Лилия Беляева - Загадка миллиардера Брынцалова

А теперь вернемся к вопросу о том, кому собирается набить морду Владимир Брынцалов.

Судя по всему, тому, кто продал ему эти злополучные картины, убедив при этом, что они из Эрмитажа, а «вообще-то из Дрезденской галереи», то есть тому, кто нагрел Владимира Брынцалова, предпринимателя, депутата Государственной Думы, экс-кандидата в президенты, минимум на 90 тысяч долларов».

К чему, собственно, столь длинный, подробный рассказ о «сокровищах» В.А. Брынцалова? Ну ясно же — чтоб лишний раз убедить любопытствующую публику в том, что богач-то необразован, глуповат, доверчив донельзя, и что его, стало быть, не стоит принимать всерьез…

Или кому-то показалось, будто статья эта творилась во славу скоропалительного во многих отношениях миллиардера?.. Вообще, как известно, маленькие, незнатные люди «из подполья» ужасно любят ругать и поносить известных, находить на очередном «солнце» пятна и подпалины — так ведь себя начинаешь ощущать куда значительнее, куда чище и даже слаще… Потому-то из поколения в поколение передаются сведения под аккомпанемент хихиканья: «Пушкин-то со сколькими бабами спал! А еще про чистую любовь пишет! Постыдился бы!» Или: «Лев Толстой — хорош гусь! Все будто о душе, а сколько детей заставил свою Софью в животе оттаскать! Ужас!»

А как без подобного сладостного воркования в ухо обывателю существовали бы газеты? Гляньте, оказывается, даже англичане преуспели в поисках «компромата» на своих кумиров! И трогательнейшую историю любви бывшего короля Эдуарда и американки Уоллис Симпсон растоптали, подожгли, развеяли в дым… Его возлюбленная, оказалось, — совсем не полноценная женщина…

Ах-ти! Ох-ти! А великолепный археолог Генрих Шлиман, которому удалось сыскать легендарные сокровища царя Приама, — вовсе прохиндей. По одной из газетных версий-«уток», все «сокровища» он собрал где-то в Турции на базарах, а част из них подделали его знакомые парижские ювелиры…

Так или иначе Владимир Алексеевич Брынцалов сегодня в большей чести у тех, кто вывязывает узоры в рубрике «се ля ви» и подобных ей. Они все, что связано с ним дают корм делателям хоть мизерных, но сенсаций.

Кстати, этим старателям можно посочувствовать — нынче читателя очень и очень трудно удивить! Все вроде было, все случилось, все доставлено, все в ходу… та же история с ценностями Эрмитажа… Его директор Михаил Пиотровский, утверждая, что Брынцалов навредить Эрмитажу не мог, тут же раскрывает «тайны», от которых мурашки по коже:

« — Насколько оправданны слухи о том, что Эрмитаж, попавший в бедственное положение, распродает свои коллекции?

— Я не раз вышвыривал из кабинета тех, кто говорил об этом. Разговора об этом не может быть. Даже если будут утверждать, что произведения искусства нужно продать ради голодающих детей или что-нибудь в этом роде…

Наше правительство уже совершило преступление в 20-х годах, распродавая коллекции Эрмитажа и других русских музеев. Ущерб не поддается исчислению. Экономика, армия — это все барахло, это преходящее, а культура остается навечно.

— О чем конкретно просили люди, которые к вам обращались?

— В основном, это западные коллекционеры, которые ждут все время, когда Россия начнет «распродавать». Говорят: «Вы продайте, а мы вам сделаем копии. Русскому народу достаточно и копий». В частности, речь шла о некоторых образцах оружия…

— Вы подписали знаменитое письмо Черномырдину — крик души деятелей культуры Санкт-Петербурга. В Эрмитаже тогда не было денег даже на охрану, на поддержание микроклимата в залах. С отключением электроэнергии под угрозой оказалась вся коллекция. Что-то изменилось?

— Ситуация несколько лучше, чем в сентябре. Но все равно: мы получили только 20 процентов нашего бюджета, так что веселиться не приходится…

— А как у вас обстоят дела с охраной?

— Лучше, чем у кого-либо в стране. Почти так же, как в музее Метрополитен. Но эта проблема постоянная, потому что бандитов слишком много. И пока у нас улица бандитская, безопасности быть не может…

— Бандиты вам доставляют проблемы?

— Больших проблем нет, но существуют небольшие. Ну разве не бандит тот, кто отвинчивает в музее ручки?»

А еще, мне кажется, многим «слуходобытчикам» как-то лестно употребить свое имя рядом с именем пусть и «иссмешна-смешного», но все-таки миллиардера. Предполагаю, что вовсе не случайно творец «кукольных» во всех отношениях баек про наши «верхи» В. Шендерович так вот всласть живописует в «Труде» свое «соприкосновение с чудом»:

«В январе мне позвонили домой, и приятный мужской голос сообщил, что он представляет интересы Икс Игрек Зет, который хочет быть президентом России.

— Чем я могу помочь? — спросил я, вытирая тарелку и стряхивая со стола таракана.

— Он собирается стать президентом в 2000 году, а сейчас ему надо немного раскрутиться. И он хочет, чтобы в вашей программе была его кукла.

Я повторил все то, что говорил другим посланникам:

— Это невозможно, его никто не знает в лицо, его появление будет абсурдным.

Он спрашивает:

— Разрешите мне привести свои доводы?

— Да.

— Один миллион долларов. Вам.

Я стою на кухне, весь в тараканах, в голове у меня, как у Кисы Воробьянинова, бриллиантовый дым… Я казал:

— Надеюсь, вы не подозреваете меня в бескорыстии?

И объяснил, почему это невозможно. А через пару месяцев взвыл от тоски. Дело в том, что фамилия человека, от которого мне звонили, была Брынцалов. Его лицо уже было на всех заборах: впрочем, он оказался фигурой временной.

— Ничего, куколка бы полежала…

— Да, до 2000 года. А если без шуток, то такое отношение общества к программе отрадно — значит, вы все-таки приняли новые, цивилизованные правила игры».

Ну не очень-то я верю в полную искренность господина «кукольника»… Дрянное женское супротивство во мне куролесит и подсказывает, что все-таки не в «цивилизованных правилах» мед для него, а в том, что «Сам господин Миллиардер изволил-с…» Или я что-то не так поняла?

И еще нечаянный вопрос: «А как можно определить по телефону, действительно ли звонят от Брынцалова или кто-то в игрушки играет?»

Вон у меня на диктофоне все разговоры, что были лицом к лицу, а то иначе бы…

Иначе опять у Ирины Петровской из «Известий» черт-те что и сбоку бантик, а точнее — еще одна «разборка»… теперь уже в связи с широко известным Александром Глебовичем Невзоровым. И… очередным «неосторожным» словом Александра Толмачева по отношению к нему. И опять без диктофона-магнитофона, что как-то меня уж очень, очень поражает…

Тем не менее Ирина Петровская пишет и печатает среди прочего и следующее: