Лилия Беляева - Загадка миллиардера Брынцалова

Александр что-то там отвечает. Главное — не теряя терпения и вежливого тона.

А я бы еще насчет водки спросила. Говорят, Владимир Алексеевич свое водочное производство в подмосковном городе Электрогорске свернул… А почему? И совсем ли? А чьи тогда это бутылки под «флагом» «Ферейна» блещут на полках и там и тут?

Мне-то вообще, как любой российской женщине, никак не понять и такого вот изворота бизнес-ума: «Раз выгодно — делаем и продаем!? Хотя с трибун в охотку о вреде пьянства ого-го сколько высоких слов! Как-то не понять — рвутся в благодетели России, а способ подзаработать все тот же, шинкарский — за счет спаивания…

Ну, конечно, можно сказать:

— А я не заставляю пить! Не хочешь — не покупай!

— А вы сами-то пьете свою водку? — интересуются у Владимира Алексеевича журналисты.

« — Я отношусь к спиртному как к продукту питания, а не как к наркотику. В чистом виде водку пью редко. Водка вредна сама по себе, пиво — бесполезно, а хорошее вино мне приносит удовольствие. К сожалению, я поздно разобрался — финансовые возможности не позволяли. А вчера вот за 9 тысяч долларов выпил бутылку — и не разорился.

— Какое вино вы предпочитаете?

— Выдержанные «Шато», «Бургундское». Мне нужно поддерживать хорошую форму, поэтому я не могу себе позволить пить плохое вино»,

Вот бы мне обо всем об этом и побеседовать с Владимиром Алексеевичем! И вставить свое, мерзопакостное, обывательское:

— А легко ли пьется бутылка за девять тысяч долларов, когда…

Ну и так далее. Нет, не зовет, не кличет, не спешит распространить в массах свой передовой миллиардерский опыт с моей помощью…

Хотя в тех же массах все прочнее укореняется мнение, что он, В.А. Брынцалов, хоть и очень-очень богатенький Буратино, а на поверку — тот же безразмерно-болтливый, хвастливый Жириновский. И даже какое-то негласное соревнование идет в народе, кто кого… Вот ведь только что Брынцаловы с помощью прилюдной демонстрации своих «крупов», а Владимир Вольфович заявил, что он, мол, вообще сокровище, один такй в целом свете выдающийся оратор, да еще собирается в кино сниматься…

Дальше дотошные журналисты А. Горшков и А. Смирнов спрашивают Владимира Алексеевича:

— Вам не обидно, что вас иногда сравнивают с тем, кто «не имеет права вешать свои портреты»?

— Чего обижаться. Он хороший, яркий оратор, личность. Правда, личность беспутная, потому что либерально-демократического пути я не вижу. А я личность богатая. (По некоторым данным, недавно богатая личность подарила беспутной часики за 150 тысяч «баксов».) Вначале я немного завидовал, как он говорит, а сейчас я могу говорить не хуже.

А вот мне обидно. Сравним — в конце восьмидесятых В.А. Брынцалов вкалывал и что-то там кумекал насчет дальнейших своих бизнес-разворотов. А что Владимир Вольфович? А он пришел в наш клуб «Судьба человека» — общественную организацию московских писателей…

Что за клуб? Мы решили, знаете ли, помогать «перестройке». Мы, дураки и дуры, прости меня Господи! — возомнили себя чем-то очень значимым в борьбе с партийно-хозяйственной бюрократией, с зажравшейся и залгавшейся элитой. У нас в зале, примерно раз в месяц, собиралось до семисот человек. Приезжали не только с разных концов Москвы и Московской области, но и с Камчатки, с Владивостока ожившие правдоискатели.

Я вела заседания, полная молодого задора и огня, в уверенности, что мы-то и проложим путь наверх самым честным, самым бескорыстным, самым интеллигентным.

Наш клуб демонстрировал полный интернационализм. К микрофону рассказать о себе и о своих «антибюрократических» стараниях подходили и украинцы, и осетины, и башкиры, и русские, и дагестанцы, и евреи, и белорусы, и казаки, и казахи… Кого-то из них несправедливо выгнали с работы, кого-то несправедливо судили, кому-то не дали положенную квартиру.

Зал всех сочувственно выслушивал и принимал решение — помочь страдающему человеку!

Ах, что за зал это был! Сколько радостных, открытых взглядов, сколько сердечности! Ну как же! Мы столько, оказывается, можем! От лица этого зала я выступаю по радио и обращаюсь к тогдашнему министру внутренних дел В. Бакатину с просьбой рассмотреть вопрос о восстановлении на работе оклеветанной правдолюбицы в милицейском мундире, и — о восторг! Через некоторое время сам министр принимает измаявшуюся женщину и все с ней в порядке!

Это позже, уже в этом, 1996 году о деятельности Бакатина «Комсомолка» напишет так:

«Прошло пять лет. Американцы смеются до сих пор.

5 лет назад руководитель Межреспубликанской службы безопасности Вадим Бакатин передал послу США в СССР полную информацию о подслушивающих устройствах в новом комплексе зданий посольства США в Москве. Тогда это называлось «актом доброй воли».

Буквально на следующий день в интервью «Комсомолке» один из работников посольства США рассказал, что поначалу это решение главного российского разведчика вызвало шок, а потом хохот. Среди дипломатов долго ходил анекдот о том, что в ближайшее время Бакатин сдаст резидентуру, коды и пароли.

В каждой шутке, как известно, есть только доля шутки, и следующим «откровением» стало оглашение количества сотрудников и агентов КГБ. Бакатин же разрешил финансистам устроить ревизию затрат Первого главного управления (внешняя разведка). Именно он провел в комитете чистку, в результате которой было уволено несколько сотен профессионалов.

Словом, благодаря Вадиму Викторовичу, который руководил КГБ меньше года, в истории мировой разведки появилось множество оригинальных прецедентов. Его вклад в дело развала самой мощной в мире разведывательной организации трудно переоценить: разведку трясет до сих пор. Только переименовывали ее семь раз.

Уже после отставки Бакатин заявил открытым текстом, что «я был послан развалить КГБ, и мне это удалось».

— Ах, как же они нас обманули! — плачутся по телефону мои соратники по изначальной, святой борьбе против всякого рода приспособленцев и народных кровососов. — Слыхала, и Иван Рыбкин свое дите отправил учиться за рубеж, и соратник президента по теннису журналист Юмашев. А мы, идиоты, что получили? Мы, интеллигенция наивная? Даже на радио нас не пускают! О телевидении и говорит нечего. А нищета наша — просто жуть.

Перебиваю:

— А разве мы в клубе из кожи вон лезли, чтоб хапнуть, «перебить» номенклатуру и в ее хоромы прыгнуть с разлету?

— Да нет, конечно… Но ведь фантастика! Перехватили наши лозунги! Недаром к нам в клуб ходили, слушали, учились, значит, как народ зацепить за живое и дотянуться до большого-пребольшого сладкого куска! А мы-то…

Ни-ни, никакой тени не хочу бросит на предпринимателя В.А. Брынцалова. С ним все ясно — он предпочел партийному билету «дом», то есть благополучие и, как умный, разворотливый человек, воспользовался льготами, которые в конце восьмидесятых государство предоставило частной инициативе. И он не приходил к нам в клуб «Судьба человека», чтобы бороться за вселенскую справедливость в условиях замкнутого пространства.