В. Белолипецкий - Зимние действия пехотного полка в Августовских лесах. 1915 год

Налицо столь часто встречавшееся в царской армии отсутствие понимания общего положения корпуса и простой товарищеской выручки, или, вернее, взаимодействия соседей.

Расспросив офицера о положении бокового авангарда, командир 108-го полка направил его в д. Сервы, куда, по сведениям, перебрался штаб 20-го корпуса, а сам поспешил в д. Дальний Ляс к полку в предположении, что командир корпуса задерживал войска у д. Махарце потому, что хотел выждать прибытия бокового авангарда, и теперь надо ждать приказа о выступлении. По той или иной причине около 17 часов был получен приказ о движении на м. Сопоцкин вдоль Августовского канала. 108-й полк следовал в главных силах корпуса.

Как раз в то время, как 108-й полк начал движение из д. Дальний Ляс, немцы, оттеснив русских из д. Тоболово, вышли на северную опушку поляны у д. Махарце. Одна немецкая батарея выехала на открытую позицию на опушке леса и открыла беспорядочный огонь по д. Дальний Ляс. Стоявший на позиции 1-й дивизион 27-й артиллерийской бригады немедленно открыл по ней огонь и заставил ее замолчать. Под прикрытием артиллерийского огня 209-й полк и батареи дивизиона легко оторвались от противника и последовали за 108-м полком.

У д. Горчица 108-й полк встретился с частями 28-й дивизии (110-й и 112-й полки), которые пришли сюда раньше с шоссе г. Сувалки — Августов и расположились в качестве арьергарда. Здесь полк перешел через Августовский канал и потянулся на г. Гродно, часто сталкиваясь с задержками, всегда неизбежными в длинной походной колонне.

Для движения 20-го корпуса командир наметил было две дороги: одну вдоль Августовского канала для войск, другую через д. Чарны-Брод и далее лесом на д. Волкуш для обозов. Но второй дорогой нельзя было воспользоваться: во-первых, не оказалось моста у д. Чарны-Брод, а саперы донесли, что не могут его построить в короткий срок; во-вторых, все дороги, кроме идущей вдоль канала, были с начала зимы не наезжены и занесены снегом. Поэтому всем войскам и оставшимся обозам корпуса пришлось идти по одной дороге. После д. Горчица движение, как всегда ночью медленное, еще более стало задерживаться многочисленными спусками и подъемами, трудными для артиллерии и обозов, лошади которых были сильно истощены голодовкой.

Около 2 часов ночи на 18 (5) февраля за несколько километров до д. Микашевка колонна окончательно остановилась. После часа ожидания от начальника 27-й дивизии пришел приказ 108-му полку — обгоняя колонну, выдвинуться к д. Микашевка, куда командир полка должен прибыть раньше полка. Явившись к начальнику дивизии в д. Микашевка, командир 108-го полка узнал, что немцы опять загородили корпусу дорогу и надо их выбить. Командир 108-го полка был так утомлен, что, слушая начальника дивизии, упал головой на стол в бессилии одолеть сон и усталость. Ему немедленно предложили отдохнуть на час-два, пока полк вытянется из колонны и соберется в д. Микашевка. Улегшись немедленно на разостланную на полу солому, командир полка сразу заснул.

Минут 20–30 глубокого сна совершенно освежили командира полка, и он вернулся на свое место для выслушивания приказа. Оказалось, что еще накануне, 17 (4) февраля, следовавшие в голове корпуса части 53-й дивизии столкнулись с немцами около шлюза Тартак на Августовском канале и не могли их выбить, вернее сказать, и не пытались это сделать. В 3 км к югу от д. Тартак 17 (4) февраля стоял боковой авангард корпуса в составе двух полков и тоже в течение целого дня ничего против немцев не предпринял. Начальник его здесь проявил оригинальную инициативу. С прибытием в д. Грушки отряд утратил значение бокового авангарда, так как он был теперь впереди главных сил и не севернее, а южнее дороги корпуса. Что ему надо было делать? Имея, хотя и случайно, точные сведения о прорыве корпуса у д. Махарце, ему, казалось, следовало взять на себя роль авангарда и открыть дорогу корпусу на м. Сопоцкин или оставаться в д. Грушки и присоединиться к главным силам корпуса. Боковой авангард вместо этого спешит уйти от корпуса на юго-восток и пробует самостоятельно пробиться в г. Гродно. В этот же день он атаковал д. Волкуш, потерпел неудачу и в итоге только привлек внимание и силы немцев к тому месту, против которого весь корпус появился для прорыва только на рассвете другого дня. В действиях бокового авангарда в течение 15–17 (2–5) февраля ясно видно забвение своей прямой задачи и отрицательные примеры проявления инициативы, исходя не из общей цели высшего соединения и частной обстановки и в связи с действиями соседей, а из частных интересов — поскорее и хотя бы одному прорваться в г. Гродно.

108-му полку опять ставилась задача выбить немцев из д. Тартак и очистить дорогу на м. Сопоцкин. Так как 27-я артиллерийская бригада осталась сзади в походной колонне, то 108-му полку придали два орудия 53-й артиллерийской бригады; с ними явился командир батареи и еще один офицер.

Около 8 часов 18 (5) февраля полк собрался в д. Микашевка. Немцы, по всем данным в незначительных силах, находились в 4 км от деревни, на небольшой полянке у самой дороги; левее был канал, правее — сплошной лес. Командир полка, пройдя с головным батальоном около 3 км по дороге, идущей все время лесом, направил этот батальон дальше по дороге на д. Тартак, а следующему, 2-му, батальону приказал свернуть вправо в лес и охватить немцев с юга, для чего батальону предстояло перейти небольшую речку, уже освободившуюся от льда. С головным батальоном следовали оба орудия. Остальные батальоны оставались в походной колонне на дороге.

Следуя с головным батальоном, командир полка скоро подошел к мосту через речку и, к удивлению, увидел, что он не разрушен. Это обстоятельство навело на мысль, что немцев в д. Тартак совсем немного, и 2-му батальону был послан приказ пока речку не переходить, чтобы не перемочить людей понапрасну.

Орудия за мостом сняли с передков и покатили дальше на руках. Офицеры батареи, пробравшись вперед вместе с головными ротами, обнаружили, что немцы занимают каменный дом сторожа при шлюзе. Немцы встретили русских ружейным огнем. Артиллеристы перекатили свои орудия на опушку леса шагах в 300 от дома, занятого немцами, ii открыли по ним огонь. Двух-трех выстрелов было достаточно, чтобы немцы прекратили стрельбу и бросились бежать по дороге на юго-восток. Роты 1-го батальона устремились вперед, но успели захватить только двух нераненых немцев. На вопрос, какой части, командир полка получил ответ: «31-й пехотной дивизии, 21-го германского корпуса». Из дальнейших расспросов выяснилось, что у шлюза Тартак стояла сторожевая рота от батальона, находящегося в 4 км к юго-востоку в д. Рудавка, и что немцам известна неудача 42-й дивизии. Мелочный случай: один из посыльных при штабе полка нашел немецкое пенсне в футляре и предложил его командиру полка, который незадолго перед этим потерял свое. Стекла найденного пенсне оказались совершенно по глазам и выручили довольно близорукого командира полка из неприятного затруднения.