Михаил Пришвин - Дневники 1928-1929

Из-за чего Пендрие бросил курить.

Я рассказал ему, какие последствия явились в результате моего воздержания от курения в течение двух месяцев, прежде всего я начал с легких, удивительно дышится, второе — стал понимать наслаждение от расширения грудной клетки.

— Да что вы! — воскликнул Пендрие, — а как сердце?

— Сердце у меня вообще здоровое, — ответил я, — ничего особенного не замечаю, впрочем, эта прелесть дыхания, может быть, тоже и от сердца зависит.

— А желудок?

— Желудок, поверьте, никакого омоложения не могло произвести такое действие. Извините, — сказал я, моргнув в сторону Анны Петровны, — а между тем именно об этом и хотел бы больше всего рассказать.

— Аничка! — сказал хозяин, — принеси, голубка, из гостиной альбом, я хочу показать.

И когда Анна Петровна вышла, быстро обернулся ко мне.

— Ну, как?

— Желудок, — начал я.

— Бросьте желудок, Анна Петровна вышла, вы начали про омоложение: как в этом отношении?

Мне захотелось, чтобы мой хозяин бросил курить, и я сказал:

— Бог знает что делается!

В этот момент вошла Анна Петровна.

— Аничка, — радостно воскликнул Пендрие, — я бросаю курить.

— Не верю, — ответила Анна Петровна, — сколько раз пробовал бросить и не мог.

29 Мая. Воля моя — цель моя в будущее, но мало того, чтобы верно прицелиться и попасть, нужно еще, и это самое трудное, почти невозможное: узнать и понять то самое будущее, когда оно (после моего выстрела) моей же волей обернулось в мое настоящее.

Рассказ Пети о Егорыче: началось с того, что двое спорили между собой, можно ли, если один человек избивает другого, заступиться за него с оружием и в случае чего убить его. Петя ввязался и решительно заявил, что убить никак нельзя: «Как же убить, если тот, кто избивал другого, может быть, поделом его бил…» — «Нет, застрелить можно», — сказал Егорыч. И рассказал, как однажды шел он с охоты, а один пьяный стал ругать его коммунистом и советскую власть позорить, что 10 лет работал, и нет ничего… Сердце его не выдержало, он обернулся и выстрелил.

— Жаканом в шею попало, рана огромная!

Доказать ему можно, только если докажешь, он это доказательство принимает за хитрость: обошли его и он чего-то не досмотрел…

<На полях> Арбат, Серебряный пер., д. 1Б, к. 17, Александра Александровна Миловидова.

Пэрна — Ритм жизни и творчества. Белый Ритм, как <1 нрзб.>.

Иван. — Вознесенск. Николай Германович Ракутин — председ. Губкаки. — Герасим Егорыч Гнедин — предс. Епо («мужик»). Колотилов Николай Николаевич, секрет, обл. комит. партии. Николай Евстафьевич Пирожков. Преде. Губсовнархоза (друг Воронского).

5 Июня. Сдал «Журавлиную родину», и схватила тоска: очень уж трудно работать без отклика, а об откликах умных и думать нечего, лишь бы только хулы не нажить.

Нельзя жить по этим жестоким и бессмысленным принципам коммунизма, но несомненно, благодаря им мы будем жить иначе, может быть, даже и лучше, чем жили.

Классовый подход к живой личности — самая ужасная пытка для людей и губительство всякого творчества: это все равно, что стрелять в Пушкина или Лермонтова.

6 Июня. Был опять в Москве по зубным делам. Без всякого повода предчувствую приближение к себе хулы, — вот награда писателю после того, как, проработав целый год, он закончил свой труд!

Делегат из Н. прислал в Союз охотников вроде жалобы на меня, что я дорого заплатил за берлогу, после чего вздорожали будто бы берлоги и хищники остались не истреблены. Злобный вздор, но очень типичный. Стало ясно, насколько «Зависть» Олеши сочиненная и какая она действительная: да, конечно, не интеллигент завидует коммунисту, а наоборот, в этом все…

Приступаю к составлению VIII тома Собрания сочинений

«Журавлиная родина»

т. VIII

I Журавлиная родина 6½ листа

II Журавлиные рассказы

 1) Одинокий журавль 1

 2) Скорая любовь 2

 3) Заутреня 8

 4) Служба пана

 5) Нерль 14 т.

 6) Лесные загадки 6 т.

   Прилет зябликов

   Появление сморчков

   Девушка в березах

   Майский мороз — 6 т.

Клубника ½

Белая собака 8

Аромат фиалок 10

Охота с биноклем 8

Сидень 10 т.

Медведи 40 т.

Лиловые сумерки ½

Следопыт 1 т.

   Теплые места

   Двойной след

   Ночевка в лесу — 8

Змея 8

Жалейка 1 т.

Охота с колокольчиком 1 т.

Предки ½ т.

Рябчики 3½ листа

Детские

10 Июня. Идут дожди. Растут травы.

На прогулке с Нерлью видел летающие семьи скворцов. Дрозды-рябинники в том возрасте, когда их так удобно молодой собаке догнать и схватить на лету. Гнездо тетерева (возле Зубачева) 10 яиц. Гнездо рябчика 9 яиц. Бекас наверху елки сидит и непрерывно по-своему на-ка-чивает: «ка-чу, ка-чу!» — по-своему это он маленькому своему бекасенку говорит: приближается Великий истребитель в широкой шляпе с пестрой собакой, скорее спеши в куст, там есть кочка, лезь глубже, забивайся, забивайся-ка — чу-дак — ка-чу-дак — чу-ка-чу…

Мы только обрывочек слышали, и потому кажется нам, бекасиха кричит: ка-чу, ка-чу!

Нерль вонзилась глазами в кочку. Я вынул пенсне и разглядел маленького с длинным носом, а рядом с ним лежал футлярчик от пенсне: видно, кто-то другой только что смотрел, как я, в эту кочку и обронил футляр от пенсне. Значит, я ошибся, это не от меня села встревоженная мать бекаса на ель и сигнал подавала не этот, верней всего, она кричала: берегись-ка, другой подходит чудак, смотри-ка — чу-дак — чу-ка, не обронил бы пенсне — ка-чу-ка-чу…

<На полях> — Не очень берегись, это не Великий Истребитель идет, а лучше-ка, чудак, иди-ка к кочке, чу-дак-ка-чу-ка: а то, гляди, он тоже уронит пенсне.

Вдали где-то в пышных кустах еще сумел сыграть одно последнее колено соловей, свежим голосом одиноко в бору, иволги звонко перекликались. Тут же на маленьком болотце, зажатом яровыми полями, на единственной елке среди чахлых и редких березок, погруженных в осоку, единственная птица, бекасиная мать, свесив нос, разговаривала на своем языке с маленьким птенцом (Начало).

Я забыл: еще попали маленькие желтые овсянки.

Новости:

1) ст. «Подсолнечная» убили охотники тигра (выскочил из поезда во время поездки в Германию).

2) Заведующий Сергиевским музеем в Лавре раскопал могилу кн. Трубецкого. Внук покойного Владимир Сергеевич явился к заведующему и сказал: «Мною подано заявление, могила не беспризорная. Вам это известно?» — «Известно», — ответил Заведующий. «Зачем же вы это сделали?» — «Интересно посмотреть могилу князя. Вы, кажется, беспокоитесь, там ничего не было, кости, сохранился эполет, все опять ссыпали с землей, а череп у меня в кабинете». — «Да как же вы смели это сделать?» — «А что, череп? Вы можете его взять, я сейчас принесу…»