Николай Пржевальский – военный разведчик в Большой азиатской игре - Александр Владимирович Сластин

посевы. В июле 1688 г. войска противника, опять нарушив условия перемирия, вновь подошли к Албазину, после чего ушли вниз по Амуру. Нерчинск подвергся осаде на этот раз при поддержке кораблей и артиллерии. Под таким натиском Россия вынуждена была уступить весь Амур Китаю [134]. В то время Канси стремился военной силой расширить свою империю путём завоевания соседних территорий и в их числе русских земель на Амуре и Восточной Сибири [135].

Следует заметить, что у русских не было присущего западным колонизаторам презрения и вражды к местному населению, они не истребляли сибирские племена, наоборот вступали с ним в хозяйственное и культурное общение, стараясь их ассимилировать. Немец по национальности путешественник XIX века А. Мичи в этой связи писал:

«Уже давно замечено, что русские весьма хорошо умеют обращаться с азиятцами, этим объясняется, отчего они тихо и мирно проложили себе путь в Китай, между тем как англичане вторглись в него с огнём и мечом» [136].

Цинское правительство вступило с Россией в борьбу за Амур тогда, когда этот фактически заброшенный цинами край был несколько десятилетий в освоении и ведении Русского государства. Поэтому захват Амура китайцами явился агрессией по отношению к этой территории и проживавших на ней людей [137]. Несмотря на это русские были заинтересованы именно в мирном разрешении конфликта, ввиду отсутствия в крае силы, соизмеримой с «поднебесной», почему и пошли на уступки для спокойной торговли с Китаем. Одной из причин упорного сопротивления маньчжур нахождению русских на Амуре было добровольное признание власти «Белого царя» со стороны множества коренных жителей и их этнических вождей [138].

Для переговоров с цинским правительством было направлено русское посольство во главе с боярином Головиным. Кан-си не пускал миссию в Пекин и даже намеревался с помощью монгольского хана Галдана – Бошогту уничтожить русский посольский отряд [139].

В переговорах с Китайской стороны участвовали в качестве переводчиков: француз Жан Франсуа Жербиньон и португалец Томас Перейра, – члены Ордена иезуитов в Китае. По некоторым данным, они прибыли в Нерчинск в составе китайской делегации для переговоров по подписанию Нерчинского соглашения, 21.07.1689 г. и убыли 30.08.1689 г. Историк Бантыш-Каменский считал, что «если бы русский посол прибыл в Нерчинск раньше маньчжуров, то у него была реальная возможность установить границу в Албазине, проведение переговоров в Нерчинске, привлекли неприятеля к этому новому пункту». В итоге русские потеряли часть земель.

В таком неприятном положении находившимся российским послам оставалось употребить посредничество езуитов, бывших с китайскими послами. «И просьбою, и дарами убедили они их склонить китайцев к снисходительнейшим мерам» [140].

27 августа 1689 года был заключён Нерчинский договор, который начинался словами: «Божiею милостiю Великихъ Государей Царей и великих князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича и великая государыня, благоверная царевна Софья Алексеевна всея Великия и Малыя и Белыя Россiи Самодержцев…» [141].

С нашей стороны присутствовали: Ближний Окольничий и Наместник Брянский Фёдор Алексеевич Головин, Стольник и Наместник Елатомский воевода Иван Остафьевич Власов и Дьяк Семеон Корницкий. Однако договор окончательно не решил пограничный вопрос, который стал камнем преткновения ещё не одну сотню лет. Он только сгладил имеющиеся конфликты и продвинул дальнейшее развитие русско-китайских отношений, внёс существенные коррективы в политику цинского правительства в отношении торговли с Россией.

Русские предпочли конкретные преимущества пекинской торговли неопределённым выгодам ловушки в Амурском бассейне и судоходства по этой реке к неизведанному для них морю [142].

Под давлением военной силы Китая Россия сделала уступку, согласившись отказаться в пользу Цинской империи части бассейна Амура, а другую его часть оставить в числе неразграниченных земель. Цинский рубеж продвинулся далеко на северо-запад, осложнив выход России к Тихому океану по рекам. Для нового цинского императора Кан-си это был большой военный и дипломатический успех, способствующий укреплению его режима. Однако на оставленных русскими землях он запретил, кому бы то ни было селиться, и они превратились в безлюдную буферную зону. После заключения Нерчинского договора Приамурье надолго опустело. Маньчжурам не нужен был этот далёкий и, в то время по их представлениям, слишком не перспективный край. На месте русских острогов и деревень выросли леса. Только через полтора столетия русские вернулись на Амур, вновь основали там города и посёлки [143].

На протяжении многих лет китайские источники утверждали, что из всех договоров о границе между Россией и Китаем только Нерчинский договор был якобы равноправным, а все остальные – неравноправными. Иными словами, это именно и означает то, что династия Цин отрезала и добровольно уступила России территорию к северу от хребта Бай Синъ ань лин (Большой Хинган) и Охотское море; и с тех пор Россия «законно» присоединила себе всю Сибирь; а обширные земли к югу от хребта Вай Синъ ань лин, в том числе и остров Куедао (остров Сахалин), вплоть до побережья Японского моря, в то время принадлежали Китаю. Таким образом, река Хэйлунцзян (река Амур) – стала внутренней рекою Китая [144].

В статье 2 окончательного текста договора стоял вопрос о переносе острога. 31 августа 1689 г. приказчику Аргунского острога В. Милованову была послана «память» о переносе острога на другую сторону р. Аргунь. В итоге острог был перенесен в следующем 1690 г.

17 июня 1690 г. Лантань достиг реки Элигуна и поставил в устье каменную стелу с выбитой на ней надписью на пяти языках: маньчжурском, китайском, русском, монгольском и латинском о разграничении земель, после чего возвратился [145]. В результате для Российского государства появилась возможность, не опасаясь военных столкновений с Китаем, воплотить замыслы по освоению рудных месторождений Приаргунья[146].

В этом же году из Москвы были доставлены специально отчеканенные золотые наградные монеты для основных участников переговоров и всех находившихся там служилых людей [147]. Власов вернулся в Москву на доклад, и в феврале 1691 года был принят царями Иоанном и Петром которые объявили ему своё «милостивое слово» за «службу в Даурской земле» и за «особенное радение при заключении мирного договора с Китайским государством» [148]. Позднее он был пожалован в думные дворяне.

Попытка Петра I сделать «сделать китайский торг» монополией государства. Первые разведывательные экспедиции в Азию

Правительство при царях Иване V и Петре I решило продолжить дело, начатое их родителем. Когда русское правительство, не получило известий из Китая о Нерчинском договоре (здесь речь идёт о его ратификации, – прим. автора), оно решило отправить туда нарочного. Исполнить это поручение вызвался торговец и датский подданный Э.Избрант Идес, который