Андрей Гетман - Танки идут на Берлин

Их сопротивление решительно подавлялось, но ожесточенный характер боев обусловил немалые потери и в наших частях. Каждая улица, каждый квартал отвоевывались ценою крови советских воинов. Особенно велики были потери в составе командиров и политработников, увлекавших воинов в бой личным примером. И нередко их поражали первые пули врага.

Так, 25 апреля в бою на Везерштрассе был тяжело ранен в обе ноги начальник политотдела 44-й гвардейской танковой бригады подполковник В. Т. Помазнев. Безудержно храбрый, он умел сочетать высокую требовательность с чутким отношением к нуждам и запросам личного состава в суровых фронтовых условиях, что создало ему большой авторитет среди воинов. Несмотря на тяжелое ранение, он отказался эвакуироваться в тыловой госпиталь. Так поступил и командир бригады дважды Герой Советского Союза полковник И. И. Гусаковский, который был ранен на следующий день. Почти одновременно пал в бою майор Н. Е. Золин, временно исполнявший обязанности начальника политотдела бригады после ранения В. Т. Помазнева.

В последующие дни части корпуса продолжали вести тяжелые, кровопролитные бои. Очищая квартал за кварталом от противника, они безостановочно наступали вплоть до полудня 27 апреля. К этому времени 40-я гвардейская танковая бригада полковника М. А. Смирнова вышла на Йоркштрассе, 44-я, которую теперь временно возглавлял заместитель ее командира подполковник Е. Я. Стысин, — на Алианессештрассе, 45-я полковника Н. В. Моргунова — на Бонштрассе. Батальоны 27-й гвардейской мотострелковой бригады полковника К. К. Федоровича действовали совместно с танкистами.

Во второй половине дня 27 апреля корпусу была поставлена новая задача. Чтобы получить представление о ее характере, следует иметь в виду, что к тому времени советские войска со всех сторон успешно наступали к центру Берлина. Быстрее других продвигалась 5-я ударная армия Героя Советского Союза генерал-полковника Н. Э. Берзарина, действовавшая в направлении Александерплаца и имперской канцелярии, под которой в бункере сидели Гитлер и его ближайшее окружение. Ей в эти дни из 1-й гвардейской танковой армии был передан 11-й танковый корпус генерала И. И. Ющука. Одновременно 3-я ударная армия все ближе подходила к рейхстагу. В том же направлении, на центральный сектор обороны Берлина, наносили удары 8-я гвардейская, а также 1-я и 2-я гвардейские танковые армии.

Все они, естественно, имели одну задачу: сломить сопротивление противника и довершить его разгром в центре города, водрузив над рейхстагом Знамя Победы. Отдав такой приказ, командование фронта, несомненно, исходило из того, что осуществить его удастся тем, кто раньше прорвется к цели. Что же касается участвовавших в штурме армий, то они выделили для наступления к районам имперской канцелярии свои лучшие соединения.

В 1-й гвардейской танковой армии эта высокая честь выпала 11-му гвардейскому танковому корпусу, которому была поставлена задача после овладения Ангальтским и Потсдамским вокзалами нанести удар в направлении рейхстага и овладеть им[204]. Несколько забегая вперед, отмечу, что хотя корпусу, как и соединениям 5-й ударной, 8-й гвардейской и 2-й гвардейской танковой армий, не удалось прорваться туда первым, тем не менее его героические действия на этом направлении в немалой степени способствовали выполнению данной задачи войсками 3-й ударной армии.

Нечего и говорить, с каким громадным подъемом приступил весь личный состав корпуса к выполнению приказа. Каждому хотелось своими руками водрузить над рейхстагом Знамя Победы, все воины корпуса были готовы сражаться, не жалея крови и самой жизни.

По решению полковника А. Х. Бабаджаняна 40, 44-я и 45-я гвардейские танковые бригады должны были продвигаться через железнодорожное полотно на север, к центру города, по параллельным маршрутам. Впереди них было приказано наступать 27-й гвардейской мотострелковой бригаде. Ее батальонам предстояло первыми форсировать пересекавший путь корпуса канал Ландвер и, захватив плацдарм на его северном берегу, в районе Линкштрассе, обеспечить переправу танковых и артиллерийских частей.

Однако выполнение задачи застопорилось с самого начала. Застопорилось в буквальном смысле, так как 40-я и 45-я гвардейские танковые бригады, выйдя к железнодорожному полотну, не смогли продолжать движение из-за большого скопления здесь танков и автомашин соседних соединений. Что касается 44-й гвардейской танковой бригады, то она, наступая по параллельному маршруту, встретила в районе Меккернштрассе сильное огневое сопротивление и вступила в бой с противником, длившийся до ночи. Здесь вместе с танкистами сражались 1-й и 2-й батальоны мотострелковой бригады. Пробиться же через железную дорогу и форсировать канал удалось лишь ее 3-му батальону.

Возобновить наступление части корпуса смогли только утром 28 апреля. Вскоре они вышли к каналу Ландвер.

Более благоприятными поначалу были условия на участке 44-й гвардейской танковой бригады, у Блюхерплац. Переправившись через канал, она начала продвигаться по Садрландштрассе, однако наткнулась на сплошные завалы и минные поля. По приказанию командира корпуса бригада возвратилась на Блюхерплац и затем несколько восточнее вновь переправилась через Ландвер. Вслед за ней здесь же преодолела канал 45-я гвардейская бригада. Теперь она двинулась по Садрландштрассе, медленно, шаг за шагом ломая сопротивление противника.

44-я же бригада наступала по Альтякобштрассе, а также по соседним Ланденштрассе, Вильгельмштрассе. К исходу дня ей удалось овладеть семью кварталами и достичь перекрестка Вильгельмштрассе и Хадеманштрассе.

Ночью, в разгар боев, в штабе корпуса был получен приказ командующего 1-й гвардейской танковой армией, в котором говорилось, что на 29 апреля назначен общий штурм берлинской группировки, засевшей в районе парка Тиргартен и в кварталах северо-восточнее и юго-восточнее. 11-му гвардейскому танковому корпусу с прежними частями усиления ставилась задача очистить от противника парк Тиргартен.

Садрландштрассе, по которой с тяжелыми боями продвигалась 45-я гвардейская танковая бригада с частью сил 27-й гвардейской мотострелковой, как раз и вела к Тиргартену. Поэтому еще до рассвета сюда же была перегруппирована и 44-я гвардейская танковая бригада. Выполняя приказ, главные силы корпуса в 12 часов 30 минут 29 апреля после получасовой артиллерийской подготовки перешли в наступление. Ломая исключительно упорное сопротивление врага и отвоевывая каждый дом, они в течение дня продвинулись из конца в конец по Садрландштрассе.

Таким образом, к исходу 29 апреля части корпуса почти вплотную приблизились с юго-запада к зданию имперской канцелярии. Но пробиться к нему не смогли из-за сильного огня вражеской артиллерии и многочисленных команд фаустников.