Николай Рыбкин - Записки космического контрразведчика

С Григорием Нелюбовым никак не вязалось слово «неудачник». Все складывалось хорошо, как говорится, один к одному. Жена его, Лиля, была красавицей, а незадолго до назначения в отряд космонавтов у него родилась дочь... В Москву Нелюбов прибыл в 1959 году — вместе с Гагариным, Леоновым и Поповичем.

Григорий умел держать слово, быстро соображал и был емпераментен. Однако он не всегда оправданно стремился Первенству во всем и был, скажем так, недостаточно самокритичен. Может быть, именно эта жажда лидерства была излишне заметна и мешала действительно стать первым. Их командир и «дядька» Николай Петрович Каманин а чувствовал в Нелюбове какой-то вызов. Этот «гусар», шутник, анекдотчик, «душа компании», любитель, как говорят сейчас, "потусоваться" хотел быть в центре внимания. Он умел со всеми договариваться, однако и своей напряженной работой доказал, что он — верный кандидат на второго дублера Гагарина после Титова. Перед полетом на космодром Байконур они фотографировались на Красной площади.

После полетов Гагарина, Титова и обрушившейся на них славы Григория, что называется, «понесло». Ему казалось что и он уже на пороге той самой заветной славы. Именно переоценка собственной значимости и подвела парня. На свой день рождения он выпил с друзьями-космонавтами по бокалу шампанского, потом «догнали» пивком — и тут патруль. Нелюбов повел себя дерзко и надменно. В ответ — рапорт командованию. Руководство Центра подготовки договорилось рапорт замять, но патрульный справедливо потребовал извинений, а Григорий категорически отказался. Рапорт пошел по инстанции, и Каманин, разгневавшись, дал указание уволить его и тех, кто был с ним.

Так по вине Нелюбова пострадали еще Аникеев и Филатьев. Им-то как раз бравада была не свойственна... Наказание было несоизмеримым проступку, однако глупость одного и чрезмерная строгость другого поставили в карьере первого жирную точку.

Дальше — перевод на Дальний Восток, полеты на новой технике, катапультирования, гибель друга. А в это время в космосе побывали даже те, кого не было в Первом отряде. О том, какая драма разыгрывалась в душе «штрафника», знали только жена Лиля да близкие друзья.

Как-то, оказавшись в Хабаровске, Гагарин встречался с Григорием, а затем и хлопотал о нем, но бесполезно... Последнюю надежду Нелюбов потерял со смертью Сергея Павловича Королева и окончательно запил. Уже мало кто верил, что и он был космонавтом. Над пьяненьким «летуном» посмеивались, а его упрямо тянуло на железную дорогу, по которой шли поезда в Москву.

И вот, утром 18 февраля 1966 года в летную часть поступило сообщение о том, что ночью на мосту у станции Ипполитовка проходящим поездом убило офицера. По одной из версий, Григорий напился и устроил скандал. Жена схватила дочь и к соседям, предварительно заперев супруга, твердившего: "Почему со мной так обошлись, чем я провинился?"

Затем одна шумная компания увидела, как с балкона третьего этажа выпрыгнул человек в летной куртке и, как ни в чем не бывало, направился в сторону станции. В квартире на столе якобы осталась записка: «Лиля, я больше не могу...»

Скажете — судьба? Но ее трудно винить. Она была благосклонна к Нелюбову. А вот ума ему самому не хватило, да и с волей оказалось слабовато. Ведь мог бы выстроить свою жизнь иначе, и счастье было в его руках, но...

Награда для героя

Космонавты Первого отряда хотя и были мечтателями, но четко понимали, на какое рискованное дело они идут, особенно первые из них. Как люди военные, они знали и то, что за удачные испытания летной и иной техники государство частенько награждает особо отличившихся. И если уж полет будет удачным, то последует и награда. В дружеских разговорах они обсуждали эти темы, полагая, что удача будет отмечена хотя бы орденом Красной Звезды, но такого «звездопада», который буквально «посыпался» на Гагарина и его последователей, они себе даже и представить не могли.

Первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущев раздавал награды по-царски. От щедрот Политбюро досталось сем участникам космической победы — и особенно Юрию Гагарину. Из старшего лейтенанта он вмиг превратился в майора стал Героем Советского Союза. Ему подарили автомобиль Волга» и 15 000 рублей, что по тем временам было серьезным состоянием. Другим космонавтам из Первого отряда тогда же вручили по ордену Красной Звезды.

Кроме того,героев космоса определили «отовариваться» в 200-ю секцию ГУМа, где совершали покупки члены ЦК КПСС и Правительства. Впоследствии, по инициативе Юрия Гагарина

и при его активном участии, было разработано положение об отряде космонавтов. Там были прописаны вопросы и финансирования, и поощрения, и особенности выслуги лет, и получения званий. В связи с переселением космонавтов во вновь построенный Звездный городок там открыли специальный стол заказов, в котором обслуживали только космонавтов и членов их семей — по нормам, примерно равным 200-й секции ГУМа. Космонавты могли купить там высококачественные продукты и дефицитные товары, одежду.

Когда полеты стали делом почти привычным, космонавтам снизили сумму единовременного денежного вознаграждения и стали платить от трех до пятнадцати тысяч рублей. При этом учитывались и длительность полета, и его сложность, и, естественно, результаты выполнения задания. Поскольку квартиры предметом поощрения не стали, то отпала и необходимость выделения мебели. Уникальный пример скромности и сознательности проявили после своей свадьбы Валентина Терешкова и Андриан Николаев. Они написали письмо Н. С. Хрущеву и в Политбюро ЦК КПСС, в котором отказались от подаренной им квартиры в Москве. Аргументом стало то, что в Звездном у них уже есть квартира, а из Москвы на работу далеко и неудобно ездить.

Сейчас ситуация настолько резко изменилась, что многие космонавты уже не имеют надлежащих условий. Я не говорю, что называется, о «более-менее приемлемых», а именно о нормальных и комфортных жилищах. У большинства молодых ребят из отряда — служебные квартиры в панельных домах, выросших на окраине Звездного городка. То есть в районе, мягко говоря, необустроенном. И, как прямо заявил на встрече с Владимиром Путиным в апреле 2010 года незадолго до того возвратившийся из полета командир экипажа Международной станции, в этих квартирах не только гостей принимать — в них самим-то жить дискомфортно. А если учесть, что экипажи готовятся совместно с иностранными космонавтами, которые живут по достойным европейским меркам, то наши выглядят бедными родственниками. Такое заявление российского космонавта побудило премьера дать указание о строительстве в Звездном городке современных домов повышенной комфортности. Дело за малым — дождаться выполнения данных правительством обязательств...