Павел Гумеров - Владимир Высоцкий: трагедия русской души

Существуют и другие свидетельства, что Высоцкий принял крещение уже в конце жизни. Об этом говорит его сын Никита.

Сын поэта Аркадий также подтверждает факт крещения отца.

В пользу того, что Высоцкий действительно принял крещение, говорит и тот факт, что сохранилось несколько его фотографий, где в расстегнутом вороте рубахи хорошо видно большое серебряное распятие. Известно, что дома у Владимира Семеновича были иконы и кресты.

Сохранился список книг, оставшихся после его смерти и среди них есть следующие:

Сокращенный молитвослов, издания Почаевской Лавры, Православный церковный календарь на 1977 г., издательства Московской Патриархии, Библия — Москва, издательство Московской Патриархии, 1968 г., Новый Завет — издательство Московской Патриархии, 1976 г.; Новый Завет в русском переводе с параллельными местами, напечатанный в Швеции в 1966 г. Этот список можно найти в альманахе «Мир Высоцкого. Исследования и материалы». Согласитесь, человек, равнодушный к христианской вере, никогда бы не стал держать у себя в библиотеке эти необходимые каждому православному книги. К тому же, судя по годам выпуска, они вовсе не являются какими-то букинистическими редкостями.

Леонид Васильевич Мончинский, писатель, друг Владимира Высоцкого, в соавторстве с ним написавший роман «Черная свеча», дает такое свидетельство: «Никогда не спрашивал, крещен ли, но, когда он жил у меня в Иркутске, то вставал утром на молитву вместе с моей верующей мамой, совершал крестное знамение и молился. Мы с ним заходили в действующий храм». Мончинский также говорит о вере Высоцкого: «Он ушел верующим человеком».

Недавно я узнал очень интересные подробности этой поездки Высоцкого в Иркутск. Мне стало известно, что, оказывается, Леонид Мончинский, является отцом митрополита Белогородского Иоанна, председателя Миссионерского отдела Московского патриархата, одного из самых известных иерархов нашей Церкви.

Когда Высоцкий приезжал в гости к Мончинскому, будущий владыка Иоанн, тогда еще Сережа, был еще юношей, он родился в 1960 году. Сергей стал свидетелем того, что его любимый поэт и певец, кумир миллионов советских людей, молится вместе с его бабушкой. Это так повлияло на молодого человека, что потом послужило началом его прихода в Церковь. То, что не только его престарелая родственница, но и очень авторитетный для него человек также творит молитву и кладет крестное знамение, заставило его всерьез задуматься о Боге и вере.

Еще один друг Владимира Семеновича, старатель, бывший политзаключенный, Вадим Туманов, судьба которого как раз легла в основу книги «Черная свеча», также свидетельствует о тяге Высоцкого к духовным предметам: «В поселке Лиственничном на берегу озера Байкал он остановился у церкви. Володя хотел войти внутрь, но дверь была заперта, потом, видно, приметив туристов, подошла женщина с ключами. Володя около часа провел в храме, задерживаясь у собранных местными прихожанами старых икон».

Марина Влади сомневается в том, что Высоцкий был крещеным человеком, так как, по ее словам, сам он никогда не говорил ей об этом. Но мы знаем, что Марина Владимировна и сейчас позиционирует себя как атеистка, а уж тогда точно ни во что не верила. В то время многие предпочитали не распространяться о своей вере, мне известны семьи, где супруги годами скрывали друг от друга факт собственного крещения и крещения детей. К тому же вера — вещь сокровенная и, возможно, Высоцкий не хотел говорить на эту, очень личную, деликатную тему с равнодушным к вопросам веры, пусть даже и любимым человеком.

Владимир Семенович оказал на меня, в свое время, большое влияние, я чувствую с ним духовную связь и считаю своим долгом молиться за него.

Его песни не раз помогали мне в жизни, я использую цитаты из них в своих беседах и лекциях, в книгах и статьях. Высоцкий очень помогает мне наладить контакт с людьми, далекими от церкви, ведь его песни поются в любых компаниях и церковными, и светскими людьми. А после того, как возьмешь в руки гитарку и споешь что-нибудь из Высоцкого, уже гораздо легче вести разговор на более серьезные, духовные темы. Помню, однажды меня попросили выступить в школе на вечере памяти Высоцкого (молодежь, оказывается, тоже его слушает), и для меня эта встреча явилась поводом обратиться к школьникам со словом о Боге.

Во время миссионерской поездки по Ханты-Мансийскому автономному округу я был приглашен с лекцией в один ВУЗ. Тема беседы была: «Счастье человека». Я думаю, что очень многие из присутствующих студентов в первый раз видели так близко живого священника. Поэтому я решил начать свое выступление с песни Высоцкого, взял гитару и спел им «Балладу о любви», использовав ее как эпиграф к лекции. Мне это помогло, во-первых, самому преодолеть смущение перед новой аудиторией, во-вторых, установить контакт с залом. И далее наша беседа уже проходила в теплой, дружеской обстановке.

Да, наши русские поэты — люди небезгрешные, но искренние, честные и любящие свой народ, может быть, за это им многое простится. И самой большой благодарностью им будет поминовение их в народных молитвах. Поэтому, я молюсь за также любимых мною Сергея Александровича Есенина[1] и Игоря Владимировича Талькова, тем более, что брат Игоря, Владимир Тальков, подарил мне когда-то книгу о нем с надписью:

«Отцу Павлу на молитвенную память о моем брате Игоре».

А Владимир Семенович сам просил молитв о себе и верил, что за него «кто-то поставит свечу». Вечная память рабу Божию Владимиру и низкий поклон за все, что он для нас сделал.

«Голос его нужен»

Названием для этой главы послужила строчка из песни Булата Окуджавы «Как наш двор ни обижали»:

А там Володя во дворе, а его струны в серебре,а его пальцы золотые,голос его нужен

Написал он эти строки через шесть лет после смерти Высоцкого, в период расцвета популярности его песен, тогда они были действительно нужны и очень востребованы. Привел я эти стихи для того, чтобы задать тон всему последующему повествованию и постараться ответить на вопрос: нужен ли Высоцкий, его творчество, его песни, людям, живущим в начале двадцать первого века, в совсем другую эпоху? Нужны ли его песни молодежи, чья юность проходит «вдалеке от вещей тех, которые так переполнили доверху нас», — если сказать словами из песни уже современного поэта и певца, Юрия Юлиановича Шевчука?

Для меня, конечно, эти вопросы являются чисто риторическими. Я знаю, что хорошие, настоящие песни нужны всегда, вне зависимости от времени и менталитета людей. Но, тем не менее, Владимир Высоцкий жил в совершенно другое время, его творчество пропитано духом этого времени, его стихи остросоциальны, они содержат большое количество тем и терминов, которые были присущи именно советскому периоду, и поэтому могут быть непонятны современному человеку. Может быть, его творчество нужно только настальгирую-щим шестидесятникам и семидесятникам?