Николай Крылов - Сталинградский рубеж

Статья эта сжато подытоживала весь опыт 62-й армии в области городского боя и обосновывала ряд новых положений.

Речь шла о том, что условия городского боя (который в основе своей есть не уличный бой, как представлялось многим, а прежде всего бой за отдельные здания и в самих зданиях) зачастую исключают возможность наступательных действий крупными подразделениями. Только штурмовая группа, детище ближнего боя, - гибкая, предельно маневренная, позволяет шаг за шагом отвоевывать здания, кварталы, узлы сопротивления. Задача ее здесь иная, чем, скажем, при штурме в полевых условиях дзота, который требуется только уничтожить. В городе главное - суметь превратить неприятельский опорный пункт в свой, немедленно использовать его для дальнейших активных действий.

Пока противник не закрепился в захваченных им районах города, пока его оборона разобщена, мелкие штурмовые группы способны успешно действовать самостоятельно. Но когда враг засядет в городе прочно, создаст сильную оборону, укрепленную инженерными средствами, мелкие группы сами по себе многого сделать уже не смогут. В этой ситуации их целесообразно использовать для действий иа острие тщательно спланированных ударов, поддерживаемых и обеспечиваемых другими силами.

На таком этапе (а в Сталинграде он и наступил) особое значение имеют детальнейшая подготовка каждого штурма, доскональное изучение объекта, продуманный выбор путей подхода и благоприятного времени для атаки. В зависимости от конкретных условий получают в плане операции свою задачу артиллерия (причем она воздействует не обязательно на сам атакуемый объект), огнеметчики, саперы, а иногда и танкисты (если, например, танковая пушка может надежнее других средств подавить огневые точки в амбразурах укрепленного дома).

У нас в армии сложилось проверенное боевой практикой мнение о целесообразной внутренней структуре штурмовой группы. В ее составе кроме одной или нескольких групп, захватывающих здание, предусматривалась и группа закрепления. Подчиненная тому же командиру, она вступала в бой по сигналу "Ворвались". В отличие от групп захвата, вооруженных лишь гранатами, автоматами да ножами, группа закрепления имела ручные и станковые пулеметы, легкие минометы, противотанковые ружья, взрывчатку. Ликвидируя остатки неприятельского гарнизона, занимая огневые точки и создавая новые, обращенные в сторону противника, эта группа с ходу осваивала отвоеванный дом в качестве опорного пункта. Нужен был при штурме и резерв командира.

Так что штурмовая группа в целом была, по существу, уже отрядом, насчитывающим несколько десятков человек.

Никаких штатных штурмовых подразделений мы не формировали. Вопрос был поставлен так: уметь штурмовать должен каждый! Обучать этому надо было и поступавшее в части пополнение. Ведь до полного очищения Сталинграда от фашистских захватчиков воевать нам предстояло в городе. И штурмовым группам, вызванным к жизни спецификой городского боя, еще когда армия находилась в активной обороне, теперь отводилась первостепенная роль в наших планах наступательных действий.

В одну группу старались подбирать люден, уже сражавшихся вместе, обычно - из одной роты. Причем существовало неписаное правило: без коммунистов не формировалась ни одна штурмовая группа, ибо вдохновляющий пример мужества и самоотверженности, который бойцы-коммунисты подавали повсюду, был здесь необходим вдвойне и втройне. Одновременно с командиром назначался в штурмовую группу и парторг.

Вопросы подготовки штурмовых групп, их использования и управления ими постоянно обсуждались на заседаниях Военного совета армии, а еще чаще - без заседаний: у командарма, у Гурова, у меня. На суть дела мы смотрели одинаково, и это позволяло находить решения, которых требовала жизнь.

Конечно, Военный совет и штаб армии не навязывали одну и ту же тактику всем без разбора. То, что было приемлемо в центре города, в кварталах с крупными зданиями, не всегда подходило для боя, допустим, на участке Горохова, в поселках, негусто застроенных небольшими домиками. Методы выполнения боевых задач командиры дивизий или бригад выбирали сами. Иначе не могло и быть.

* * *

В совершенно особых условиях, не сравнимых ни с каким другим участком, велись наступательные бои на территории "Красного Октября".

Вспоминается в связи с этим, как в первых числах декабря, когда линия фронта, пересекшая в свое время заводские дворы и цеха, была кое-где отодвинута назад на считанные метры, из-за Волги прибыло несколько руководящих работников предприятия - посмотреть, не пора ли начинать его восстановление. Этих товарищей провели до полковых КП сражавшейся на заводе 39-й гвардейской дивизии, и они убедились, что делать им тут пока нечего. А общая картина, открывшаяся им, некоторых просто потрясла. Один начальник цеха, эвакуированный еще в сентябре, удрученно повторял, что таких разрушений он не мог себе представать.

Территория завода действительно выглядела хаотически. Обвалившиеся степы и куски рухнувших труб (их было пятнадцать, а устояла одна), искореженные стальные конструкции, разметанные взрывами бомб вагоны и платформы с металлом и шлаком... Ни проехать, ни пройти, даже если бы вдруг прекратился огонь. Нетрудно было понять чувства хозяйственников, инженеров: восстанавливать завод означало создавать его почти заново.

Но сперва нужно было выбить отсюда врага. А он успел основательно забаррикадироваться в этих руинах, оборудовал огневые точки, нарыл траншеи и переходы, загородился многорядной проволокой и минами.

На таком вот поле боя и действовали штурмовые группы гвардейской дивизии генерал-майора Гурьева. Первым их серьезным успехом в декабре стало взятие листоотделочного цеха, занимавшего важнейшее место в неприятельской обороне на "Красном Октябре". Брал этот цех батальон капитана Василия Васильевича Горячева (вскоре он, как и еще несколько лучших комбатов армии, был удостоен ордена Александра Невского).

Готовясь атаковать огромный - до двухсот метров в длину, до семидесяти в ширину - полуразрушенный корпус цеха, Горячев сформировал три собственно штурмовые группы и группу закрепления. В них вошло 86 человек. Для поддержки выделялось две батареи тяжелых минометов и батарея полковой артиллерии, а в определенный момент предусматривалось, в целях отвлечения внимания противника, ввести в действие все находящиеся на переднем крае огневые средства дивизии.

Фактически бой за цех начала - это было уже не по плану - горстка разведчиков. Посланные туда за двое суток до штурма, они преодолели ночью все заграждения, захватили и переправили в батальон "языка", но затем немцы отрезали им обратный путь, и разведчики, засев за грудами металла, отбивались до следующего вечера. Когда стемнело, они добрались все-таки к своим, потеряв двух человек. А противника заставили окончательно раскрыть всю систему огня.