Яким Жилянин - Без линии фронта

— Мне доверительно сообщили, — сказал Скрыпко, — будто всем этим делом заправляет Симацкий.

— Разберемся, — задумчиво произнес Захаров и на следующий день отправился в Освею.

И вот он сидит в кабинете Симацкого. Беседа сразу не клеилась. Но понемножку товарищи разговорились, сначала настороженно, с опаской, прощупывая друг друга, потом все откровеннее, прямее.

— Пойдем в парикмахерскую, побреешься с дороги, — предложил Симацкий Ивану Кузьмичу.

В парикмахерской клиентов не было. Когда Захаров побрился, Владимир попросил парикмахершу оставить их. Женщина ушла, и тут Симацкий обнял и поцеловал Захарова как самого близкого человека.

— Говори, с чем пришел, все сделаю, что в моих силах.

— Не случайно я здесь, — улыбнулся Захаров, поняв, что перед ним прежний Симацкий. — Центральный Комитет партии прислал. Требование у него одно: быстрее развертывать подпольное и партизанское движение.

— Мы уже кое-что предприняли, — и Симацкий рассказал обо всем, что он и другие подпольщики уже успели сделать.

— На первых порах, конечно, хорошо, — одобрил Захаров. И, немного подумав, предложил: — Неплохо бы собрать коммунистов, хотя бы тех, кто в Освее проживает. Потолковать надо.

Симацкий согласился собрать подпольщиков у себя на квартире. Пожимая руку Владимиру, Захаров пошутил:

— Ну, пока, товарищ заместитель бургомистра. Хорошо придумал!

— С волками жить — по-волчьи выть. Бургомистр Айкашин тоже свой человек. Так что наша власть в надежных руках, — сказал Симацкий, провожая Захарова к выходу.

В ночь на 18 ноября в квартире Симацкого состоялось совещание коммунистов-подпольщиков. Пришли 10 человек.

— Хоть и с опозданием, но разрешите поздравить вас с праздником — 24-й годовщиной Великого Октября, — сказал Захаров. — Вот выгоним врага, опять будем проводить праздничные торжества на улице.

Коммунисты обсудили, как лучше выполнить указания партии о развертывании партизанской борьбы. Они решили, что каждый будет вовлекать надежных людей в подпольные группы, собирать оружие, боеприпасы, готовиться к боевым действиям. Договорились и о том, что нужно быстрее связаться с подпольщиками соседних районов и представителями областного комитета партии. Это поручили сделать Захарову, как имеющему опыт хождения по тылам противника и знающему область. Коммунисты передали ему адреса своих знакомых, проживавших в Полоцке и Витебске.

Через несколько дней Иван Кузьмич отправился в дорогу. Ушел без пропуска. Можно было, конечно, попытаться достать «аусвайс» через Симацкого, но Захаров сам отказался от его услуг. Владимир хорошо устроился, и его надо оберегать. У немецкого коменданта не должно возникать даже и малейших подозрений в отношении заместителя бургомистра. Захаров, где пешком, где на попутных машинах и крестьянских подводах, добрался до Полоцка, затем побывал в Сиротинском районе и в Витебске. Ему удалось связаться с некоторыми людьми, но, к сожалению, никто из них не мог сказать, где находятся руководители местных подпольных организаций и представители обкома партии.

В областном центре оставаться было опасно. И Захаров пошел в деревню Высочаны Лиозненского района, где проживали родственники его жены. Добрался до места благополучно. У одной из родственниц оказалась знакомой врач местной больницы, которая выдала Ивану Кузьмичу справку, будто он является рабочим инфекционного отделения. А потом из рассказов жителей он узнал, что в немецкой комендатуре в Крынках за подачку можно получить пропуск. Родственники собрали около килограмма сливочного масла и десяток яиц. С этим «подношением» направился в Крынки. Комендант — пожилой офицер — прочел больничную справку, пристально посмотрел на посетителя и сверток, сурово спросил:

— Зачем едешь в Освею?

— Вещи там остались, барахлишко всякое, нужно в Высочаны перевезти, — пояснил Захаров.

К его удивлению, комендант ни о чем больше расспрашивать не стал и распорядился выдать «аусвайс». Не теряя времени, Иван Кузьмич отправился в обратный путь — заглянул в Витебск, Сиротино, Полоцк. Но и на этот раз ему связаться с подпольными организациями не удалось. «Ничего, — ободрял сам себя Захаров, — сейчас не вышло, в следующий раз выйдет».

Иван вернулся в Освею. На собрании коммунистов-подпольщиков в ночь на 31 декабря 1941 года, на котором присутствовали 15 человек, он рассказал о том, что видел и слышал в далеком пути, о том, как всюду бедствуют наши люди. Собрание решило усилить подготовку боевых групп с тем, чтобы в феврале 1942 года всем выйти в лес, объединиться в партизанский отряд и в широких масштабах начать вооруженную борьбу. Конкретные поручения по подготовке боевых групп получили коммунисты Г. С. Лукашенок, В. И. Хвеженко, К. И. Мядюта, М. Я. Белобородов, В. Ф. Подалинский и другие. Для руководства подпольными организациями и боевыми группами избрали бюро в составе И. К. Захарова, B. В. Симацкого, А. И. Литвинова, А. И. Морачковского и А. Ф. Воробьева.

Патриоты активизировали свою работу. Только за январь 1942 года в районе были созданы девять новых подпольных организаций, в которых состояло около ста коммунистов и беспартийных. В деревнях появились подпольные комсомольские организации, объединившие 70 юношей и девушек.

Подпольщики продолжали сбор оружия и боеприпасов. Группа из Киселевского сельсовета под руководством C. У. Семенчука и Ф. А. Николаенко достала 12 винтовок, два пулемета, много мин, снарядов, патронов. Все это вывезли в лес и надежно укрыли.

Подпольщики, не ожидая общего выхода в лес, развернули боевые действия. Они сожгли Кончанский льнозавод. Группа Семенчука уничтожила 8 солдат и сожгла четыре грузовика. Очень тонко вели работу подпольщики бургомистр района А. Айкашин и его заместитель В. Симацкий. Они знали работников районных учреждений, полицейских. И как только замечали, что кто-то начал усердно служить фашистам, немедленно сообщали руководству полиции, что тот или иной работник не внушает доверия. Его сразу же забирали, и след этого служаки исчезал. Многие служащие управ и полицаи боялись, что их арестуют, и стали убегать от своих хозяев.

В апреле 1942 года в Освейском районе был создан первый партизанский отряд из 40 человек. Командиром его стал И. К. Захаров, а комиссаром И. Ф. Петренко. Через некоторое время в этот отряд влились и подпольщики, работавшие в Освее. Их привел Владимир Симацкий.

Фашисты изо всех сил старались выловить патриотов, расправиться с ними. Врагу удалось узнать, что бургомистр А. А. Айкашин является подпольщиком. Его схватили, бросили в себежскую тюрьму и там после жестоких допросов и пыток расстреляли.