Андрей Танасейчук - Эдгар По. Сумрачный гений

„Эврика“ — великое творение мыслителя и поэта, чудовищный конгломерат гениальных прозрений и наивных заблуждений, великих идей и плоских тривиальностей, железной математической логики и беспомощного „метафизического“ барахтанья. Читать ее страшно, странно и неудобно. Бредя по мелководью, рискуешь сорваться в бездонную глубину, где скромных твоих познаний недостаточно, чтобы выплыть на поверхность; приготовившись погрузиться в глубины, обнаруживаешь, что воды — по колено. Чтобы понять развитие мысли По, надо быть физиком и математиком, астрономом и поэтом, идеалистом и материалистом»[368].

Ю. В. Ковалев по первому (прерванному Второй мировой войной) образованию был физиком. Так что ему и карты в руки. Впрочем, уже в XXI веке это не помешало другому исследователю, Э. Ф. Осиповой, в книге «Загадки Эдгара По» заявить: «Научное и философское содержание трактата в каком-то смысле закодировано, и полная его дешифровка станет делом будущего»[369]. Что же, остается констатировать: загадки остаются. И это — замечательно.

Поэт начал работать над «Эврикой» вскоре после кончины Вирджинии. Миссис Клемм вспоминала, как это было:

«Он [По] никогда не любил одиночества, и я, бывало, находилась рядом с ним, нередко до четырех утра. Он сидел за столом, писал, а я занималась своими делами, сидя в кресле. Когда он сочинял „Эврику“, мы, случалось, гуляли по саду, его рука обнимала меня, моя — его, и так длилось до тех пор, пока я не уставала настолько, что не могла идти. При этом он останавливался каждые несколько минут и объяснял мне свои идеи и спрашивал, понятен ли мне их смысл»[370].

Очевидно, что в начале 1848 года работа над поэмой-трактатом еще не была завершена. Тем не менее написал и осмыслил к этому времени он достаточно, чтобы выступать с лекциями по предмету своих изысканий. Первая состоялась 3 февраля 1848 года. Ее тема звучала следующим образом: «О происхождении Вселенной». Не больше и не меньше.

Возобновление лекционной деятельности, конечно, нельзя связывать только с неуемным честолюбием поэта (хотя это важно!), но и с обстоятельствами вполне прозаическими — необходимо было думать о хлебе насущном, а лекции приносили доход.

К тому же в январе 1848 года Эдгар По вернулся к идее издания собственного журнала и принялся рассылать его проспект. Он использовал давно составленный текст — тот самый, что изготовил еще пять лет назад. Прежними остались предполагаемая цена («пять долларов за год по подписке или три доллара авансом»), объем («около ста страниц обычного журнального формата в одну восьмую листа»), художественное оформление («самое лучшее»). Новым — с первого номера он обещал начать публикацию серии статей «Литературная Америка», над которой «работал последние два года». Информация эта, конечно, отсылала читателя к «Литераторам». Э. По обещал, что будет «стремиться в подробных деталях представить подробный обзор литературных произведений, литературного люда и литературных отношений в Соединенных Штатах». Да и название журнала он оставил прежним — «Stylus».

Он разослал проспект своим знакомым с просьбой содействовать начинанию и привлекать потенциальных подписчиков. Как всегда, денег, чтобы осуществить задуманное, у него не было, но он надеялся, что имя и слава, — которые (в числе других мероприятий) должны были умножить «Эврика» и другие писания, — помогут ему. Основную же надежду По возлагал на лекционное турне, что собирался предпринять (и предпринял). Перед глазами у него был красноречивый пример: так основал собственный журнал один из знакомых, Фримен Хант. Он разъезжал с лекциями по городам, зарабатывал деньги выступлениями и вербовал себе подписчиков.

В начале января Э. По делился этими планами со своим восторженным поклонником Джорджем Эвелетом (1819–1908):

«Я продолжал подготовку к кампании по поводу журнала, а также работал на своей книгой [„Эврикой“] — к тому же написал несколько безделиц, — они еще не опубликованы… Что касается „Толкования поэзии“, я продал [статью]… Грэму, Грэм до сих пор ее держит, но это не продлится долго, — собираюсь забрать ее, пересмотреть или переписать… и превратить в лекцию, которую намереваюсь читать, когда отправлюсь в свою журнальную экспедицию на Юг и на Запад».

Интересно упоминание поэта о статье «Толкование поэзии». Он действительно забрал ее у Грэма и опубликовал позднее двумя «подвалами», в октябре и ноябре 1848 года, в старом знакомом — «Сауферн литерари мессенджер». Статью же эту он позднее и в самом деле очень серьезно переработает. К сожалению, в преображенном виде она будет опубликована только посмертно: Н. Уиллисом в «Хоум джорнал» в августе 1850 года. Это будет знаменитый «Поэтический принцип», один из программных текстов По — теоретика поэтического творчества. А «Толкование поэзии» он использует в грядущем лекционном турне.

Мы видим, писатель был полон решимости осуществить очередные планы по «запуску» собственного журнала. Впрочем, сколько таких планов у него было! А сколько было решимости! Вот и на этот раз все сорвется — «бес противоречия» снова «не подведет»!

Очевидно, что и первая после долгого перерыва лекция тоже была частью плана. И По не скрывал этого. Н. Уиллис, неизменно доброжелательный к поэту, 5 февраля так прокомментировал в своем издании цели состоявшегося выступления:

«Мы понимаем, что цель г-на По — сформировать необходимый капитал для учреждения журнала, который он намеревается назвать „The Stylus“. Те, кто любит литературу без оков, а критику без перчаток, внесут свои имена в список подписчиков»[371].

К сожалению, публики собралось немного (около шестидесяти человек — по свидетельствам очевидцев). Да и те, кто пришел, едва ли поняли, о чем толкует поэт. Хотя один из его тогдашних слушателей, восхищаясь, вспоминал «…его бледное, тонкое, умное лицо и потрясающие глаза». А «его лекция была подобна великолепной рапсодии. Он появился как само вдохновение и заразил своим вдохновением аудиторию. Изящное тело плотно обхватывал аккуратно застегнутый сюртук…»[372]. Возможно, в связи со сложностью предмета или по какой-то иной причине, но число подписчиков лекция не увеличила. Вероятно, поэтому впоследствии — в ходе лекционного турне — По предпочитал рассуждать на более близкие «литературному сообществу» темы, прежде всего о поэтах и поэзии.

В апреле Эдгар По закончил «Эврику». И отправился к издателю, Джорджу Путнэму. В 1845 году, как, вероятно, помнит читатель, По уже сотрудничал с его фирмой, но тогда вел переговоры с партнером знаменитого издателя, мистером Уили. Теперь Путнэм, после возвращения из Великобритании, работал самостоятельно и впервые встретился с нашим героем лично. Впоследствии Путнэм вспоминал: