготовке людей.

15 августа мы провели еще одну разведку боем, чтобы проверить, не отошел ли противник с передовых позиций. Немцы иногда прибегали к такой тактической уловке: переждав артналет на второй линии, они после переноса огня в глубь обороны снова появлялись на передовой и встречали атакующих сильным огнем. На моем НП разведку наблюдали командарм А. И. Данилов и командир 66-го стрелкового корпуса Д. А. Куприянов. После короткого артиллерийского и минометного налета 2-й батальон 619-го полка в 10 часов дружно пошел в атаку, но, продвинувшись на 150–200 метров, был остановлен ураганным огнем пулеметов, минометов, артиллерии и дальше продвинуться не смог. С наступлением темноты батальон отошел на исходные позиции. Разведка боем показала, что враг имеет хорошо организованную систему огня, быстро маневрирует им и не собирается отходить...

Нам было ясно: наступление будет нелегким. Каждый метр обороны противника придется брать с боем, придется вгрызаться в его боевые порядки...

Нашему наступлению придавалось большое значение, ведь после Голой Долины предстояло уничтожить немецкую группировку в Барвенково и Славянске. А потому я не удивился, когда вечером того же дня на ВПУ вызвали всех командиров дивизий первого эшелона. Маршал Советского Союза А. М. Василевский вместе с командармом А. И. Даниловым заслушали наши доклады о готовности к наступлению и потребовали быстрых и решительных действий.

— Дивизии в полной мере обеспечены артиллерией и танками, — говорил маршал. — Наступление должно быть успешным...

Тут же мы прочитали только что отпечатанные экземпляры газеты «В бой за Родину». В передовой статье говорилось: «...Впереди родная Украина. Вас ждут миллионы советских граждан, изнывающих под фашистским ярмом. [83]