Джей - О Милтоне Эриксоне

Отметим, однако, что эриксоновская терапия не состоит преимущественно из обсуждений или обучения. Он совмещает, переплетает обсуждение и действие, причем действие происхо­дит как в его кабинете, так и вне его.

Готовность отпустить пациента

Стремясь взять на себя ответственность и направить пациента в нужном направлении, Эриксон в то же время не выглядит озабоченным чрезмерной зависимостью пациентов. Рамки, ко­торые он устанавливает для терапевтических взаимоотношений, дают понять пациенту, что их отношения временные и суще­ствуют лишь для достижения конкретной цели. Так как Эрик­сон не использует “осознание” отношений как способ держать дистанцию между собой и пациентом, существует опасность слишком тесного контакта. Однако одно из проявлений пара­доксальности его подхода состоит в том, что он с первых шагов контакта умудряется начать его завершение, поэтому будущее расставание становится одной из сторон установившейся близо­сти. Позитивизм и уважение к пациенту диктуют стремление Эриксона начать изменение, а затем отпустить пациента, чтобы позволить изменению развиваться дальше самостоятельно. Он не позволяет в угоду лечебным установкам увековечивать рас­стройство пациента, как это порой происходит в длительной те­рапии. Он не считает терапию тотальным уничтожением или исцелением всех настоящих и будущих проблем пациента, а по­тому его цель — расстаться с пациентом. Его подход состоит в том, чтобы убрать помехи и препятствия и тем самым дать паци­енту возможность развиваться в собственном направлении. Про­цесс расставания становится частью естественного курса тера­пии с того момента, когда Эриксон переходит на нерегулярные встречи и начинает делать перерывы на неопределенное время. Перерывы и последующие встречи сохраняют его значимость в жизни пациента и в то же время предоставляют пациенту свобо­ду для развития изменений.

Теория эриксоновского подхода

Для читателя должно быть очевидно, что терапевтический подход, вкратце описанный здесь, значительно отличается от обычных теорий психопатологии и терапевтического изме­нения.

В то время, когда Эриксон создавал свои методы, в психи­атрии и психологии были разработаны две основные теоретичес­кие системы — психоаналитическая теория и теория оперантно- го обусловливания. Во многом отличаясь друг от друга, обе эти теории основываются на следующих предпосылках.

1. Единицей наблюдения и лечения является индивид.

2. Фокус внимания сосредоточивается на прошлом челове­ка. Настоящее оказывает вторичное, если не минимальное, воздействие на его поведение. С точки зрения психоанализа, человек есть отражение инфантильного невроза и прошлых травм, которые оказали и продолжают оказывать динамичес­кое воздействие на его восприятие и поведение. По теории обусловливания, поведение человека в настоящем — это про­дукт прошлого обусловливания, встроенного в неврологичес­кий процесс.

3. Все, что человек говорит или делает, должно рассматри­ваться как сообщение о происходящих в нем процессах. Его симптомы — это отражение его бессознательных динамических конфликтов или его обусловленных способов восприятия и пове­дения.

4. Теоретическая задача состоит в том, чтобы создавать мета­форы внутренних процессов, наилучшим образом объясняющие поведение человека.

Цели и техники психотерапии вытекают из данного определе­ния сферы психиатрического действа. Целью психотерапии дол­жно быть изменение внутренних процессов личности. В психо­анализе терапевт стремится изменить внутреннюю динамику бес­сознательного. В терапии оперантного обусловливания терапевт стремится снять предыдущее обусловливание и развить новые результаты восприятия. При этом снятие ранее обусловленного достигается с помощью лекарств или специальных техник угне­тения, или же терапевт подкрепляет новые впечатления и по­давляет старые процедурами вербального обусловливания. В психоанализе пациенту обеспечивается инсайт, объяснение бес­сознательному и в ходе интерпретации искажений переноса про­исходит осознание вытесненного.

Такое определение терапевтической задачи привело к воз­никновению в психиатрии идеи о могущественности терапии. В терапии, основанной на психоанализе и теории обусловли­вания, подразумевается, что успешное лечение “очистит” че­ловека от всех его проблем и избавит от трудностей до конца дней его. Если влияние прошлого устранено, человек никог­да больше не станет ни невротиком, ни психотиком и будет легко решать все дальнейшие жизненные проблемы. Любое лечение, приведшее к меньшим результатам, считается про­стым устранением переноса, социальной адаптацией, угнете­нием симптомов или поддерживающей терапией. Уникальная идея психоанализа заключается в том, что успешным может быть только длительное лечение, а краткосрочная терапия — неэффективна по определению.

Главная заслуга этих теорий состоит в том, что они согласу­ются со своими предпосылками и достаточно разработаны, что­бы стать основой, удобной для обучения. Главный их недоста­ток — в том, что в основе их лежит аксиома, что взрослый че­ловек живет автономно, в одиночестве и не взаимодействует с другими людьми. Следовательно, влияние социальных связей пациента не принимается во внимание и даже не осознается. За рамки лечения также выносится вопрос о последствиях измене­ния человека для его близких. Так как единицей измерения яв­ляется индивид, в рамках этих теорий невозможно описать взаи­модействие терапевта с пациентом. И последний недостаток, особенно свойственный психоанализу, — это отсутствие доказа­тельств, что “глубокая” длительная терапия приводит к терапев­тическим изменениям.

Какими бы ни были достоинства этих традиционных теорий или основанных на них способов лечения, по большому счету при описании терапии Эриксона они не нужны. При изучении его работы с пациентом становится ясно, что для него единицей наблюдения является не отдельный индивид и что он не особен­но озабочен прошлым пациента. Предметом внимания Эриксо­на является текущая ситуация клиента, а симптомы он рассмат­ривает как способ приспособления пациента к этой ситуации. Эриксон считает поведение-симптом не просто сообщением о внутреннем состоянии человека; оно также является способом общения человека с другими и с самим собой. Он не подходит к пациентам с намерением “очистить” их от всех проблем на вечные времена. Напротив, он вторгается в жизнь попавшего в затруднение человека лишь для того, чтобы тот сумел разрешить стоящую перед ним проблему и подняться на более результатив­ный уровень функционирования в реальном мире. В своей обычной практике Эриксон не использует процедур снятия обусловленного ранее поведения или техник вербального обус­ловливания, он не поощряет инсайт и не интерпретирует пере­нос. Эриксон опирается на совершенно иную систему предпо­сылок о том, что такое психопатология и что с ней следует де­лать. Эти предпосылки пока еще не собраны в последователь­ную теорию и не будут собраны, пока не будет разработана тео­ретическая модель, описывающая процессы межличностных вза­имодействий. Эриксон сделал необходимый первый шаг в раз­витии межличностной теории, разработав действенную процеду­ру стимулирования изменений во взаимодействиях людей друг с другом.