Марина Цветаева. Письма 1933-1936 - Марина Ивановна Цветаева

уже выбраться не смогу, потому очень прошу Вас тотчас же выслать мне обещанные 300 фр<анков>.

Корректуру — стихов[1381], сгоряча оставленную дома, вышлю нынче же: поправок нет.

Всего доброго.

Итак, надеюсь

                                       МЦ.

<Приписка на полях:>

Немецкую цитату выправила на Вашем листке[1382].

Впервые — Надеюсь — сговоримся легко. С. 87. Печ. по тексту первой публикации.

76-35. Б.Г. Унбегауну

                         Милый Борис Генрихович!

К сожалению, фотографии все перепутались и Вам отобранные, очевидно, потонули. Привезем в субботу все и выберете заново.

Итак — до субботы. Приедем с Муром сразу после школы, т. е. у вас будем около 5 ч<асов>.

Спасибо за детскую группу.

Сердечный привет обоим. Танин корабельный шоколад привезем.

                                       МЦ.

17-го Октября 1935 г., (NB! историческая дата)[1383] — четверг

Впервые — Марина Цветаева в XXI веке. 2011. С. 256. Печ. по тексту первой публикации.

77-35. А.Э. Берг

65 (ancien 33), rue J<ean->B<aptiste> Potin

Vanves (Seine)

18-го Октября 1935 г.

                         Дорогая Ариадна,

Убеждена, что операция удалась и что Бутя[1384] на Ваших глазах начнет поправляться — начиная с первого пюре — так было с Муром.

Только одно: после операции — непременно — бандаж: что бы Вам ни говорили. Сейчас «мода» — не надевать бандажа, но мода может завтра пройти, а живот (Бутин) останется, и важно, чтобы остался в наилучшем виде. Алексинский — светило аппендицита и вообще виртуоз операции — бандажа не предписал, а Мур носил — недолго — ровно месяц после того как встал, и снял по предписанию врача, в Фавьере. Не забудьте, что у детей вообще резкие движения, а инстинкта самосохранения — как у животных — нет. И, вообще, неопрятно, ненадежно — говорю о самом ощущении — ничем не защищенный живот, после такой встряски. (Мур упорно не хотел снимать бандажа и проносил его несколько лишних дней — в бандаже-же, к концу третьей недели, бегал.)

Ну — вот.

Бандаж заказывается заочно, точно (не стягивая и не прибавляя) сняв мерку, какую — Вам скажут в магазине, только не забудьте резинки (Муру не сделали, ибо был июль и никто не носил чулок), а то все время лезет вверх.

_____

Рукопись от Juillard’a уже получила. — молодец! Не только не затерял, но выслал заказным. Теперь смогу заняться своей поездкой: пока что выслала им свою прозу о Рильке (1927 г. — Твоя смерть) — м<ожет> б<ыть> найдут переводчика: моя проза, говорят, трудна (NB! — точна) — я бы сама перевела, но сейчас, после 12-ти лет Франции[1385] — физически отвыкла от немецкого, хотя на глубину знаю его лучше французского, ибо он — роднее. (Только что заметила, что Жюльяра произвела от Juillet, а не от Julie[1386]: надо Julliard…)

Напишите, когда собираетесь домой и всё об операции и ходе выздоровления.

Целую Вас и девочек, особенно — пострадавшую. Мур тоже о них вспоминает с большой дружественностью. Учится он — перескочив — отлично.

Впервые — Письма к Ариадне Берг. С. 47–48. СС-7. С. 490–491. Печ. по СС-7.

78-35. В.В. Рудневу

Vanves (Seine)

65, Rue J<ean->B<aptiste> Potin

18-го октября 1935 г.

                         Дорогой Вадим Викторович,

По уши виновата — не поблагодарила ни за что, а благодарна за всё.

Прилагаю — может быть слегка-искупительный — билет на свой вечер стихов[1387] — 20-го.

Всего доброго! Не сердитесь.

                                       МЦ.

Впервые — Надеюсь — сговоримся легко. С. 88. Печ. по тексту первой публикации.

79-35. Б.Г. и Е.И. Унбегаун

<Между 17 октября и 5 ноября 1935 г.>[1388]

Дорогие Борис Генрихович и <пропуск слов>. Не окликала так долго, потому что <зачеркнуто: мне показалось, что> ведь — вот как было дело. Я сказала: когда Вы к нам? Назначали сейчас. А Е<лена> И<вановна> ответила: следующая неделя у нас вся занята, а потом — видно будет. Ну, видно, так видно. И стала ждать — пока увижу и ничего не увидела, а если теперь пишу — так для очистки совести: во избежание недоразумения.

Я в отношениях не самолюбива, но совершенно разумна: пока я нужна — нужны мне. Любить можно не взаимно (я совершенно не понимаю, как можно любить взаимно: толчение на месте) но дружить не взаимно — бессмысленность. Дружба — 2 — <зачеркнуто: совместная дорога> <над этим словом: спутнический>: вместе идти в Борм: с одним главным действующим «лицом» Бормом, но с соединенными усиляниями (sic!) и объединенными заботами <над этими словами: в четыре ноги, в две души, головы и так далее>.

(Для меня нет частных случаев, я всегда ищу закона.

Итак, мне совершенно не жаль будет потерять Вас обоих, если я Вам не нужна, ибо я так понимаю, что наше <нрзб.> спутничество было чисто — физическим (случайным) — спутническая ночь. (И руки, Е<лена> И<вановна>, виноградно-грабительские!) Руки и <запись оборвана>

<…> не жду (к себе, и вообще).

Я — как вы.

_____

P.S. Пишу только для себя. Аля, вообще, над такими вещами не задумывается, живет в инерции данного места, круга и т. д.

А Мур вас обоих очень любит.

А С<ергей> Я<ковлевич> недостаточно успел с вами сблизиться, чтобы замечать ваше отсутствие. Но, во всяком случае, у него к вам обоим полная приязнь.

— Ну*, вот. —

                                       МЦ.

<На обороте листа>

Разница любить и дружить видна и в падежах:

Любить — кого-нибудь.

Дружить — с кем-нибудь (взаимность)

                         И еще:

«Я люблю собаку» Это не значит, что собака меня любит.

«Я дружу с собакой» Это значит, что собака со мной дружит.

Поэтому, не ждите, дорогие, что я буду