Нерин Ган - Ева Браун: Жизнь, любовь, судьба

История же Марии Рейтер-Кубич, напротив, уж никак не из области фантазии. Правда, ее сестра, Анни Штегер-Хель, в беседе с автором осторожно намекнула, что далеко не все здесь соответствует фактам. Сам автор после бесед с несколькими бывшими обитателями Берхтесгадена пришел к выводу, что у них в голове смешались домыслы и реальные обстоятельства.

Мария Рейтер-Кубич, по прозвищу Мици, родилась 23 декабря 1909 года. Она училась в монастырском пансионате, а затем перебралась к своей сестре, владевшей магазином модной одежды в Берхтесгадене прямо напротив отеля «Дойчер Хоф», где в 1925 году проживал Гитлер. Во время прогулок в курортном парке овчарка Гитлера, по кличке Принц, увязалась за собакой Мици. Гитлер немного пофлиртовал с девушкой, а затем зашел в магазин и попросил у сестры разрешения пригласить Марию на концерт. «Вам тридцать шесть, а ей только шестнадцать. Сами понимаете…» — резко ответила Анни.

Гитлер обиделся, однако пришел в магазин еще раз и уговорил сестер сходить с ним на партийный митинг. После своего выступления он так нежно разговаривал с Мици, что влюбленная в него дочь владельца отеля Метке «даже пожелтела от ревности». (Сразу оговорюсь, автор передает рассказы других.) В один из вечеров он попросил у Мици разрешения поцеловать ее, а когда та отказалась, помрачнел и твердо заявил: «Мы больше не увидимся». Но Мици написала ему письмо с просьбой зайти к ней. На прогулке он поцеловал ее в губы и, по словам Мици, «крепко прижал к себе и сказал: «Я хочу сломать тебя». Настоящая буря страсти».

В Мюнхене Мария Рейтер неоднократно навещала Гитлера, и тот уже поговаривал о совместном проживании. Однако в июле 1927 года после возвращения от сестры Мария узнала, что Гитлер в Берхтесгадене, но уже ухаживает за другой женщиной. Вне себя от ревности, она привязала к двери бельевую веревку и сунула голову в петлю. Спасло Марию только появление ее шурина Готтфрида Хеля.

Три года Мария Рейтер ничего не слышала о бывшем возлюбленном, как вдруг Макс Амман[25] потребовал, чтобы она написала, будто у нее с Гитлером ничего не было, и заверила заявление у нотариуса. Она выполнила это требование и 10 мая 1930 года вышла замуж за владельца отеля в Инсбруке. Но их брак не был счастливым, и Мария вскоре бросила мужа.

С Гитлером она снова встретилась в 1932 году в его новой квартире на Принцрегентенплац, и он будто бы предложил ей остаться у него на ночь. Мария тут же согласилась.

Вскоре Мария вышла замуж за гауптштурмфюрера СС Кубича и в 1936 году добилась от Гитлера его перевода в Берхтесгаден. После его гибели во Франции Гитлер прислал ей сто красных роз. Больше никаких контактов между ними не было.

Автор сильно сократил рассказ Марии Рейтер-Кубич, которая ныне проживает неподалеку от Гамбурга. У него создалось впечатление, что она просто повторила историю, сочиненную для нее сотрудником многотиражного иллюстрированного журнала. Мария Рейтер утверждает, будто все ее письма Гитлеру пропали с появлением в Берхтесгадене американских солдат. После краха Третьего рейха она долго жила у сестры Гитлера Паулы, под фамилией Вольф снимавшей дом на Вандзее. Паула ничего не знала о любовной связи брата с ее постоялицей, так как в то время довольно редко посещала его. Но если она действительно подтверждает правдивость данной истории, это свидетельствует только о ее легковерии.

Хорошенькая блондинка Инге Лей всегда восхищалась Гитлером, который как-то сказал ее мужу: «С такой женщиной мужчина не может не чувствовать себя, как в раю». Но ее муж — руководитель Трудового фронта[26] Роберт Лей[27] — был хроническим алкоголиком, и с ним Инге никак не могла чувствовать себя счастливой. Однажды она даже сбежала от него в Берхтесгаден. Обе сестры Евы и секретарши Гитлера в один голос утверждают, что между ними никогда не существовало близких отношений. В 1943 году Инге Лей выбросилась из окна, предварительно написав письмо Гитлеру. Прочтя его, Гитлер был очень опечален.

Версия о предпринятой Мартой Додд попытке самоубийства ничем не подтверждается, но в данном случае дело могли просто замять, так как речь шла о дочери посла, а у дипломатов очень развито чувство солидарности. Отец Марты, профессор Уильям Додд, бывший декан исторического факультета Чикагского университета и ученик Вудро Вильсона, представлял в Берлине интересы США. Он ничем особенным не выделялся и плохо понимал по-немецки, хотя год проучился в Лейпцигском университете. Его дочь, выпускница одного из лучших колледжей США, была типичной американкой — хорошенькой, кокетливой и очень жизнерадостной. Она не боялась носить короткие платья и танцевать чарльстон, и журналисты бульварных изданий собирали имена мужчин, с которыми она флиртовала.

Гитлер обратил на нее внимание в Байрейте на торжественном представлении «Парсифаля». Внешне она напоминала Гели. (Гитлер всегда утверждал, что все женщины, которые ему нравятся, похожи на покойную возлюбленную.) Он пригласил Марту в отель «Кайзерхоф» на чашку чая и потом еще несколько раз встречался с ней. Сразу же пошли разговоры о наметившемся сближении между Германией и США, и Пуци Ганфштенгль стал частым гостем в американском посольстве. Марта заявила, что страстно влюблена в фюрера и намерена устроить ему триумфальную поездку по США.

Но, видимо, их отношения крайне не понравились Герингу, который с помощью начальника гестапо Рудольфа Дильса вовсю ловил рыбку в мутной воде. Он передал Гитлеру досье, содержащее порочащие молодую американку сведения. Оказывается, в Чикаго ее неоднократно задерживали за рулем в пьяном виде и пытались привлечь к ответственности за торговлю наркотиками. Кроме того, она развелась с мужем уже через несколько месяцев после вступления в брак. Гитлера эти сплетни совершенно не волновали. Но он пришел в ужас, узнав, что Марта Додд подозревается в сотрудничестве с советской разведкой.

Теперь он больше не подходил к ней на дипломатических приемах. Говорили, что Марта в отчаянии даже попыталась вскрыть себе вены, хотя в это никто не поверил.

А как же версия о ее причастности к советской разведке? После войны Марта Додд вышла замуж за миллионера Штерна. В эпоху маккартизма их обоих обвинили в прокоммунистической деятельности.

В Праге Марта жила на правах беженки. Иногда ее имя всплывало на страницах американской прессы в связи с какими-то таинственными актами шпионажа за железным занавесом.

Гитлер, в детстве боявшийся заговорить с понравившейся ему девочкой и в годы войны не обзаведшийся даже случайной подругой, теперь воспринимал повышенное внимание женщин как вполне естественное явление. «Женщины любят героев, — говорил он, имея в виду прежде всего самого себя. — Без мужчины женщина чувствует себя совершенно потерянной. Герой же дает женщине ощущение безопасности. Но, заполучив героя, она очень неохотно возвращает ему свободу».