Раиса Кузнецова - Курчатов ЖЗЛ

Еще в 1942 году, на этапе вступления в должность научного руководителя атомного проекта, прежде чем ответить на вопрос о возможности создания ядерного оружия, Курчатов обратил внимание правительства СССР на перспективы использования атомной энергии в интересах народного хозяйства[718]. По мере приближения к завершению главной задачи проекта — создания ядерного оружия — он убедился, что это необходимо делать одновременно с решением проблем освоения атомной энергии в мирных целях. Поэтому в начале 1946 года, задолго до изготовления и испытания первой отечественной атомной бомбы, Курчатов продумывает направления для этой будущей программы работ. «Нет сомнения в том, — пишет он, — что атомная энергия и радиоактивные вещества, которые будут получены в атомных установках, найдут в недалеком будущем разнообразное применение в технике, химии, биологии и медицине. Возникнут, вероятно, возможности преобразования энергии не только в тепловую, но и в другие формы энергии (электрическую и химическую), будут разработаны конструкции двигателей, использующих энергию урана. Своевременно уже сейчас начать работы в этих направлениях… Необходимо… в качестве задачи первостепенного значения организовать работу по применению атомной энергии и радиоактивных веществ в технике, химии, биологии и медицине, привлечь к этой работе ученых и институты, еще не занимающиеся атомной энергией»[719].

Так, усилиями Курчатова в ходе реализации атомного проекта научный потенциал страны не только максимально использовали в интересах обороны государства, но и стали в значительной степени направлять на проведение исследовательских работ мирного характера. Благодаря его научному и организационному руководству ярко, действенно и эффективно проявились взаимосвязь обороны и науки, их взаимозависимость и взаимообогащение. Так, Курчатов и вместе с ним такие видные ученые, как С. И. Вавилов, А. Ф. Иоффе, А. И. Алиханов и другие, решая задачи оборонного значения, вносили на заседаниях НТС ПГУ предложения по организации фундаментальных исследований в области преобразования атомной энергии в другие ее формы. На основании обсуждений этих предложений и решений НТС Курчатовым или при его непосредственном участии были подготовлены многие соответствующие проекты постановлений ПГУ и правительства страны. Вопрос о возможности мирного использования внутриядерной энергии впервые в прямой постановке обсуждался на заседании Технического совета 13 ноября 1945 года. Совет поручил Капице, Курчатову и Первухину подготовку и внесение предложений об организации (объеме, программе и участниках) исследовательских работ по использованию атомной энергии для мирных целей[720].

Понимание, что цепная ядерная реакция может быть использована не только в деле создания оружия, но и для получения электроэнергии, окончательно сложилось среди ведущих советских физиков к концу 1945 года. Идеи и предложения, обсуждавшиеся в конце 1940-х — начале 1950-х годов специалистами, относящиеся главным образом к различным аспектам получения плутония в промышленных реакторах, возводимых под руководством Курчатова, затрагивали также проблемы конструирования атомных силовых установок для морских судов и АЭС. Полученные в этот период результаты исследований не потеряли своего значения и для современной атомной энергетики. Так, долговременное прикладное и во многом научно-методологическое значение носят решения Технического совета от 5 сентября 1945 года. На заседании Курчатов с Г. Н. Флеровым и Алиханов с содокладчиком доложили «О состоянии научно-исследовательских и практических работ Лаборатории № 2 по получению плутония-239 методами — котел уран-графит и котел уран-тяжелая вода»[721]. Было принято решение, позволившее отказаться от дорогой тяжелой воды в реакторах и заменить ее простой водой, что, по мнению специалистов, предвосхитило использование нового вида топлива в реакторе[722]. 21 октября 1946 года НТС ПГУ Спецкомитета одобрил перечень научно-исследовательских работ по проблеме использования ядерной энергии в мирных целях, подписанный президентом Академии наук СССР С. И. Вавиловым, Курчатовым и другими учеными[723].

В числе первых среди других научных учреждений к работам была привлечена курчатовская Лаборатория № 2, в качестве важнейшего направления выделены работы по созданию ядерных энергосиловых установок. Разработанный на основе этого документа к концу 1946 года «Общий план работ по использованию энергии ядерных реакций» был рассмотрен и утвержден на заседании НТС 24 марта 1947 года[724]. По этому плану в дальнейшем Курчатов развернул научно-исследовательские и проектные работы по трем направлениям: 1) разработка ядерного двигателя для реактивного самолета; 2) разработка атомной силовой установки для подводного корабля; 3) создание энергосиловой установки для производства электрической энергии.

В плане указывались конкретные тактико-технические характеристики каждого из трех атомных проектов. Общее научное руководство и консультирование по принятым проектам было возложено на членов НТС И. В. Курчатова, А. И. Алиханова и Н. Н. Семенова. В качестве ближайшей задачи им была поставлена разработка (совместно с руководителями ведущих проектно-конструкторских групп) технических заданий на энергосиловые установки. Проведение физико-технических расчетов, исследований и экспериментов, разработка заданий на рабочее проектирование, научное руководство инженерно-конструкторскими организациями по проекту АЭС были поручены курчатовской Лаборатории № 2, с назначением самых сжатых сроков выполнения работ. В течение года предстояло провести все теоретические расчеты, составить эскизные проекты силовых установок, утвердить проектные задания и планы строительства объектов. Обсуждение научно-технических вопросов в целях осуществления текущего контроля и координации работ планировали на заседаниях НТС в соответствии с утвержденным графиком.

Уникальность и особая сложность плана, разработанного при деятельном участии Курчатова, состояли в том, что на тот период задачей первоочередной государственной важности было создание атомного оружия, за решение которой Игорь Васильевич в прямом смысле отвечал головой. Кроме того, далеко не все ученые-физики были настроены оптимистично по отношению к проблеме мирного атома. Например, Л. Д. Ландау отмечал: «Мирное промышленное использование ядерной энергии является многообещающей, но очень трудной проблемой. Американцы считают, что для разработки этого вопроса понадобится не меньше десяти лет. В первую очередь… стоит вопрос об энергетическом использовании ядерного топлива… Особый интерес представляет использование уранового топлива для двигателей специального назначения»[725].