Иосиф Григулевич (Лаврецкий) - Панчо Вилья

Нападающие удирают, но разбегаются и советники Мадеро.

Сам президент выходит на балкон и произносит перед столпившимися во дворе солдатами речь, последнюю в своей жизни.

— Солдаты! Предатели хотели арестовать президента республики. Но вы меня защитите, ибо я нахожусь здесь по воле мексиканского народа.

Солдаты молчат.

Мадеро возвращается в свой кабинет. Там его ждет с пистолетом в руке генерал Бланкет.

— Сеньор! Вы мой пленный.

Бланкет выталкивает Мадеро из кабинета в соседнюю комнату. Там они видят Уэрту.

— Предатель! История тебя осудит! — бросает ему Мадеро.

Уэрта пьян. Он смеется и приказывает запереть президента в кладовой дворца.

Полчаса спустя незаконнорожденный сын Уэрты Энрике Сепеда докладывал Вильсону о событиях в Национальном дворце.

«Когда Сепеда явился в американское посольство 18 февраля в два часа дня, — вспоминает очевидец, — рука у него была в крови. На первом этаже, куда он вошел, расположены кабинеты секретарей и атташе; в этот момент там находилось много людей и среди них был доктор Райан, хирург Красного Креста, который немедленно оказал Сепеде первую помощь… Сепеда сказал: «Меня ранили, когда я помогал арестовывать Мадеро, но я не хотел задерживаться и просить перевязывать мне рану, — я обещал послу, что он первым получит известие об аресте Мадеро…»

Сепеда сообщил Вильсону, что, кроме Мадеро, арестованы вице-президент Пино Суарес и генерал Анхелес. Захлебываясь от восторга, Сепеда рассказывал, как был схвачен брат президента — Густаво, которого особенно ненавидели заговорщики.

Незадолго до ареста Мадеро Уэрта пригласил Густаво на обед в ресторан, находившийся в районе президентского дворца. Во время обеда Уэрта вдруг спохватился, что якобы забыл пистолет, и попросил Густаво одолжить ему свой. Когда Густаво отдал ему оружие, Уэрта сказал, что пойдет звонить по телефону, и уже не вернулся. Присутствовавшие на обеде офицеры — сообщники Уэрты — схватили Густаво, отвели его в Национальный дворец и отдали на расправу пьяным солдатам. Густаво был слепым на один глаз. Ему выкололи зрячий, а затем избили шомполами и стали в него стрелять. При вскрытии в теле Густаво было обнаружено 28 пуль. Зверскую расправу учинили и над мэром столицы Бассо. Десятки других верных Мадеро людей, попавших в руки предателей, в тот же день были убиты.

Слушая рассказ Сепеды, Вильсон не скрывал своего удовольствия. Наконец-то правительство Мадеро свергнуто! То-то будут рады в Вашингтоне…

Вильсон немедленно послал гонца в Сиудаделу к генералу Диасу с извещением о перевороте и приглашением встретиться вечером с Уэртой в американском посольстве. Аналогичное приглашение Вильсон передал через Сепеду Уэрте.

Иуды собрались в 9 часов вечера. Вильсон встретил их, как старых закадычных друзей. Предатели быстро договорились: временным президентом провозглашался Уэрта, который обязался до конца года провести выборы и поддержать кандидатуру Феликса Диаса на президентский пост. Тут же был составлен новый кабинет министров, возглавляемый Уэртой. Министром иностранных дел был назначен де ла Барра.

Пока Вильсон решал судьбы Мексики с Уэртой и Диасом, в одном из салонов посольства собрались главы иностранных миссий. Закончив переговоры, Вильсон появился перед собравшимися дипломатами под руку с Уэртой и Диасом и сообщил о достигнутых результатах. Вильсон тут же предложил всем выпить шампанского за здоровье нового президента и его будущего преемника.

Покончив с тостами, присутствовавшие поспешили покинуть гостеприимного хозяина. Дипломатам не терпелось сообщить своим правительствам последние сенсационные новости, а генералам-предателям предстояло заставить Мадеро и Пино Суареса подписать прошения об отставке. Это послужило бы сенату юридическим основанием провозгласить Уэрту временным президентом и подвести тем самым «законную базу» под совершившийся при активном содействии американцев переворот.

Легко сказать — вырвать отставку у Мадеро и Пино Суареса! Законные президент и вице-президент полны глубокого презрения к предателю. Они наверняка откажутся выполнить его волю.

Уэрта вызывает министра иностранных дел свергнутого правительства клерикала Ласкурайна и говорит ему;

— Мадеро и Пино Суарес должны сегодня же подписать отречение от своих постов. Если они этого не сделают, я прикажу расстрелять не только их, но и всех членов их семейства. Я не пощажу даже маленьких детей. И они знают, что я способен на это. Если же они выполнят мое требование, я разрешу сегодня же им и их родственникам покинуть Мексику. Пусть они отправляются в Веракрус. Там стоит кубинский крейсер «Куба», на нем они могут выехать в Гавану. Сходите к арестованным и передайте им это.

Нервная судорога пробегает по лицу Ласкурайна.

— Генерал, простите, но арестованные могут потребовать гарантий, что данное вами обещание будет выполнено…

— Я готов дать такие гарантии.

Ласкурайн спускается в интендантский склад, где содержатся под охраной пленники нового хозяина Мексики.

Мадеро и Пино Суарес не верят Уэрте, но они боятся за жизнь своих близких: жен, братьев, детей. В надежде спасти хотя бы их они подписывают отречение.

На следующий день к арестованным приходит кубинский посланник в Мексике Маркес Стерлинг. Он обещает сопровождать их в Веракрус, если, конечно, Уэрта сдержит данное им слово.

Но напрасны ожидания пленников и кубинского дипломата, искренне желающего им помочь. Проходит день, минует ночь, а от Уэрты никаких известий. Наконец пленникам сообщают, что их отъезд в Веракрус откладывается на неопределенное время.

— Теперь вас может спасти только посол Вильсон, — говорит кубинец, прощаясь с Мадеро.

Узник обнимает кубинца.

— До чего мы дожили: жизнь президента Мексики зависит от доброй воли иностранца! В этом доля и моей вины. Если мне суждено будет вновь стать главою республики, я проявлю беспощадность к врагам революции.

20 февраля Уэрта был официально провозглашен президентом. В этот же день жена Мадеро явилась к послу Вильсону и попросила его, чтобы он уговорил Уэрту сохранить жизнь ее мужу и вице-президенту Пино Суаресу.

Вильсон только что вернулся от Уэрты. От него разило коньяком, излюбленным напитком новоиспеченного президента.

— Сеньора, — сказал он жене Мадеро, — ваш муж сам виноват в том, что оказался в таком переплете. Он восстановил против себя всех здравомыслящих людей.

— Но чем он прогневил вас, сеньор посол?

— Он никогда не советовался со мной. Но вы не беспокойтесь, — Уэрта — джентльмен, вашего мужа он не прикончит. Зато Пино Суарес наверняка будет казнен.